как она смотрела на своих двух других мальчиков, пока я был там. И я понял, что дело не в том, что она была неспособна любить — просто она была неспособна любить меня, — я произнес эти слова как можно более непринужденно, но почувствовал легкий румянец на своих скулах. Воспоминание о том моменте все еще жгло, как раскаленное клеймо.
— Грей, — сказала она, в ее глазах был целый мир сострадания, когда она протянула руку и погладила меня по щеке. Я наклонился к ней.
— Я прилетел в Сан-Франциско и решил пойти в бар. Мне нужно было пропустить стаканчик или десять.
— Тебе было больно, — сказала она.
— Мне... да. Боже, если бы я только выехал на дорогу и вернулся домой, — признался я. Мой голос надломился на последнем слове, сожаление переполняло меня. Кира обхватила меня руками и прижала к себе.
— Я пробыл в баре около часа, когда столкнулся с Брентом Райли, богатым парнем, которого я знал через знакомых и с которым ходил на вечеринки в течение нескольких лет. Его семья живет в городке примерно в получасе езды отсюда. Он был в Сан-Франциско на мальчишнике — там была целая компания. Я пообщался с ними некоторое время. Хотя мы с Брентом никогда не ладили. Он был настоящим придурком — из тех людей, которые выглядят идеальными и достойными для внешнего мира, но за кулисами они жуткие и корыстные.
Она кивнула.
— Я в какой-то степени знакома с таким типом, — сказала она язвительно. Я нежно поцеловал ее в лоб, зная, что она думает о Купере, или, возможно, о своем отце, или, возможно, и о том, и о другом.
— Да, так вот, мы шли по улице к парковке, и он сказал, что подцепил какую-то девушку, и что он и другие парни собираются отвезти ее к себе в отель и немного повеселиться, — Кира посмотрела на меня, и ее глаза расширились, что выглядело как удивленное отвращение. — Он спросил, хочу ли я принять участие в этом действии, и указал на машину, где на заднем сиденье сидела девушка. Я вроде как немного сошел с ума, — я сделал паузу. — Я искал драки, Кира. Мне нужна была причина, чтобы подраться с ним.
— Это была хорошая причина, Грей, — прошептала она.
Я громко выдохнул.
— Может быть. Я заехал ему прямо в лицо, но он был тем, кто толкнул меня первым. И это было все, что мне было нужно. Я не оказал ему никакой пощады. Он нанес несколько хороших ударов, но большинство ударов были моими. Я наслаждался этим. А потом он упал... — я сделал паузу, закрыв глаза, представляя тот ужасный момент. — То, как он упал... Я сразу понял, что он умер. Люди начали разбегаться, машины уезжали, приехала полиция...
Она подняла на меня глаза, в которых было столько сострадания и понимания, что мне захотелось раствориться в них, веря, что там я найду искупление.
— Ты не хотел его убивать, — сказала она.
— Нет. Боже, нет, я не хотел его убивать. Просто хотел причинить ему боль, преподать урок. В ту ночь я выступал в роли судьи, присяжного и, как оказалось, палача.
Кира подняла руку и провела большим пальцем по моей щеке.
Как она могла смотреть на меня с такой любовью в глазах после того, чем я с ней поделился?
И все же, она смотрела.
— Они нашли девушку?
Я поджал губы.
— Да, они нашли ее, но слишком поздно, чтобы провести тест на наркотики. Моя защита не смогла использовать ее на суде, — я глубоко вздохнул. — Моя защита. Какая шутка. Мой отец не стал платить за адвоката, оставил меня на произвол судьбы, — сказал я, не в силах сдержать обиду и горечь в голосе. — Мне пришлось нанять общественного защитника. Этот парень был абсолютно некомпетентен, и даже если бы он не был таким, его дело было настолько большим, что он все равно не смог бы многого для меня сделать. Тем не менее, он был уверен, что за случившееся я получу минимальный срок шесть месяцев, а в лучшем случае общественные работы. И когда судья вынес приговор — пять лет, я был... Я был потрясен, шокирован. Мне казалось, что моя жизнь закончилась.
Почувствовал, как тело Киры напряглось, но она осталась неподвижной. Я глубоко вздохнул.
— Я ждал, что отец навестит меня, хотя бы один раз, но он не навестил. А потом ко мне пришел Шейн, чтобы сказать, что женился на Ванессе. . .
Обида того момента все еще затрагивала меня, хотя результат уже не волновал. Я был опустошен. И тогда я также вычеркнул и Шейна из списка моих посетителей. Он пытался. Все эти годы он не переставал писать, пытался навестить меня, как и Ванесса.
Кира подняла голову и посмотрела на меня.
— Должно быть, это было ужасно для тебя. Ты, наверное, чувствовал себя таким брошенным, таким обманутым.
Я кивнул, зная, как глубоко она меня понимает.
— Я бы не выжил, если бы не Харли. И ты, маленькая ведьма, имеешь к этому самое непосредственное отношение, — ее брови нахмурились.
— Каким образом?
Я рассказал ей о том, чем поделился со мной Харли. Она прислонила подбородок к моей груди, на ее губах играла маленькая безмятежная улыбка.
— Может быть, в каком-то смысле я была там с тобой тогда, — прошептала она. — Это звучит безумно?
Я усмехнулся.
— Нет, для меня это имеет смысл.
Я смотрел на нее сверху вниз, мое сердце колотилось в груди. Ее сладкое, мягкое тело прижалось к моему, и, что удивительно, желание снова наполнило мое тело. Но желание было не только между ног. Оно было в моем сердце. Я хотел ее так, как только может хотеть мужчина свою женщину.
Я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя, — хотел признаться я, но слова застряли в горле, страх подавил любой звук. Вместо этого я наклонился и поцеловал ее, сдаваясь, но не полностью. Я не был достаточно смел. Не сейчас.
Глава 21
Кира
Так странно быть влюбленной в своего мужа. Странно, но совершенно замечательно. Часто я прогуливалась по винограднику Хоторна с мечтательной улыбкой на губах. Я перевезла свои вещи в комнату Грейсона,
