сбрасывать со счетов мою силу.
Доминик стиснул зубы, гнев захлестнул его с новой силой.
— Шакалиха пыталась застрелить тебя. Смертоносная гадюка пыталась утопить тебя. Гепард отравил тебя, пока я стоял рядом. Я ни в коем случае не просил тебя прятаться, хотя и хотел, потому что я точно знаю, насколько ты сильная. Я даже не сопротивлялся твоей решимости остаться в твоём многоквартирном доме.
— Я знаю, что ты сила, с которой, чёрт возьми, нужно считаться, Мила. И я знаю, что тебе было бы больно, если бы я подразумевал иначе, поэтому я отложил свои собственные страхи ради тебя. Но сегодня невротичная сука выстрелила тебе в грёбаную грудь. Человек. С ним легко справиться. Но никто из нас не успел до того, как она смогла причинить тебе боль. Никто из нас. Иногда быть сильным недостаточно.
Мила не могла с этим поспорить, но…
— За мою голову больше не назначена награда, и Розмари больше не играет роли, так что опасность миновала.
Доминик покачал головой.
— Статьи Пирсона и ответы моей стаи привлекли много внимания. Его дочь только что пыталась тебя убить. Это превратится в медиа-цирк. Он выйдет из себя и каким-то образом обвинит нас в действиях Розмари. Экстремисты встанут на его сторону, сочтя тебя поклонницей перевёртышей, и они могут попытаться напасть на тебя.
— Самые разные люди будут появляться возле вашего здания и парикмахерской. Репортёры, видеоблогеры, любопытные люди. Это будет кошмар безопасности для вашего прайда. Они никак не смогут внимательно следить за тобой в течение этого времени.
Винни вздохнул, выражение его лица стало мрачным.
— Он прав, Мила. Когда мы уходили, улица была забита людьми. Это будет растиражировано по всему интернету. Из того, что случилось с семьёй Брекена, ты точно знаешь, как далеко зайдут экстремисты. Ты знаешь, как сильно они любят бросать бутылки с зажигательной смесью в окна магазинов, домов и многоквартирных домов.
— Не думай, что оставаться здесь — значит залечь на дно, — сказал ей Люк. — Думай об этом как о том, что всяким ублюдкам будет трудно подобраться к тебе. Думай об этом даже как о защите прайда. Если экстремисты выберут тебя мишенью и поверят, что ты здесь…
— Они будут бомбить территорию стаи Феникса, — огрызнулась Мила. — Неужели это никого здесь не волнует?
— Пещера находится слишком глубоко на земле, чтобы в неё могли попасть бомбы, — сказал Трей. — Они могут нанести ущерб окружающему лесу, но это все. И у нас есть меры предосторожности на случай подобных событий.
Джеймс наклонил голову, обращаясь к Трею.
— Тебя не будет беспокоить, что она здесь, зная, что это может принести опасность на твою территорию?
— Она пара Доминика — это все, что мне нужно знать, — сказал Трей. — И всегда будет возможность того, что опасность надвигается на нас, потому что всегда будут экстремисты. Вот причина, по которой ни один перевёртыш в здравом уме никогда не начнёт войну с ублюдками. Вы не можете убить предрассудки. К сожалению, это будет существовать всегда, а это значит, что всегда найдутся люди, которые захотят действовать в соответствии с этим. Война привела бы только к бессмысленным смертям, не более того.
Алекс кивнул.
— Движение в любом случае хорошо справляется с экстремистами. Количество нападений резко снизилось, и экстремисты потеряли значительную поддержку со стороны себе подобных. Со всей той пиар-работой, которую проводят группы перевёртышей, люди и перевёртыши сосуществуют более мирно, чем когда-либо прежде. Но, как ты сказал, предубеждения будут всегда. Проблема Дина с моей сестрой может заключаться в том, что он что-то имеет против манулов.
— Я не увидела от него никаких предубеждений, — сказала Мила. — Он был просто… нормальным.
— Волк сказал, что Дин наблюдал за тобой, — отметил Алекс. — Это не совсем нормально.
— Это не обязательно означает, что он думал о чем-то плохом, — сказала Мила. — И не мог бы ты, пожалуйста, называть Доминика по имени?
— Нет.
Именно в этот момент Тейт вернулся в комнату, убирая телефон в карман.
— По словам Арчи, Дин Симмонс является частью прайда Берч, который находится не более чем в миле отсюда.
Винни поднялся на ноги.
— Тогда давай нанесём ему визит. Я не буду звонить его альфе заранее, ведь мы не хотим предупреждать Дина о нашем приезде. Я позвоню тебе, как только свяжусь с ним, Мила.
Все остальные встали, и Валентина подошла к Миле. Ещё раз, обняв её, Валентина сказала:
— Я знаю, тебе тяжело оставаться позади. Но все пройдёт более гладко, если ты не будешь находиться в поле зрения этого мужчины, который назначил цену за твою голову.
Мила тяжело вздохнула.
— Я знаю, но…
— Четыре раза, Мила, — сказал Джеймс. — За короткий промежуток времени тебя четыре раза чуть не убили. Сжалься над нашими сердцами и дай нам отдохнуть от тревог.
Когда Валентина не стала спорить, удовлетворённо кивнула и похлопала Милу по руке.
— Я упакую кое-что из твоих вещей и принесу их сюда. — Она повернулась к Трею. — Мне нужна любая информация, которая у вас есть о создателе веб-сайта. Мои братья заставят его заплатить — это я вам обещаю.
Приняв объятия от каждого из своих товарищей по прайду, Мила последовала за ними к входу в пещеру и помахала им на прощание. Она напряжённо стояла в объятиях Доминика, прислонившись к нему, когда он крепко держал её сзади.
Он уткнулся носом ей в шею.
— Я знаю, ты зла на меня за то, что я попросил тебя остаться. Я даже не виню тебя за это. Но я не могу смотреть, как тебе снова причиняют боль, Мила. Я просто не могу этого сделать.
Оттаяв от измученных ноток в его голосе, она с тяжёлым вздохом повернулась в его объятиях.
— Я знаю. Но для того, кто хочет, чтобы я отдохнула, ты определённо не даёшь мне уснуть. Я не жалуюсь, потому что твой член довольно выдающийся, когда его используют с толком. Я просто указываю на лицемерие здесь.
Его губы изогнулись.
— На этот раз я не буду к тебе приставать.
