результат не только определённого этапа экономического развития общества, но, что не менее, а может быть, и более важно – развития коллективной ментальности, коллективного сознания определённой части этого общества (как бы при этом она ни была мала). И здесь многое зависит не только от «характера исходного… общества», но и от «рода и силы внешнего влияния» (ни в коем случае не могущего быть определённым как навязывание)[1041].
Было одно заметное отличие феминизма в Китае на первом этапе его формирования 一 китайские женщины избежали этапа суфражизма. (Следует, наверное, согласиться, что Россия также «избежала» этого этапа женского движения, что, думается, и просматривается в дальнейшем пути страны к гендерному равенству.) Повторим, что период суфражизма на Западе был чрезвычайно важным в становлении феминизма, и как формирования движения женщин за свои права, так сказать, в организационном смысле, и в теоретическом – в осмыслении целей и задач женского движения.
Не менее острая проблема, которую можно отнести к специфическим, – перепад в уровнях развития и разница цивилизационных характеристик женщин разных регионов в странах с такой обширной территорией как КНР, что опять-таки характерно и для России. Не принимать в расчёт этот фактор не только неправильно, но и чревато ошибками в определении перспектив построения гендерногообщества. Как утверждают наши российские специалисты, если в европейской части России и определённых анклавах (вокруг крупных, чаще всего имеющих собственные университеты городов) образованные женщины сумели понять всю значимость решения задачи полного равноправия с мужчинами (не только в отношении равной оплаты за труд, но и доступа к власти), то на значительной (просто – большей) территории страны подчинённость женщины не была преодолена, несмотря на все кажущиеся усилия советской власти. Там по-прежнему следует учитывать неоднородность женского образования, семейного воспитания, воззрений на социальный статус женщин. В современных же условиях эта тема вообще ушла из поля зрения как властных структур, так зачастую и учёных этих регионов[1042]. Не ошибусь, если скажу, что это не менее (если не более) актуально и для КНР. Иногда возникает впечатление, что различные регионы этих обширных стран живут как бы в разных эпохах. Как соединить традиции и воспитание женщины в «отсталых» регионах – регионах с «разновременностью» развития с новыми взглядами на жизнь? «Принципы иной культуры могут быть определены как принципы иной эпохи». Это активно обсуждается применительно к женщинам Востока, но разве определённые регионы КНР ли, нашей ли страны не встают перед теми же вопросами?[1043]
Мною были приведены в Главе I данные по истории формирования феминистской идеологии и женского движения в мире. Как бы кому бы ни показались они чрезмерно обширными (опускаю качественные оценки), не касающимися непосредственно Китая, а потому ненужными, утверждаю, тем не менее, что именно они показывают особенности формирования феминизма в Китае. Особенности эти очень существенные, но также не являющиеся эксклюзивно китайскими. Несмотря на то, что российская элита (и чиновничья, и культурная) практически воспитывалась на западной, уже сформировавшейся культуре (а в Китае это возникло значительно позже и началось с экстрарелигиозной деятельности западных миссионеров – то есть имело определённый религиозный окрас), и разночинная российская молодая интеллигенция также впитала «с младенчества» коренные основы западного мировоззрения, тем не менее в идеологическом смысле (вероятно, более, чем в других сферах) Россия также является страной «догоняющей» (что видно, в том числе, из примеров сравнения ситуации с феминизмом в наших двух странах). Эти особенности, прежде всего, заключаются в отсутствии длительного, постепенного и «вдумчивого» этапа формирования в мировосприятии предпосылок, как в женской, так и в мужской ментальности, осознания, что «женщина – тоже человек», и отсутствие столь же длительного этапа самоорганизации женщин в отстаивании своих прав. А впрочем, выигрывают ли пришедшие позже, ибо имеют шанс не повторять чужих ошибок роста, или проигрывают, не полностью осознавая суть усвоенных, но не прочувствованных, самостоятельно продуманных истин, – рассудит история.
Если имя прилагательное («китайский», «русский», «социалистический», равно как и любое другое) приобретает уж очень существенное значение, то не происходит ли исчезновение смысла имени существительного? Не теряется ли при этом суть, основное содержание того, что оно определяет (или затемняет в таком обороте)? Мне представляется, что в общественной жизни, не менее, чем в медицине, необходимо чётко ставить диагноз, называя вещи своими именами. Именно по этой причине я говорю о «феминизме в Китае», а не о «китайском феминизме». Есть национальные различия, но они скорее связаны со скоростью и прямотой исторического пути, именно на эти параметры и влияет та самая «национальная специфика», независимо от того, православная ли она, или конфуцианская, или любая другая.
В заключение разговора о так называемой национальной специфике хотелось бы привести одну фразу В.И. Ленина (к сожалению, не найденную мною в ленинском ПСС – вероятно, утеряно, вместе с жёсткой необходимостью, умение ориентироваться в этом издании, а возможно, надо было взять некое другое издание?). Приехавший в Москву в 1918 году в качестве корреспондента газеты «Манчестер Гардиан» Морган Филипс Прайс (потомственный британский парламентарий) заметил, что «социализм, как его понимают большевики, в Британии не имеет широкой базы, больше распространён христианский социализм». «Христианский социализм?» – переспросил с иронией в голосе Ленин. «Знаете, социализм – коварная штука. Он не имеет прилагательных, даже таких, как “истинный” или “подлинный” Подлинный социализм в прилагательных не нуждается. В них нуждаются те, кто профанирует социализм. Но это, конечно, не означает, что на Западе, в частности, у вас в Англии, социализм не может пойти иными путями, в иных формах, чем в России». (Далее российский журналист говорит в своей статье, что только лишь в 70-е годы прошлого столетия М.А. Сусловым – «идеологом партии» стали придумываться различные прилагательные, используемые со словом социализм. «И.В. Сталин говорил о “полной, но неокончательной победе социализма” в середине 30-х, но не использовал никаких прилагательных»)[1044].
Заключение
Я очень схематично, обзорно и фрагментарно попыталась показать ход более чем полуторавекового существования (возникновения и развития) феминистской идеологии в Китае на фоне не менее чем четырёхсотлетней истории этого явления в Европе и Америке. Возможно, Китай даже в определённой степени выигрывает, имея шанс воспользоваться мировыми теоретическими и методологическими наработками, особенно за последние полвека – с момента возникновения в мире феминизма как новой отрасли обществоведения и реального воплощения этих идей в формирование женского движения и нового стиля взаимоотношений в обществе (гендерных отношений).
Я остановилась преимущественно на периоде со времени так называемых реформ при Цинах и до 1995 года, года проведения в Пекине крупнейшего мирового женского форума. Ещё
