class="p1">Лучше уж так, чем жить с мыслью, что твой ребенок в любом случае найдет причину обратиться к психотерапевту, когда вырастет. И этой причиной наверняка окажешься ты.
— Мама научила меня думать о последствиях!
— Вот вывалишься сейчас из окна, не возьму тебя с собой в магазин!
Впрочем, неужели я, со всем своим образованием и опытом, не смогла бы воспитать хотя бы условно психически здорового человека? С подростками у меня не так плохо получается, если подумать.
— Тамар, не грызи ногти, — вдруг прервал мои размышления историк. — Что, шутки не заходят сегодня?
Я виновато улыбнулась и сосредоточилась на представлении, громко аплодируя юмористам вместе со всеми. Только ощущение проницательного взгляда, упершегося в мое лицо, никуда не исчезло. Надо было сесть подальше от Игоря, но кто же знал?
Тут свет в зале погас, избавляя меня от излишнего внимания мужчины, и на развернувшемся полотне проектора появились кадры ролика, смонтированного учениками.
— Вы всегда на нашей стороне, даже когда нам кажется наоборот… — послышался звонкий девчачий голос за кадром, пока на экране мелькали фотографии мам школьников. — Вы все всегда понимаете или очень стараетесь понять…
Платочки в зале снова зашуршали. Обе мамы Лизы Самойловой, сидящие позади меня, растроганно всхлипнули. А мне-то что не дает покоя?
— Вы всегда точно знаете, что для нас хорошо… Мы на вас так похожи, даже если отличаемся внешне…
Интересно, на кого бы был похож наш с Сергеем ребенок?
Естественно, он был бы высоким. И было бы здорово, если бы он унаследовал его хитрый прищур. И, конечно, эту инфернальную способность шевелить бровями. Да и от привычки к аккуратности у чада какая мать откажется? Только подумать, подросток, у которого порядок на столе и в портфеле заводится сам собой! Я мечтательно вздохнула. И, кто знает, быть может, от отпрыска Сергея не стал бы шарахаться даже подозрительный к детям Люцик… Но сначала это был бы просто младенец, которого можно держать на руках и периодически сбагривать отцу. Тот-то, уж конечно, не упустил бы возможности воспитывать свою маленькую копию.
Я представила, как на меня смотрят две пары одинаковых зеленых глаз и поняла наконец, почему появилось это странное чувство пустоты внутри. Потому, что этого никогда не будет. И следом пришла еще одна мысль: а ведь Сергей пророс в меня гораздо глубже, чем я готова была себе признаться. Пробрался мне под кожу так же, как и в мою квартиру, а я заметила это слишком поздно. Ну что ж, Тамара, не впервой, так ведь? Но откуда тогда это ужасное ощущение потери?
Я потерла пальцами левую сторону груди, поняв, что давно потеряла нить происходящего. Свет в зале снова включился, на сцене шло какое-то действо. Украдкой посмотрела на завибрировавший фитнес-браслет и увидела сообщение от Андрея, который писал, что будет ждать меня у ворот школы, чтобы поговорить. Пожалуй, он прав: мы оба слишком долго тянули с объяснениями. Попыталась не думать сейчас о бывшем муже и ненароком поймала на себе внимательный взгляд Игоря.
— Хочешь, уйдем? — шепотом предложил историк.
— Да, кажется, с меня на сегодня хватит, — согласилась я, наплевав на приличия. — А ты сиди, сиди. Твои, наверное, еще будут выступать.
— Не, отстрелялись уже. Пойдем!
Он взял меня за руку и, пригибаясь, чтобы не мешать остальным зрителям, потащил к выходу под громкие аплодисменты очередному номеру.
— Чайку? — преувеличенно жизнерадостно спросил Игорь, проводив меня до кабинета и задорно улыбнулся.
Я повернулась к историку. Он ведь все понял, но даже слова не сказал о моем странном поведении. Просто решил поддержать, хотя между нами ничего нет и не будет, совсем как в моих отношениях с гепардом.
— Извини, меня уже ждут, — сказала я с признаками легкого сожаления в голосе, — надо бежать.
— О, ну ладно. Тогда до понедельника?
— До понедельника.
— Сергею привет! Передай ему, что я отобью тебя, как только он расслабится!
Подмигнув, Игорь засунул руки в карманы и, насвистывая, пошел по пустому длинному коридору. А я смотрела ему вслед и думала, что этот несносный ловелас, черт бы его побрал, бывает очень милым. Неудивительно, что о шлейфе его любовных побед в школе легенды ходят. Я бы и сама, наверное, не удержалась от соблазна, если б не знала, что срок годности у таких романов крайне мал. И если бы не встретила на своем пути другого мужчину, рядом с которым я не задумываюсь ни о каких сроках и перспективах.
Сдав ключи от кабинета охраннику, я вышла на улицу и сразу же увидела Андрея, поджидавшего меня под козырьком школы.
— Привет! — Он мягко улыбнулся и чмокнул меня в щеку.
— Привет, — устало улыбнулась в ответ и взяла его под руку. — Пройдемся до кафе? Расскажешь все.
Мы шли по тротуару сквозь осенние сумерки, обходя лужи, оставшиеся после дождя. Где уже эта зима? Хотя с ее приходом придется доставать зимние сапоги, а я уже успела привыкнуть к мягким кроссовкам.
— Том, я… — начал Андрей, но снова замолчал.
Я глянула на него искоса, не став торопить. Без всяких слов в воздухе висело ощущение завершения. Год катится к закату, и прежняя жизнь будто бы тоже.
— Том, я должен тебе кое-что сказать. — Бывший муж сжал мою руку, лежавшую на его локте, но его взгляд был устремлен вперед. — Мы с Ларисой решили попробовать… В общем, мы встречаемся.
Я осторожно накрыла ладонью мужскую кисть, и Андрей, сглотнув ком в горле, повернулся ко мне. Вглядевшись в родное лицо, я заставила себя улыбнуться. Да, они встречаются. Это видно по тому, как побледнели тени под его глазами, расправились плечи, немного изменилась стрижка… С ней Андрей стал выглядеть чуть моложе, напоминая того оптимиста, за которого я выходила замуж тринадцать лет назад.
— Честно, я этого не планировал, — принялся он объяснять, не дождавшись моего ответа. — Когда говорил, что хочу быть с тобой, я не врал.
Я понимающе кивнула все с той же грустной улыбкой.
— Анюта тебя любит и была бы рада… — Он запнулся, силясь подобрать подходящие слова. — Но…
— Андрюш, ты не должен оправдываться. Я тоже люблю Аньку, но мы с тобой — это другое.
— Да-да, я об этом, — подхватил Андрей. — Знаю, я очень сильно тебя обидел и не уверен, что ты… Ты когда-нибудь сможешь меня простить?
И столько боли и надежды было в его глазах, что я не могла не соврать.
— Я уже давно тебя простила, хотя это было непросто.
Вспомнилось, как после нашего развода я буквально собирала себя по кусочкам. Тогда мне казалось, что моя женская суть
