— О Яма! С какими новостями ты пожаловал ко мне? Уж не случилась ли беда в твоих владениях?
— О великий бог! — удивился Ямарадж. — Ты же сам повелел мне явиться сюда. Как видишь, я исполнил твою волю. Я знаю, велика моя вина, и все-таки прошу тебя, о всевышний, смени гнев на милость!
С этими словами Ямарадж склонился перед Вишну. Но всевышний удивленно посмотрел на испуганного Яму. И только когда владыка преисподней рассказал обо всем, что с ним приключилось, Вишну наконец понял причину его страха и покатился со смеху.
— Ну и поделом тебе, Яма. Хотел померяться силами с живым человеком, вот он тебя и проучил! Как видишь, не так-то легко справиться с живым, наделенным силой человеческого ума. Недаром человека считают самым умным в мире, поэтому все и подчиняются его воле. Возвращайся домой и с уважением проводи живого человека обратно на землю, где ему и подобает находиться.
Знай да умей
Непальская сказка
Перевод Л. Аганиной
авным-давно в деревне Магхаборе жили старик со старухой. И ничего у них не было, кроме четырех дочерей. Когда девочки выросли и пришло время выдавать их замуж, у старика со старухой не нашлось добра, чтобы дать им в приданое. Поэтому старшую дочь родители выдали за тигра, вторую — за медведя, третью — за змея, а самую младшую — за коршуна.
Повыходили замуж дочки и покинули родительский дом. Долго старики не видели своих дочерей и зятьев. Как их в гости позовешь? В доме хоть шаром покати. Вот и надумал старик сам к ним отправиться.
Прежде всего пошел он к старшей дочери, которая жила со своим мужем-тигром в пещере.
Старик заявился, как раз когда оба были дома. Увидел тигр тестя, расстелил перед ним свой пушистый хвост заместо ковра и пригласил старика отдохнуть на нем. «Надо хорошенько угостить дорогого гостя», — подумал хозяин дома и велел жене:
— Мы с отцом пойдем поохотимся, а ты вскипяти пока воду.
Наступила ночь, тигр с тестем отправились на охоту. Шли они, шли и пришли наконец в одно селение.
— Ты, тестюшка, оставайся пока здесь, — говорит тигр старику. — В сарай я проберусь один, задеру там козла и кину его тебе. Ты тушу сразу хватай и тащи подальше, в заросли крапивы.
Сказал и скрылся в сарае. Спустя некоторое время к ногам старика упала козлиная туша, схватил он ее и оттащил в крапиву. Скоро и тигр подоспел, и они вдвоем понесли добычу домой.
Старшая дочь приготовила из козлиного мяса такое вкусное жаркое, приправила его такими вкусными пряностями, что старик ел, ел и никак наесться не мог. А когда домой вернулся, то долго хвастался своей старухе:
— Ну и вкусным жарким угостили меня сегодня дочь с зятем!
— Хорошо тебе, пошел и наелся, — упрекнула мужа голодная старуха. — А кто меня, несчастную, угостит чем-нибудь вкусным?
— Да я мигом тебя накормлю, думаешь, я хуже нашего зятя-тигра?
В ту же ночь старик взял с собой старуху и отправился в селение, куда они с зятем ходили. Подошли старик со старухой к сараю, старик и шепчет жене:
— Стой здесь! Я, как зарежу козла, выброшу его из сарая, тут ты хватай тушу и тащи подальше в крапиву. Ну, а дома мы уж с тобой попируем!
И старик юркнул в сарай. Но там напоролся на здоровенного козла с длинными рогами. Только старик к нему приблизился, а тот как боднет его — и выбросил из сарая. В темноте старуха приняла старика за козла, схватила покрепче и потащила в крапиву.
— Да это я, старуха! — взвыл старик от боли. — Ты что, не видишь, кого в крапиву суешь? Ой, жжет! Ой, помираю!
Пригляделась старуха, видит, и впрямь своего мужа в крапиву она затолкала. Кое-как вытащила, отходила, и пришлось старикам с пустыми руками домой возвращаться.
Прошло несколько дней, пошел старик в гости ко второй дочери. Зять-медведь тоже решил на славу угостить тестя и говорит:
— Пойдем-ка, тестюшка, со мной за маслом и мукой, а ты, жена, поставь пока сковороду на огонь! Пусть греется.
Шли они, шли и дошли до места, где люди из семян горчицы масло жмут. Увидели медведя люди, испугались и бросились врассыпную. А тот покатался по земле, пропитал маслом свою шкуру и вместе с тестем отправился на мельницу. Увидел мельник медведя, испугался и бегом с мельницы, а медведь в муку повалился и давай по ней кататься. Скоро стал медведь походить на большой снежный ком. Поднялся и говорит старику:
— Ну что ж, тестюшка, запасы сделаны, теперь и в обратный путь двигаться можно.
