Читаем без скачивания Надежда узника - Дэвид Файнток

– Вы такой же, как все остальные, – скривился он и пробормотал ругательство.

– Что ты сказал? – грозно поднялся я.

– Ничего.

– А мне почему-то послышалось «сморчок». Джеренс благоразумно молчал. Я сел и принялся за суп.

Сидеть одному в каюте было невмоготу, поэтому после ужина я побрел на капитанский мостик, хотя торчать там тоже было удовольствием ниже среднего. В это время дежурил лейтенант Стейнер. Его презрение ко мне проявлялось вяло и изредка. Разговор у нас, естественно, не клеился. Спустя некоторое время он все же спросил:

– Капитан, что с мистером Тамаровым? Откуда в нем такая тоска?

– Тоска? – нехотя откликнулся я.

– Разве вы не заметили, какие у него глаза?

– Не обращал внимания. А какие у него глаза?

– Несчастные, печальные. Ему очень тоскливо.

– Что, по-вашему, я должен сделать?

– Вам должно быть виднее, капитан. – В его голосе снова появился лед.

– Спасибо за совет. – В самом деле, давненько я не говаривал по душам с Алексом. Надо будет зайти к нему в каюту. Кстати, к кому его подселили? Я до сих пор не поинтересовался! Хорош гусь! Я вскочил и понесся по коридору к его каюте, постучался.

Никто не ответил. Я постучался еще раз, открыл дверь сам. В каюте был полумрак. Грустный Алекс сидел в кресле между двумя койками.

– Я не знал, что это ты, иначе бы открыл сразу, – извинился он. – Ты пришел по какому-то делу?

– Нет, просто так, – улыбнулся я, усаживаясь. Подозреваю, моя беззубая улыбка не добавила ему хорошего настроения. – Захотелось поговорить, поболтать о том о сем, как раньше, когда мы были гардемаринами.

– Не помню, – мрачно буркнул он.

– Алекс, что с тобой?

– Все то же, ничего нового. Воспоминания не возвращаются.

– Не напрягайся, они сами придут…

– Я сто раз это слышал!

– Зайду в другой раз. – Я встал.

– Не сердись! Что ты такой обидчивый, в самом деле…

– Я не сержусь. – Вдруг я понял, что вру, и устыдился. – Знаешь, я не умею ладить с людьми. Все делаю не так. Заходи ко мне завтра в гости, пообедаем вместе… Ты, я и Анни.

– Боюсь, я вам помешаю…

– Не дури, Алекс!

Его лицо озарилось неуверенной улыбкой.

В тот же вечер я уговорил Анни вернуться в нашу каюту. Ей-богу, я чувствовал себя как салага-гардемарин на первом в жизни свидании с девчонкой.

– Знаешь, Никки, тут на корабле лучше. Хорошо, что ты увез меня от падающих гор, разбитых домов. Я так боялась…

– Все позади, лапочка. Теперь тебе нечего бояться, я с тобой.

Я разделся, выключил свет. Мы лежали молча, неподвижно. Незаметно меня поглотил сон, но вскоре я проснулся от резкого толчка и дикого вскрика. Оказалось, я во сне положил ей на грудь руку. Анни отодвинулась от меня на самый край постели. Постепенно кошмары ее отпустили, дыхание стало ровным, она расслабилась, легонько прижалась ко мне. Я боялся уснуть, но ради ее спокойствия притворялся спящим.

27

Я дежурил на капитанском мостике с гардемарином Россом. Чтобы как-то занять его, я дал ему несколько задачек по навигации, а сам начал просматривать файлы с данными о грузе. Крошечный трюм «Виктории» оказался практически пустым. Оно и понятно – этот быстроходный корабль предназначен для курьерских целей, а не для перевозки грузов.

В дверь постучали, вошел заплаканный Берзель.

– Мистер Стейнер просил передать вам привет и снять с меня десять нарядов, сэр, – доложил он срывающимся голосом.

Значит, Стейнер его выпорол. За что? Наверно, на порку беднягу Берзеля послал Толливер. Чудовище. Разве можно так издеваться над беззащитным ребенком?!

– Хорошо. Иди. – Я вывел на дисплей последние записи бортового журнала. Как ни странно, Толливер влепил Берзелю всего три наряда, а остальные дали Стейнер, Кан и Сандра Аркин. За что? Недобросовестное отношение к своим обязанностям, болтал на уроке ма-тематики… Я позвонил Стейнеру:

– В бортовом журнале записано девять нарядов мистеру Берзелю?

– Так точно, сэр. Совсем недавно мистер Кан дал ему еще два наряда.

Удивительно, как Берзель, это безропотное существо, сумел вывести из себя сразу нескольких офицеров?

– Мистер Росс, найдите мистера Кана, – приказал я. – Если он у себя в каюте, то не тревожьте его, а если уже проснулся, то пригласите его сюда.

– Есть, сэр.

Через несколько минут он вернулся с Каном.

– Мистер Росс, вы можете идти… – Вначале я хотел отпустить его с дежурства, но вспомнил о его дерзостях в день моего прибытия на борт. – В комнату отдыха. Дорешайте задачи там.

