- Еще бы. Нужны антибиотики, а еще хорошо бы... - я задумался, потом поднялся с колен и отряхнул брюки. - ...Так, возьму-ка я фонарик и пойду, пошарю в кладовке.
Тесный тамбур на выходе с ведущей из подземелий ГЭС лестницы, через который мы так быстро пробежали, стремясь к свету и свободе, хранил в себе неисчислимые и драгоценные для любого Робинзона богатства. Я вернулся, обсыпанный крупными хлопьями пыли, чихая и обливаясь слезами, но волоча за собой тележку с выкрашенным в голубой цвет длинным баллоном. Поставив его рядом с ложем инсургентки, я повозился с редуктором, устанавливая его на минимальную подачу, вставил шланг в маску противопылевого респиратора с проткнутым фильтром, подышал оттуда для проверки, кивнул и осторожно надел ее на лицо Софии.
- Импровизация, конечно, но лучше кислородной терапии ничего не найти. Всех нахлебавшихся водолазов так потчуют.
- И откуда ты только все это знаешь, Золтик? Не был бы таким грубияном, я б тебя похвалила, и даже умницей назвала, - прокомментировала Алиса, и обычное ехидство в ее голосе смешалось с легким уважением.
- А кто, по-твоему, участвовал в эпохальной археологической экспедиции на затонувший во втором рейсе "Мейфлауэр"? Внутрь, под палубу забраться папашка не дал, ясное дело, но за штурвал на верхней палубе я подержался. Знаешь, сколько водолазных лекций пришлось ради этого выслушать? Декомпрессия, азотный наркоз, кислородные отравления, первая помощь - ты бы, радость моя, через полчаса померла от скуки. Падай, короче, ниц пред моим величием.
- Слушай, я даже упаду, - неожиданно заявила она, немедленно выполнив земной поклон. - О-о-о, великий Золтик, не обойди благоволением ничтожную рабу твою, снизойди и осчастливь... чем-нибудь полезным. Потом придумаю, чем.
- Ладно, восстань, дочь моя. Давай, я осчастливлю тебя заданием.
- Это каким?
- Притащи еще ящиков. Запалим костер, а то прохладно здесь. Да и кушать хочется. Снаряды вынуть, а ящики - сюда.
- Кушать?! Ты что, нашел что-то съестное? Где?!
- Хо-хо. Так тебе и скажи.
- Ну-у-у, не томи, колись скорее!!! - запищала она, теребя мой рукав.
- Сначала дрова.
- Вот зануда! - топнула Алиса, но все же направилась к платформам с боеприпасами. Весна дисциплинированно последовала за ней.
- Смотрите, не швыряйте снаряды об пол, аккуратнее! - крикнул я им вдогонку, залез на платформу и снял с крепления над гусеничной полкой висящий там топор. Несколько пустых снарядных ящиков в моем распоряжении уже имелись, и, разбив их на доски, я принялся быстро щепать пересохшее дерево на растопку.
- Вы нашли зажигалку? - поинтересовалась Грегорика, которая тоже не теряла времени даром: вытащив закрепленную в нише башни аптечку, продезинфицировала и перевязала ободранные локти и колени Брунгильды. Та порывалась что-то делать, хотя ее ощутимо шатало, но под давлением принцессы все же неохотно прилегла на брезент рядом с Софией и закрыла глаза, обведенные синяками. Сотрясение явно давало себя знать.
Закончив с растопкой, я поднял глаза на Грегорику.
- Нет, ваше высочество. Но теперь это не проблема.
- Вы собираетесь снова поджечь порох? Но в фонаре осталась всего одна лампочка, а совсем без света здесь, в тоннеле...
- Лампочки не потребуются, - прервал я, копаясь в сумке с инструментами, прихваченной у несчастного электромонтера.
- Как же тогда?.. А-а, думаете высечь искру железом! - с интересом предположила она.
- Тоже нет. Искрой можно поджечь разве что трут. Зато вот так, смотрите...
Вытащив пассатижи, я зажал в них небольшой гвоздь от ящика, взял оттуда же молоток и присел рядом с рельсами. Уложив гвоздь на рельс, покрутил в воздухе молотком и принялся часто и сильно стучать им по гвоздю.
Легкий молоток мелькал так, что расплывался в воздухе, частый звон бился в уши, один отзвук не успевал сменить другой. Прошла пара минут, и гвоздь, уже слегка расплющившийся, вдруг засветился красноватым оттенком. Механическая энергия перешла в тепло, раскалив сталь, и сунутый в сухие щепки гвоздь мигом заставил их затрещать и заняться живым огнем. Я отер пот со лба, бросил молоток и сжал-разжал закостеневшие пальцы.
Принцесса захлопала в ладоши.
- Удивительно! Никогда не слышала о таком!
Ее искреннее восхищение заставило меня покраснеть.
- Да ничего особенного, многие кузнецы умеют разжигать горн гвоздем. В общем-то, это даже не полезный навык, а так, трюк на публику.
- Но где вы ему научились?
- Однажды пришлось почти две недели просидеть в кузнице. Правда, это было давно, три года назад назад.
- Когда вам было шестнадцать? Но ведь вы... из дворянской семьи. Как так могло получиться?
- Мой отец - геолог, служит в Императорской горной комиссии, но сейчас в основном занимается археологией. Начал таскать меня в экспедиции лет с пяти, когда разошелся с матерью. Она была слаба здоровьем, сидеть со мной не могла... и не очень хотела. Вот так и получилось. Я много чего повидал, о чем не жалею, конечно. А тогда... я простудился, и отец оставил меня в лагере партии, разбитом на уединенной таежной заимке. Там была кузница, кузнец - добрый бородатый дядька... и его племянница. Дождь лил беспрерывно две недели, делать было нечего... ну, почти. В общем, за это время я стал заправским подмастерьем. Если вам потребуется наделать гвоздей и подков, починить кирку или закалить новые зубила, смело обращайтесь, ваше высочество.
- Обязательно, - улыбнулась она. - Теперь даже жаль, что мое собственное детство было слишком рафинированным. Выбор вещей, которым я могла научиться, был намного уже.
- Учиться никогда не поздно, не переживайте.
- Наверное... наверное, да.
- Вот сейчас мы вместе поучимся занятному ремеслу кулинара.
- Кулинара? Но какой может быть кулинар без продуктов? Это ведь не дома, где можно позвонить поставщику и заказать. Кто же их тут доставит?
- Наш с вами меткий выстрел, ваше высочество.
- Выстрел? Постойте, вы же не имеете в виду?..
Расширив глаза, она начала поворачиваться туда же, куда смотрел я.
- А что? Крабы, которых нам в полярной экспедиции приносили инуиты, на вкус были отменными. Кто сказал, что это насекомое? Запишем нашего гада в царство членистоногих и воздадим ему должное. Как вы на это смотрите?
Судя по легкому зеленоватому оттенку ее лица, принцесса не разделяла такого вольного подхода к биологической классификации.
- Я... я... не знаю, как смотрю. Вы дозволите определиться с отношением чуть позже?
- Безусловно. Да, сейчас смотреть необязательною. Чтобы не потерять аппетит.
