Читаем без скачивания Имперская гвардия: Омнибус - Стив Лайонс

Вдруг платформа, лязгнув, остановилась, синие фонари на ее краях погасли.

— Святой Трон! — произнес Костеллин. — Они, должно быть, уничтожили источник энергии от «Термита». Мы здесь в ловушке!

— Мы можем подняться, сэр, — сказал гренадер, указав на четыре ржавых, но крепких цепи, на которых висела платформа. Костеллина не слишком устраивала такая перспектива, и он попытался связаться по воксу с лейтенантом на поверхности, надеясь, что там должна быть ручная лебедка для аварийных случаев. Но никто не отвечал, и, переключившись на общий канал, Костеллин услышал лишь треск помех. Разочарованно он выдернул наушник из уха. Кроме всего прочего они теперь лишились и вокс-связи.

— Ладно, — устало сказал он. — Будем подниматься, и нам лучше поспешить. Мы не знаем, сколько еще наши товарищи смогут продержаться там, внизу. И в любой момент на нас могут наброситься новые твари. Хуже того, они могу доложить своим главным силам. Возможно, пока я говорю, целая армия некронов направляется к выходу из этой шахты, и если они придут туда раньше, чем мы… — не было необходимости говорить о последствиях.

Два гренадера уже полезли по цепям вверх, упираясь ногами в стену шахты, их фонари, прикрепленные к штыкам хеллганов, казались светлячками во тьме. Через секунду за ними последовали еще двое солдат, и на платформе остался один Костеллин.

Он взялся за цепь, его перчатки стали скользкими от смазки. Он не знал, насколько высоко идет эта шахта, не знал, сможет ли он выбраться из нее, не имея силы молодых солдат, но что ему еще оставалось кроме как попытаться?

Он начал подниматься.

ГЛАВА 17

ЕЩЕ один день, такой же, как и остальные. Еще двенадцать часов труда в развалинах, пытаясь не думать. Единственным изменением было то, что рабочие смены были укорочены, чтобы уделить время богослужению, которое Амарет проводил трижды в день — на рассвете, в полдень и на закате. К третьему дню Арикс если не совсем привыкла к церковным службам, то, по крайней мере, притерпелась. Она была рада, что они предоставляют хоть какую-то передышку от работы, а в здании храма теплее, чем на улице. Иногда она думала, делает ли это ее грешницей.

Во время первой службы двое человек вскочили и начали протестовать, и Арикс позавидовала их смелости… пока Амарет не приказал вывести их вперед, достал лазерный пистолет и отправил их «на милость Железных Богов». С тех пор никаких протестов не было.

Колокола храма начали звонить, и Арикс отложила лопату и присоединилась к колонне других рабов, которых вели в храм. Она не сразу заметила, что утро уже позднее. Взглядом она искала Тилара, и ее желудок скрутило от испуга, когда она его не нашла. Что если он тоже забыл о времени и еще не вернулся?

Что если Амарет сегодня решит отвести ее к пирамиде?

— Он боится, — шепнул ей Тилар прошлой ночью. — Амарет боится, что когда он придет к богам, они отвергнут его или хуже… Он жаждет их одобрения, но, чтобы получить его, он должен рискнуть всем, что у него есть, в том числе и жизнью.

— Тогда, может быть, он не пойдет к ним? — прошептала Арикс. — Может быть, он не решится?

— Он пойдет, — мрачно ответил Тилар. — Его положение слишком ненадежно, он жаждет власти и статуса, который могут, как он думает, дать Железные Боги. Он знает, чем рискует, и поэтому медлит, но скоро он решится.

Этим утром он оставил Арикс работать в одиночестве, и она выругала себя за то, что так скучает по нему. За это недолгое время он стал так важен для нее. Ее путь к спасению, ее надежда. Но у них не было выбора. Тилар должен был готовить планы побега, и он не мог это делать, оставаясь рядом с ней. За ней слишком бдительно наблюдали.

Она устало прошла в храм, теперь даже не обращая внимания на нарисованный череп над воротами. Паства заполнила только передние скамьи, но по сравнению с вчерашней службой людей было больше. Амарет произвел в жрецы несколько надсмотрщиков, назначив на их место благонадежных рабов. Он послал своих новых жрецов «нести слово», и они возвращались, приводя многочисленных благодарных беженцев.

Арикс повернула голову, пытаясь найти Тилара в толпе, но не нашла его.

— Я думаю, надсмотрщики теряют бдительность, — сказал он прошлой ночью, — и некоторые из них только недавно были повышены из рабов, и слишком наслаждаются возможностью господствовать над нами, но кроме этого ничего не делают. Кроме того, они обязаны всюду ходить за тобой, куда бы ты ни пошла. Думаю, если выберу подходящее время, то смогу ускользнуть.