Вернулись они домой, сел медведь на сковороду, масло с него ручьем течет, а сверху мука сыплется. Приготовила дочка вкусные сдобные лепешки, угощает дорогого гостя. Ел, ел старик, пока рот у него закрываться перестал. Передохнул немного и воротился домой.
Только вошел в дом, а жена спрашивает, чем вторая дочь отца угощала.
— Сегодня меня до отвала накормили вкусными лепешками, — ответил муж.
— Твоей доле можно только позавидовать, — вздохнула старуха, глотая слюну. — Вот обо мне кто позаботится?
— Ну-ка поставь сковороду на огонь! — улыбнулся старик. — Сейчас я принесу тебе масла и муки.
И старик отправился добывать масло. Дождался, когда люди закончат выжимать масло и уйдут домой, и давай тереться о давильные камни, на которых были остатки масла, а потом бегом припустился домой. Не теряя времени, уселся старик на горячую сковороду — ждет, когда масло с него вытечет. А горячая сковорода как прихватит его за одно место! Соскочил старик на пол, скачет точно безумный и кричит во весь голос:
— Ой, старуха! Лей на меня воду! Лей скорее, сил никаких нету!
Сколько ни отливала его жена, старик весь волдырями покрылся.
Прошло какое-то время, и решил старик навестить третью дочь.
Хочется зятю-змею угодить гостю, и надумал он показать старику подземное царство.
Ухватился старик покрепче за змеев хвост, поползли они по подземному ходу, и таких старик чудес насмотрелся в подземном мире, что домой вернулся, не помня себя от восторга.
Захотелось ему показать жене подземные чудеса. Приказал он старухе держаться за его ногу и полез в змеиную нору. Только змеиный ход для него слишком узким оказался — застрял старик тут же. Долго его старуха потом вытаскивала, всего в ссадинах да царапинах домой еле довела.
Осталось старику посетить дом самой младшей дочери. Что ж, заявился он вскоре к зятю-коршуну. Радостно встретил коршун тестя и, чтоб уважить его, посадил себе на спину, высоко взлетел с ним — весь мир старику показал.
Вернулся домой старик, поведал жене о том, как интересно высоко в небе летать.
Раззадорилась старуха, хочется ей хоть одним глазком взглянуть на землю сверху. Старик тотчас вызвался исполнить ее желание. Приклеил он себе крылья из перьев, посадил жену на спину и прыгнул с горы вниз. Но, увы, бедная старуха ничего не увидела, только синяки да шишки себе набила.
Недаром говорят: «Мало знать, надо уметь!»
Почему у птицы кальчунды клюв и лапки золотые
Непальская сказка
Перевод Л. Аганиной
ил когда-то на свете раджа по имени Ташетханг. Однажды под вечер прогуливался он по саду. Солнце уже заходило за горы. Легкий ветерок доносил благоухание цветов. Кругом царили спокойствие и тишина, и даже пчелы не нарушали их своим жужжанием. И вдруг до слуха раджи долетела прекрасная песня, в звуках ее были и солнце, уходящее за горы, и благоуханное дуновение ветерка, и даже приносящая покой тишина. Певец давно уже замолк, а раджа все стоял, зачарованный удивительной мелодией. «Никогда еще не доводилось мне слышать подобного, — подумал он. — Что же это должно быть за диковинное существо, коль способно оно своим пением так околдовать человеческую душу?»
На следующее утро раджа проснулся, едва заалело небо. Утренний прохладный ветер сначала приносил из сада только шелест листвы, а потом до ушей раджи донеслись те же пленительные звуки, что он слышал вчера.
Ташетханг прикрыл глаза, и теперь в этих удивительных звуках ему слышались голоса небесных дев. Песня становилась все громче и прекраснее, и радже стало казаться, что за окном в саду играет целый оркестр самых искусных флейтистов. Но тут совсем неожиданно на самой высокой ноте певец умолк.
Раджа вскочил с постели, выбежал на веранду и стал внимательно прислушиваться в надежде насладиться волшебными звуками еще хоть мгновение. Но кругом было все тихо. Целый долгий день раджа ждал, когда снова зазвучит полюбившаяся ему песня. А когда наступил вечер, он в сопровождении всех своих придворных пришел в сад на то самое место, где впервые донеслось до него чудесное пение. Скоро вечерняя тишина наполнилась теми же чарующими звуками. Раджа и все, кто был с ним, затаили дыхание. Долго лилась удивительная мелодия, а когда певец притомился и умолк, государь объявил придворным:
