- Проползти? Я должна ползать? – спросила я, когда он закрыл крышку. Я начала паниковать от мысли, что нахожусь в коробке, заполняющейся дымом. Я присела, прижалась к стеклу, глядя через него, я видела, что огни и толпа немного размывались. Доминик резко махнул рукой, и окна стали заполняться дымом, закрывая обзор. Я присела в коробке, моя голова упиралась в стекло, огни и толпа размывались через толстое стекло. Доминик махал драматично своей рукой, и коробка начала заполняться дымом, затеняя мне обзор.
Тогда я поняла, что он имел в виду. Та часть, в которой я сидела, была изолирована, окно в окне, сделанное из двойного стекла. Дым заполнял пространство между двумя слоями стекла, что создавало впечатление, будто я нахожусь в самом центре задымления. Как только я полностью скрылась в дыму, пол исчез, и я упала под сцену. Бордюр сцены мешал мне видеть кого-либо, но я могла слышать толпу. Доминик веселил их, отвлекая тем самым внимание, чтобы они не заметили колебание коробки от моего падения. Я подняла юбку и поползла на животе вперед, бормоча про себя, что испортила любимую юбку из-за того, что Доминику нужно было произвести впечатление на толпу.
Антонио, ассистент Доминика, помог мне выбраться из-под сцены. Он надел ужасную резиновую маску, и сказал, - Останьтесь здесь до того момента, пока Доминик не объявит, что вернул демона вместо вас. Затем, вы можете выйти в толпу. - После он полез под сцену к коробке.
- Как будто побывала в аду, - пробормотала я и выглянула из-за кулис. Мои сторожевые псы должны были терпеливо ждать моего возвращения. Я выбралась и начала искать Рафаэля, держась на почтительном расстоянии от толпы и сцены. Я увидела Генри, выходящего из туалета и застегивающего штаны.
- Генри, где Рафаэль? – подбежав, спросила я.
Он нахмурился.
- Вы ведь не должны были быть на магическом шоу? Я думал, Рафаэль сказал, чтобы вы были там. Это еще не все, не так ли?
Я чуть ли не прыгала от нетерпения.
- Забудьте о шоу. Я должна найти Рафаэля. Это очень важно. Где он?
- Ему не понравится, если он узнает, что вы были на магическом шоу, - отметил Генри.
- Ему не понравится, когда он услышит то, что я ему скажу. Где я могу его найти?
- Он сказал, то вы останетесь с Паалем. Рафаэль вовсе не будет счастлив, если узнает, что вы уехали без него.
Дружелюбный щенок или не дружелюбный, я хотела придушить его.
- Генри! – сказала я, оскалившись, - ты помнишь, что я сделала с Кристаном в саду?
Его рука двинулась в сторону паха, и он закивал.
- Хорошо. Я не хочу этого делать, но если ты немедленно не скажешь мне, где Рафаэль, я все же проделаю это и с тобой.
Его глаза широко раскрылись.
- Он в пещере, - ответил он быстро.
- В пещере? Уже? Спасибо Генри. Пожелай мне удачи.
Я петляла между людьми, направляясь по усыпанной гравием дорожке, которая вилась у основания пропасти и вела в пещеру. Так как до открытия пещеры еще пара часов, людей было немного, и в основном целующиеся парочки.
Я помчалась вниз, к темному, прохладному входу пещеры. Никого не было у входа, но я слышала голоса внутри. Я прислушалась на мгновение, узнала голос Рафаэля, но не могла определить, с кем он говорил, и где они были в пещере. Шумы, как правило, разносятся на дальние расстояния. Я побежала дальше, игнорируя знаки, описывающие различные достопримечательности.
- Слаба Богу, что я была тут раньше, - сказала я про себя, остановившись на перекрестке. Тур для туристов сворачивал влево и вел к лодочной пристани. Справа была очень грязная тропинка, которая, судя по знакам, приведет в подсобные помещения. Я старалась отдышаться и продолжала слушать. Низкий голос Рафаэля отозвался эхом справа. Я пошла, остановившись на мгновение, и как только услышала отвечающий ему женский голос, рванула быстрее.
Дорога была плохо освещена, так как огни находились далеко друг от друга. Я натыкалась на обломки карстовых парод пару раз, но сумела избежать падения. Когда я обогнула, то едва не врезалась в Рафаэля.
- Что за черт? – закричала я, глядя в ужасе на него.
Он стоял близко к женщине, его рот почти в ее волосах, его паршивые, вонючие руки были под ее свитером.
- Ты ублюдок! – закричала я. Мои слова эхом отозвались в пещере. Их головы отреагировали на звук, на их лицах читалось удивление. Женщина была приблизительно шесть дюймов, ниже меня, симпатичное сердцевидное лицо, с длинными, вьющимися волосами, которые я хотела вырвать и растоптать.
Рафаэль имел наглость выглядеть раздраженным:
- Джой, что ты тут делаешь?
- О! – закричала я. Ярость, борющаяся с болью от его предательства. Я согнула руку в кулак и ударила его прямо в татуировку. Он проворчал, но отпустил девицу, чтобы схватиться за живот.
- Ты обманул меня, ублюдок! Неудивительно, что ты хотел, чтобы я пришла позже! Я больше не хочу тебя видеть! НИКОГДА!
Я развернулась на пятках и помчалась назад, натыкаясь и спотыкаясь обо все, так как не могла ничего видеть из-за слез. Внезапно я прекратила плакать, и ярость взяла верх. Как посмел Рафаэль коснуться другой женщины? Он был моим, черт возьми, и я не собиралась спускать ему это с рук. Было время, он понял несколько вещей. Я обернулась, чтобы пойти обратно, но врезалась прямо в него.
- Черт возьми, женщина, ты остановишься и дашь мне объяснить? – я бы упала, но он схватил меня своими сильными руками.
- Не смей кричать на меня, ты ужасный человек! Ты полный и абсолютный подлец! Ты не можешь трогать кого-либо еще, ты слышишь меня?
Я боролась с Рафаэлем, хотя знала, что этого не стоит делать. Он толкнул меня к стене и прижал собой. Нижнюю часть моего тела он заблокировал своими ногами, а руки держали мою голову, чтобы не позволять мне двигаться.
- Она полицейский, - сказал он тяжело дыша, - Господи, детка, неужели было обязательно меня бить?
- Ты презренный, - задыхаясь, проговорила я, - используешь свое положение, чтобы развратить невинную женщину. Ты должен быть повешен за пальцы ног. И твои шары. Оба. Вместе с пальцами!
- Послушай меня Джой, - сказал он, его дыхание кружилось вокруг моего лица.
Боже, помоги мне, я влюбилась во встречающегося с двумя одновременно женщинами ублюдка, и даже тогда, когда поймала его руки на совсем другой женщине, он мог все еще расплавить меня одним своим прикосновением. Я снова заплакала, от предательства собственного тела.
- Кира – полицейский. Она один из людей Бартоса. Она должна здесь сделать работу для меня, это все.
Я не хотела его слушать, не хотела слышать ни одну из тех историй, который он подготовил.
