Лэйми молча кивнул и сделал несколько шагов вперед. Осторожно спрыгнул с обрыва на чужую землю. Метра через три она упиралась в черный бархат Зеркала. Друзья почему-то последовали за ним, как привязанные.
— Вместе, оказывается, не так страшно, — криво улыбаясь пояснил Охэйо. — Надо было сразу взять кого-нибудь… Ну, давай…
Лэйми осторожно нажал на «ввод команды».
7.Ничего особенного не произошло — они ведь не двинулись с места. В глазах у Лэйми потемнело… потом вспыхнул яркий свет… потом — снова тьма. Но за этот миг он увидел…
Облака. Небо. Солнце. Поросшую травой равнину, полого поднимавшуюся к холмам. Деревья вдали. И больше — ничего.
Казалось, он на миг оказался в мире своего детства. Но он приготовился увидеть что-то совершенно невообразимое и потому невольно ощутил разочарование.
Охэйо с облегчением вздохнул.
— Даже не верится… Знаете, сейчас мы отправили в макулатуру весь зал Внешнего Мира в Библиотеке — хотя и такие предположения там есть, конечно. С войной, по крайней мере, все ясно. Люди её выиграли. Иначе за Зеркалом не было бы привычной нам жизни. Вот только их самих тоже почему-то не видно…
Лэйми ощутил вдруг острейший приступ любопытства. После двухсот лет, прожитых в замкнутом и неизменном городе, ему нестерпимо захотелось увидеть новые земли.
— Давай выйдем туда, — предложил он. — Нам надо изучить этот мир. А я не заметил там ничего страшного.
— Давай, — согласился Охэйо. — Только не сразу. Было бы глупо идти ТУДА не подготовившись. Мы ведь не знаем, кого можем там встретить.
Лэйми открыл было рот, чтобы возразить, — но, по зрелом размышлении, согласился с другом.
8.Сборы заняли не больше пяти минут. За это время Лэйми успел понять, почему Охэйо никому не сказал о своем открытии — одна мысль об обладании чем-то, чего нет больше ни у кого, приводила его в сумасшедший восторг, хотя он и понимал, что это неправильно. К тому же, у него просто не было терпения откладывать вылазку, о которой он, честно сказать, мечтал всю жизнь — даже для того, чтобы сообщить о ней кому-нибудь. После возвращения — другое дело. А пока…
Экспедиция должна была занять сутки — вполне достаточно на первый раз. Предусмотрительный Охэйо вызвал двух боевых зверей, которые патрулировали поблизости, чтобы они охраняли ноутбук — его надо было оставить возле Ключа. Ровно через двадцать четыре часа он откроет проход — всего на пять секунд. А если они не вернутся к назначенному сроку — то через сутки откроет его вновь, тоже на пять секунд. И ещё через сутки. И ещё — до бесконечности. Впрочем, Охэйо поставил и вторую страховку — если экспедиция не вернется в срок, компьютер передаст сообщение в Хониарскую Сеть и их друзья наверняка организуют поиски. Не очень быстро, быть может, но в том, что желающие выйти за Зеркало рано или поздно найдутся, сомнений не было…
Они решили полететь на тех же скутерах, на каких прибыли сюда — с их помощью можно было осмотреть сразу большую площадь. Неплохо было бы взять с собой боевых зверей или Ястребов, но за ними пришлось бы возвращаться к Арсенальной Горе и тогда с трудом удалось бы избежать расспросов. Оставалось надеяться на оружие, которое они взяли с собой.
У Охэйо на запястье висел блик. Брахмастру после тяжких размышлений — брать, не брать, — он положил в наплечную сумку, в компанию к другим вещам — большому фонарю, биноклю и ИК-спектрометру, способному по тончайшим оттенкам излучаемого тепла точно определить местоположение и даже биологический вид затаившихся живых существ. Сам Лэйми прихватил старинную энергетическую призму — оружие не очень точное и дальнобойное, однако не требующее особо точного прицела и популярное в военных играх под Зеркалом — она могла отбросить нападавшего метров на десять и изорвать на нем в клочья всю одежду (это означало «убит»). До изобретения блика энергопризма была единственным, кроме рукопашного боя, оружием против ТЕХ и он умел владеть ей.
Камайа, собираясь сюда, прицепил к поясу разделитель, взял ваджру — он ценил её за дальнобойность, хотя Охэйо и предупредил, что за Зеркалом пользоваться ей надо с большой осторожностью. Стреляя из нее в близкие цели, можно было, как минимум, сильно обжечься, а то и вовсе лишиться глаз. Так что надевать ее Анту не стал и положил в багажник скутера — все же, она весила килограмма четыре. На нем было нечто вроде куртки с короткими рукавами — обычная для солдат Империи броня из множества мелких, глянцевито-блестящих черных пластин, сочлененных так гибко, что броня казалась подвижной, словно бы сделанной из полужидкой резины. Притом, при любом изгибе она оставалась плотной и могла отразить прямой удар энергетической призмы.
Три скутера нетерпеливо приплясывали перед самой границей Зеркала. Лэйми оглянулся. Позади равнодушно замерли боевые звери, вытянув свои длинные шеи. Между ними, на крыше Ключа, лежал ноутбук, автоматически отсчитывая последние секунды. Теперь, когда пути к отступлению уже не было, ему вдруг нестерпимо захотелось отказаться, но его удержал стыд.
Мрак Зеркала перед ними исчез, открывая простор по-летнему жаркой равнины. И их скутера в едином порыве рванулись вперед.
9.Лэйми смог пролететь всего несколько метров. Потом скутер вдруг резко пошел вниз. На миг он ощутил невесомость, — и днище машины ударилось о траву с такой силой, что у него едва не вылетели зубы. Окажись между ними язык — он немедленно и навсегда стал бы немым.
Скутер заскользил, словно санки, врезался в какую-то кочку и опрокинулся. Лэйми проволокло по земле, потом он понял, что лежит на ней, распластанный на животе. Неловно подвернутая правая рука мучительно ныла. Он сел.
— Все живы? — спросил Охэйо, осторожно поднимаясь на ноги. Он выглядел изрядно ошалевшим. Длинные волосы полукровки растрепались, в них почему-то оказались сухие стебли бурьяна.
— Все, все, — Камайа с трудом встал. На его лбу виднелась длинная кровоточащая ссадина. Он коснулся её и недоуменно замер, глядя на свою кровь.
— Что случилось? — наконец спросил Лэйми. Ему тоже удалось встать, но все движения получались какими-то слишком легкими — стоило взмахнуть рукой, как её начинало куда-то вести и останавливалась она гораздо позже, чем он хотел.
— Двигатель скутера тоже использует резонанс Зеркала, — Охэйо выплюнул попавшую в рот травину и начал отряхиваться. — Ведь мы придумали их уже в Хониаре, когда были ещё почти детьми. Об этом я благополучно забыл. И… вы заметили, что стало с нашими телами? Зеркало нас больше не сдерживает, так что вся координация движений нарушена. Придется привыкать. И… мне кажется, что движемся мы теперь гораздо быстрее, чем думаем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
