Станиславович, перебивать начальство — признак дурного тона. Это раз. И два — вчера Евгений Максимович имел возможность лично убедиться в их профессиональных качествах. Передатчик на Калининской заставе теперь как новый. И на это им, — кивнул он в сторону ребят — понадобилось пару часов. Всего. Так что внешность обманчива. Теперь о деле. Владимир попросил документацию на оборудование. Я ещё вчера озвучил требование полковника Скрябина о систематизации всех схем на неё. Это задание выполнено?
— Ну-у-у… Не всё нашли пока… — замялся мужик — … но вы сами должны понимать, что после Хаоса…
— Значит, приказ не выполнен, а вы ещё и ставите под сомнение решение руководства?
— Нет, но…
— Игорь Станиславович, вы отстранены от руководства ремонтными работами. Сами вы не радиоспециалист, но даже организационные вопросы не смогли решить. И зачем вы тогда здесь?
— Хорошо, разбирайтесь сами, — махнул тот рукой и подошёл к раздевалке, чтобы взять верхнюю одежду.
— Теперь вопрос по остальным, — капитан перевёл взгляд на собравшихся. — Прапорщик Мочалов сам отберёт тех, кто ему пригодится. Оставшиеся не у дел будут нагружены обычной работой.
— Думаю, что все здесь собравшиеся пригодятся, — сказал Вовка. — Одни будут смотреть кабели, другие полезут на вышку, третьим предстоит вместе со мной заняться восстановлением аппаратуры.
— Силён! — кто-то из заднего ряда собравшихся охарактеризовал последний спич молодого специалиста.
— Кстати, забыл представить их вам. Прапорщик Мочалов. Владимир… — Солнцев повернулся лицом к Вовке.
— …Сергеевич — смущённо подсказал ему тот.
— … Сергеевич. И его помощница — Валентина.
— Валя отвечает за кабельное оборудование, — заметил Мочалов.
— Вопросы есть? Нет? Тогда попрошу всех максимально серьёзно отнестись к поставленной перед вами задаче. Максимально серьёзно. Чтобы таких вот проблем, как с Игорем Станиславовичем, больше не было. Всё, не буду вам мешать, начинайте работать.
— Доброе утро! — кивнул всем Вовка. — Товарищ капитан напустил, как у нас в анклаве говорят, официоза. Давайте сразу договоримся: я — Владимир, Володя — для самых старших. Теперь о работе — мне нужны схемы узлов, начиная от возбудителей видео и аудиосигналов и кончая оконечным каскадами.
— Владимир! А если транзисторы в блоках радиопередатчиков пришли в негодность? — задал вопрос один из мужчин сорока лет.
— Запасных нет? — уточнил Вовка.
— ЗИПов не нашли. — покачал тот головой.
— Придётся откатываться к лампам — иного выхода нет. Старого оборудования не осталось?
— Кое-что есть, но нужно смотреть.
— Давайте приступать, — кивнул Вовка.
22 января 2028 года. г. Саратов. Вечер
Возвратившись в квартиру, Вовка освободился от верхней одежды и с трудом добрёл до кресла в гостиной, рухнув безвольным телом в него. Голова гудела как пчелиный улей — он сегодня порядком переусердствовал. Стараясь не показывать вида, Вовка только сейчас осознал, насколько поверхностными были его знания в телевизионном оборудовании. Да, у отца справочники были по ламповой технике, да, строил он свой телепередатчик, рассчитанный на небольшую мощность, но теперь в голове у него родилась стойкая мысль, что тополиновский телецентр умер, ещё не родившись — там тоже нужно всё модернизировать, иначе ни мощности не хватит, ни ресурсов. А мужики-то сегодня к обеду прониклись. Пусть там нет настоящих специалистов-телевизионщиков, но лиха беда начало. Часть оборудования уже раскурочили, подготавливая к замене выгоревшие каскады и проводя расчёты согласования транзисторных и ламповых каскадов. Тут и Солнцев помог — у военных связистов кое-что удастся позаимствовать, и за неделю они должны справиться.
— Устал, Володечка? — Валя присела на подлокотник и сочувствующе посмотрела на него.
— Не то слово, Валюш… Голова вообще никакая… — помотал он ею.
— Давай я тебе ванну налью — расслабишься?
— Чтобы я без тебя делал, — он потянулся к ней и обнял.
Глава 19
28 января 2028 года. д. Тополиновка. Вечер
Начавшееся три дня назад резкое потепление сподвигло главу анклава дать команду — со следующего утра начать монтаж нефтеперерабатывающего мини-завода. Едва солнце встало, из Тополиновки вышел целый караван техники и через час рабочие уже начали сначала предмонтажную подготовку места и техники. Хорошо, что присутствовали казанские специалисты — множество мелких нюансов и проблем, хорошо знакомых им, были решены за рекордно короткий срок.
Следующий день был целиком и полностью посвящён монтажу контрольно-измерительных приборов. Пусть дело шло медленно, но до темноты успели собрать почти половину. Заодно подогнали первые две цистерны с нефтью — на пробу, сразу после пуска заводика.
За эти три дня завод был практически собран. Собран, благодаря волевым усилиям военных строителей, в максимально короткие сроки. Гидрометцентра больше нет, и прогнозов погоды не предвидится. Поэтому, пока стоит оттепель с плюсовой температурой, необходимо как можно быстрее закончить с монтажом завода. Иной раз вся стройка напоминала большой муравейник — одни выполняли физическую работу по креплению отдельных узлов, тут же работали КИПовцы, устанавливая и проверяя все электронные цепи. Сомов не стал сиднем сидеть в анклаве — все трое суток он был в числе первых, кто запускал в тестовый режим этот мини-завод. А потом усталый и довольный возвращался в анклав, где его ждала беременная супруга. Нагрянувшие сегодня морозы, затормозили стройку, но подавляющее большинство работ было выполнено. Люди отдыхали от стахановских темпов и ждали, когда погода вновь будет благосклонна к ним.
1 февраля 2028 года. г. Саратов. Вечер
За эту неделю Вовка осунулся и похудел. Нет, Екатерина Дмитриевна прилагала все усилия, стремясь накормить молодёжь, вот только начало недели стоило ему немалых нервов: то одно не работает, то другое. Иные местные специалисты падали духом, обречённо махали руками, предлагая закончить этот потенциально обречённый на неудачу проект, но Вовка с маниакальным упорством отрицательно мотал головой и личным примером доказывал обратное. К середине недели пятнадцатилетний мальчик воодушевил всех своим упорством. Люди откровенно качали головами, удивляясь его настойчивости. Им-то сначала было всё равно, какой работой заниматься, а для Мочалова это был вопрос престижа и личного авторитета. Вот и вкалывал он за двоих, а то и за троих, вечерами падая в прямом смысле от усталости. Ни Екатерина Дмитриевна, ни Валя не могли его уговорить притормозить и снизить напряженность работы. Приехавший в четверг Игорь Дмитриевич молча выслушал рассказ сестры и сам вызвался поговорить с молодым дарованием — может, и в правду хватит мучиться — ну нет, так нет. Да какое там! В порыве гнева Вовка разговаривал
