А с боков уже летела к Вадиму пара арканов, раскручиваясь в петли. Тычком ладони он остановил один моток, уронив его вниз. Другой аркан поймал в воздухе и, быстро нагнувшись, надел на торчащий из асфальта штырь – куда, по счастливой случайности, уже упал первый. Тотчас колёсники рванулись в стороны, разом вздёрнулись на дыбы, будто на стены налетели, и – опрокинулись.
Испугавшись, Вадим кинулся к одному из ездоков, упавшему опаснее других, но тот уже выползал из кабины, волоча за собой кнут, которыми ордынцы играючи вспарывали на проштрафившихся одежду – вместе с кожей. Приподнявшись на коленях, зло замахнулся. С трудом Вадим увернулся от свистящего жгута, нацеленного в лицо, в последний миг вдруг ухватился за кнут и дёрнул всей массой. Ордынец обвалился лицом вперёд и на этот раз, видимо, впечатался крепко, вырубившись напрочь.
Обернувшись, Вадим увидел другого нукера, суетливо пытающегося поднять двуколёсник, – третий увяз в кабине, отчаянно дёргаясь меж привязных ремней.
– Помочь? – предложил Вадим, вполне искренне. – Уж извини.
Нукер развернулся и с визгом бросился на него, ловко орудуя парой многохвостых нагаек. Не раздумывая, Вадим упал ему под ноги. Тот высоко прыгнул, пропуская врага под собой, но Вадим успел поймать ордынца за ступню и уронил головой вниз, сейчас же придавив всеми своими пудами. Даже оглушённый, монгол попробовал сбросить ненавистную тяжесть, и пришлось его слегка примять, чтоб не трепыхался, а уж затем отбирать нагайки. Наверно, это смазало общее впечатление, но в остальном сцена удалась – вполне в русле action-кинушек, популярных среди крутарей.
Вообще, из нынешних любителей маскарада ордынцы выглядели наиболее впечатляюще. Конечно, это было лишь стилизацией – так сказать, вариация на тему стандартных доспехов, – однако живописной. Интересно, что за меха идут на их шапки – уж наверно, не куньи!
Поднявшись, Вадим зашвырнул нагайки подальше и небрежно продолжил путь, краями глаз следя за демоторизованной троицей, – к дальнему краю площади, где уже поджидала давешняя пара коротышей, обогнув место схватки по тротуару. Похоже, идти оставалось немного, однако это мало что значило – каждый метр мог оказаться последним.
И точно, при повороте на финишную прямую Вадим упёрся в неохватную тушу, больше похожую на афишную тумбу. Громоздилась она неподвижно, наглухо перегородив узенький переулок, и только зрачки в раскосых глазах двигались, изучая противника. Лицо гиганта было бесстрастным, точно у Будды, вдобавок он не уступал тому дородством. Зато габаритами превосходил намного. Умиляли пухлые, как у младенца, губы, сложенные бантиком.
«Эх, ни фига себе! – изумился Вадим. – И кто придумал, будто в Орде нет великанов! А это – Дюймовочка?»
Намётанным взглядом он оценил: центнера на три тянет, и рост под два сорок. Уж не объявился ли в губернии собственный сумоист? Господи, да из него можно вылепить троих росичей! Как же взрастили такого? И мне-то что с ним делать? Конечно, «умный в гору не пойдёт», но и обойти не удастся. А своими рычагами он вытолкает меня из прохода, точно мальчонку.
Остановившись вплотную к человеку-горе, Вадим невольно глянул под его выступающий живот, на самое уязвимое место, достать до которого было несложно. Наверно, и пробить удалось бы – во всяком случае, ногой. Но слишком долго потом придётся оправдываться, и хорошо, если обойдётся без увечий. К тому ж парень не кажется злобным. Ну большой, да, – но это не повод, чтобы лупить по… гм… гениталиям.
Глубоко вздохнув, исполин наконец пришёл в движение, будто ожил. Далеко отставя обширный зад, он принялся тыкать в Вадима длинными ручищами, очень быстро и ловко. Но тот уклонялся ещё проворней, вовсе не желая угодить под серию чудовищных толчков – от такого и более массивный кувыркнётся кверху тормашками. Однако затягивать игру не стоило: зрители не поймут.
Отступив шагов на десять, Вадим разогнался, рыкая на каждом скачке, точно таранящий серк, всем своим видом стараясь гиганта впечатлить. Наверное, картинка удалась (благо её было с кого срисовывать), потому что тот ещё шире расставил ноги и больше наклонился вперёд, готовясь принять атаку. В последний миг Вадим нырнул под его выставленные руки, падая почти к асфальту, на четвереньках проскочил между толстых колен и тотчас вскинулся на ноги, пружинисто отскакивая в сторону. С опозданием гигант развернулся, азартно хватая пустоту, и даже сделал пару шагов вдогонку, но сразу затормозил, оценив только что виденный спурт. На его растерянное лицо было жалко смотреть. Пухлые губы обиженно топорщились.
– Попробуем ещё раз? – великодушно предложил Вадим, снова отходя для разбега.
Сумоист был не такой дурак, чтоб ожидать от противника повторения финта, но рефлексы оказались сильнее рассудка, и только Вадим обозначил движение вниз, как бедняга бросил наперерез руки, складываясь едва не вдвое. Распрямившись, Вадим взлетел над ним, да ещё оттолкнулся от необъятных плеч, перемахивая словно через козла.
Наверно, это же сравнение пришло в голову рикиси[1], потому что теперь он едва не плакал, кусая вздрагивающие губы. «Опять „связался чёрт с младенцем“! – покаянно подумал Вадим. – Малыш немногим старше Юльки – только и разницы, что вымахал в колосса».
– Без паники! – строго сказал Вадим. – У тебя ещё попытка, забыл? Мне всё-таки на ту сторону.
«Малыш» воспрянул, помахал вокруг руками, звучно хлопая в огромные ладони, будто отгонял злых духов или призывал богов. Видно было, как не хватает ему «очистительной соли», чтобы засеять улочку.
– Соберись! – скомандовал Вадим. – «Последний бой», знаешь ли.
На этот раз, как и положено, они стали друг против друга в низкую стойку, сцепившись взглядами. Торопиться следовало Вадиму, однако первым сорвался с места юный рикиси, отчаянно пытаясь смять насмешника массой. В тот же миг Вадим метнулся в сторону, резко хлопнув по выставленным рукам, и такой малости хватило, чтобы исполин рухнул на асфальт, потеряв равновесие.
Аккуратно перешагнув через него, Вадим заспешил по переулку дальше. Однако на выходе путь ему заступил новый противник – рослый, плечистый, но, в отличие от предыдущего, сухощавый и выряженный в лёгкие латы, отороченные нарядным мехом. Оружия на нём не было, а значит, предлагалась простая схватка.
«Прямо как в фильмах Брюса! – раздражённо подумал Вадим. – Идут, точно на параде. На большее фантазии не хватило?»
А ещё это напоминало компьютерную игру. Будто кто-то решил перенести её правила на натуру, а в роли персонажа, одолевающего препятствия, оказался Вадим – совершенно против своего желания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