«Возможно, именно это он и сделал», подумала Арикс. Возможно, он сбежал, и, несмотря на все свои самые лучшие намерения, убедился в тщетности попыток вернуться за ней, и решил спасать себя. Она не могла его винить.

Многие рабы начали раскрашивать лица, подражая жрецам. Самым популярным рисунком был символ солнца на лбу. Казалось, что с каждым новым днем Арикс все глубже проваливалась в пропасть безумия, и боялась, что у нее ненадолго хватит сил держаться.

Она краем уха слушала очередную проповедь Амарета, сидела, вставала, становилась на колени вместе со всеми, и все это время по обеим сторонам от нее стояли два надсмотрщика. Она притворялась, что повторяет слова новой, еретической молитвы, но отказывалась их произносить. Когда паства склоняла головы в молитве Железным Богам, Арикс про себя молилась Императору. Каждый день она поминала в молитвах Гюнтера, но теперь молилась и о Тиларе. Она просила Императора спасти его, где бы он ни был.

Сейчас ей пора бы знать, каким будет Его ответ.

Служба закончилась и паства начала расходиться, когда появились двое надсмотрщиков, проталкивавшихся сквозь толпу. Они тащили еще одного человека, его ноги волочились по земле, лицо представляло собой массу синяков. Его явно избили.

— Мы нашли его, лорд Амарет, — радостно воскликнул один из надсмотрщиков. — Мы нашли беглеца, еретика!

— Я верен Богу-Императору человечества, — огрызнулся пленник. — Это не я здесь еретик.

Конечно, это был Тилар, и Арикс в ужасе закрыла рот рукой, видя, как надсмотрщики тащат его вдоль нефа мимо рядов скамей. Ее ноги ослабели, и она попыталась сесть, но надсмотрщики снова вздернули ее на ноги.

— Его зовут Тилар, мой лорд. Его не было на работе этим утром, мы нашли его около Главного Храма.

Тилара подтащили к Амарету и заставили встать на колени. Выражение лица главы культа не было видно за маской-черепом, и, когда он заговорил, его размеренный голос был также лишен эмоций.

— Ты пытался отвергнуть богов, — объявил он, и Арикс не могла сказать, разочарован он, разгневан или, напротив, вероятно, рад этой возможности продемонстрировать свою новообретенную власть. — Разве не учили они через меня, что делать это означает навлечь их возмездие на всех нас?

— Твои «боги» — зло, — сплюнул Тилар. — Не имеет значения, что ты делаешь, как бы ты ни пытался их умилостивить. Они уничтожат тебя, как уничтожают все, к чему прикасаются.

— Это было последнее богохульство, которое ты произнес, — сказал Амарет с тем же неизменным спокойствием, и Арикс едва не задохнулась от рыданий, когда он достал из-под своих риз лазерный пистолет.

— Не думаю, — ответил Тилар, — потому что, видишь ли, «лорд» Амарет, ты не единственный, кто находил мертвых солдат в этих развалинах. Ты не единственный, кто может забирать их оружие. Мне пришлось пройти почти до самой пирамиды ксеносов, чтобы найти это, но, думаю, оно того стоило.

Рабы, которые уже начали расходиться, вернулись, и подошли ближе, чтобы посмотреть, что сделают с еретиком. Теперь в их толпе начал распространяться шепот ужаса, и они начали отступать назад. Тилар встал на ноги, и надсмотрщики не помешали ему, и даже сам Амарет вдруг потерял свое спокойствие.

Тилар держал что-то, и наконец Арикс разглядела, что именно: красный яйцеобразный предмет с черным рисунком в виде черепа и костей.

— Это, — сказал Тилар, — противотанковая граната. Она создана для пробивания брони танков, так что взрыв ее будет куда мощнее, чем у осколочной. Если я сейчас выдерну чеку, уж поверьте, никто из нас не уцелеет, и меньше всего шансов у тебя, самозваный верховный жрец.

— Железные боги защитят меня, — сказал Амарет, но в его голосе не было прежней уверенности.

— Чего… чего ты хочешь? — запинаясь, произнес один из надсмотрщиков.

— Чего я хочу, — сказал Тилар, — больше чем чего бы то ни было — сделать это прямо сейчас, положить конец этому безумному культу. Я хочу обрушить эту крышу на ваши головы, и с радостью пожертвовал бы жизнью ради этого, но я не буду, потому что эта церковь была храмом Императора, и я верю, будет им снова.

Говоря это, он зашел за спину Амарету и схватил его одной рукой за горло.

— Поэтому мы с верховным жрецом сейчас выйдем отсюда, а также пусть с нами идет любой из этих людей, этих рабов, кто хочет уйти, кто хочет быть свободным.