– Есть, сэр. – Росс тут же вышел.

– Садитесь, пожалуйста, – повернулся я к Кану. – Хотелось бы узнать, за что вы дали наряды Берзелю.

– Больше не буду, если прикажете, – ледяным тоном ответил он.

– Я не собираюсь приказывать. Это не официальная беседа, если не желаете отвечать, можете сразу уйти.

Он нервно побарабанил пальцами по компьютерному столику.

– Ладно. Признаю, что я, возможно, отнесся к Берзелю слишком строго. Не знаю, какие порядки были на ваших кораблях, а я раньше служил на «Валенсии». Слышали о ней?

– Да, говорят, на ней был идеальный порядок.

– Именно так. Жаль, что она погибла… – Кан грустно смотрел на темный экран дисплея. – Я потерял много друзей. Капитан Гровс установил железную дисциплину. У нас было четыре гардемарина, как на каждом трехпалубном корабле. Они хорошо знали свои обязанности. А потом меня перевели сюда. Тут все оказалось иначе. Корабль маленький, отношения менее формальные. Капитан Хольцер предпочитал тратить время на изучение нового двигателя, а не на муштру. Мистер Росс относится к своим обязанностям добросовестно, и к Рикки тоже ни у кого нет претензий. Но время от времени и они получают наряды, просто на всякий случай, чтоб не распускались. Сам мистер Хольцер никогда не посылал их на порку. Таких мягких командиров я еще не встречал. – Кан перевел взгляд на меня, как бы спрашивая: не слишком ли он разговорился?

– Слушаю, продолжайте, – подбодрил его я.

– Я приказал мистеру Берзелю принести в пассажирскую комнату отдыха напитки, а он этого не сделал. Мальчишкам свойственна забывчивость, сам был такой, поэтому я всего лишь накричал на него. Этим бы дело и ограничилось, но этот глупый щенок расплакался, чем окончательно вывел меня из себя. Вот я и влепил ему пару нарядов. Как ему удалось уклониться от Академии?

– Он не уклонялся. – Я вкратце объяснил Кану, как это произошло, и заключил:

– Вы поступили правильно, лейтенант, и впредь спрашивайте с него по всей строгости.

Два дня спустя ко мне в каюту позвонила Сандра:

– Докладывает инженер Аркин, сэр. Спуститесь, пожалуйста, вниз, пассажиры затеяли свару.

– Где?

– Четвертая секция, сэр.

Я побежал на второй уровень. Перебранка была слышна издалека.

– Вы только посмотрите, что он сделал с моей одеждой! – вопил чей-то сварливый голос.

У двери каюты Джеренса толпились зеваки, старшина корабельной полиции и Сандра.

– Что происходит!? – загремел я. Конечно, я малость преувеличиваю, никакого грома мой беззубый рот произвести не мог, более того, меня просто не услышали. Я вцепился старшине в плечо и резко развернул его на себя.

Торрес замахнулся на меня дубинкой, но вовремя узнал и вытянулся по стойке смирно.

– О боже! Сэр, пожалуйста, простите…

– Вольно! – милостиво разрешил я. – Что тут происходит?

– Смотрите! – верещал Сулиман Раджни. – Смотрите, что наделал этот бандит! Этот варвар, ваш головорез! Стоило мне отлучится из каюты, он тут же изодрал все мои рубашки, все штаны! Мне не в чем ходить! Выселите его! Оградите меня от хулигана! Избавьте меня от…

Я отодвинул его, протиснулся мимо старшины и Сандры в каюту. Джеренс Бранстэд с диким блеском в глазах приплясывал на куче лохмотьев. В них превратились вещи из гардероба мистера Раджни. В зубах этот дикарь держал рваную рубаху врага. Едва я вошел, наследник плантации метнул мне в голову ревущий магнитофончик. Я нырнул, столкнулся с опешившей от неожиданности Сандрой. Потеряв равновесие, мы оба упали на пол.

Багровый от ярости и смущения, я выполз из распроклятой каюты, вскочил, захлопнул дверь и скомандовал:

– Разойтись! Всем! Немедленно! – Дальше орать я не мог. Нелегко с одним легким выдерживать подобные испытания. Наконец я отдышался:

– Чем Раджни так огорчил Джеренса?

– Огорчил? – осклабилась инженер. – Мне кажется, это не совсем подходящее слово. – Сандра одернула жакет, отряхнула брюки. В дверь изнутри ударило что-то тяжелое, грохнулось на пол. – Мы с мистером Торресом справимся сами, а вам лучше держаться подальше.

– Только не злоупотребляйте дубинкой, мистер Торрес, – буркнул я, отходя в сторону, хотя сам готов был свернуть Джеренсу шею.

– Есть, сэр. – На всякий случай Торрес отдал дубинку мне. – Вы готовы, инженер?

Сандра кивнула. Старшина, пригнувшись, ринулся в дверь, за ним Сандра. Вопли, визги, недолгая возня, тишина. Я осторожно просунул голову в дверь. Джеренс лежал, распятый, на полу. Торрес держал ему ноги, инженер Аркин – руки.