она поправится.”
- Возможно, Мисс Эмбер.- Он опустил голову на руки и вздохнул. “Пока о ней никто не заботится. Я боюсь, что она будет захвачена бандитами, если мы не найдем ей безопасное место в ближайшее время.”
- Бандиты?- Сказала Эмбер. Тон ее голоса встревожил Хагос, которая подняла голову и издала низкий предупреждающий звук в горле. Тадессе ничего не сказал, пока Эмбер не наклонилась, не погладила львицу по голове костяшками пальцев и не почесала ей морду. Хагос одобрительно фыркнул.
“Я слышал разные истории в лагере, - сказал Тадессе. - Шифта между этим местом и Аксумом забирает детей с вечеринок, приходящих сюда за помощью. Я думаю, они заставят мальчиков драться, а девочек - стать их рабынями.”
- Почему я ничего об этом не слышала?- сказала Эмбер, но говорила она спокойно, не желая, чтобы Хагос снова начала волноваться.
- Люди просто боятся. Они не хотят, чтобы их обвиняли в том, что они не защищают детей, - ответил он с грустной улыбкой.
“Я бы не стала их винить. У них едва хватает сил добраться до нас. Как они могли отбиваться от бандитов? Но неужели ты думаешь, что они в опасности даже в лагере?”
- Они приближаются, и лагерь становится все больше. Я думаю, нам следует перенести припасы вниз по склону. Ни один бандит не осмелится напасть на сам лагерь Кортни, и мы могли бы переместить семьи с детьми в центр остальных.- Он прищелкнул языком по небу. “Но я боюсь, что они не все двинутся с места. Они хотят уединиться, даже здесь.”
- Делай, что можешь, Тадессе” - сказала Эмбер.
•••
На следующее утро Эмбер прибыла в лагерь в свое обычное время, надела недоуздок Хагос и спустилась вниз, чтобы присоединиться к остальным. Она собиралась поговорить с Тадессе о косоглазой девочке-сироте, но вскоре увлеклась последними трагедиями и победами беженцев. Сразу после рассвета прибыла новая семья. Двое старших детей выглядели сильными, но мать и ее младший сын с трудом дышали. Эмбер договорилась, чтобы кто-нибудь помогал старшим детям, и оставила отца присматривать за женой и ребенком. Он наблюдал с такой интенсивностью, отказываясь от всех попыток заставить его отдохнуть. Он кормил жену с рук и - как показалось Эмбер - тратил все свои оставшиеся силы до последней унции, желая, чтобы они остались живы.
Это зрелище заставило ее почувствовать себя опустошенной и одинокой, и только когда она присоединилась к Хагос и отошла на полмили от лагеря, она вспомнила о сироте.
- Черт, - сказала она вслух и остановилась. Хагос повернула свою красивую голову к хозяйке и дернула черным пучком хвоста, когда Эмбер повернулась, чтобы вернуться назад.
- Пожалуйста, Хагос.- сказала она. Львица покачала головой, чихнула и последовала за ней. Когда Эмбер снова привязала ее, она присела на корточки в пыли, и Хагос, все прощая, положила свои огромные лапы на плечи Эмбер и прижала голову к груди Эмбер. Эмбер потеряла равновесие и упала обратно под тяжестью львицы. Она засмеялась, почесывая шею львицы и дергая ее за морду. Зная, что ее простили за то, что она задержала охоту, она вскочила на ноги и уже собиралась отправиться на поиски Тадессе, когда заметила, что они не одни. Сама сиротка стояла чуть поодаль, кусая большой палец и раскачиваясь из стороны в сторону, наблюдая за игрой Эмбер и Хагос.
“Не трогай льва, - сказала ей Эмбер.
Девушка посмотрела на нее так, словно считала ее совершенно сумасшедшей, что, по мнению Эмбер, было вполне справедливо. Она уже раздумывала, стоит ли говорить дальше, когда услышала внизу треск винтовочного выстрела. Она посмотрела вниз, на лагерь. Какое-то противостояние происходило на краю плоской площадки у подножия ближайшего к ней склона. Трое мужчин, все незнакомые и все вооруженные. Двое из них держали за запястья детей-беженцев и тащили их прочь. Третий все еще держал в руках винтовку, и Эмбер увидела распростертого на траве человека. Один из детей потянулся к нему и закричал: "Папа, папа!”
- Оставайся здесь!- крикнула Эмбер маленькой девочке и побежала вниз по склону.
Некоторые беженцы спасались бегством, собирая своих детей и спасаясь от вооруженных людей, но другие спешили на помощь из кухонной палатки.
Люди не ожидали нападения с этой стороны.
Эмбер схватила одного из детей, маленькую девочку, и вырвала ее из рук бандита, державшего ее, ее гнев и его удивление дали ей внезапное, короткое преимущество.
“Да как ты смеешь!- она закричала.
Стрелок переменил хватку и взмахнул вверх рукояткой пистолета, попав Эмбер в челюсть и отбросив ее назад. Она тяжело приземлилась рядом с убитым отцом мальчика. Она увидела его глаза, пустые и безжизненные, смотревшие в ее глаза и ничего не видевшие. Другой мужчина снова попытался схватить девочку, но она была слишком быстра для него, мчась во весь опор к своей плачущей матери.
Стрелок перезаряжал оружие. Эмбер попыталась встать, но удар оглушил ее, и она была слишком медлительна. Она видела его лицо, когда он поднял пистолет; она видела зеленую кайму на его шамме.
- Нет! - Это был голос Билла.
Бандит заколебался, потом его взгляд стал жестче, и Эмбер увидела, как его палец нажимает на спусковой крючок. Она попыталась отползти назад, но ее руки скользнули в кровь убитого мужчины. Она слышала только плач, крики Тадессе и истерические вопли маленького мальчика, все еще находившегося в плену.
И тут она увидела Хагос. Львица неслась к ним огромными плавными прыжками. Бандит с мальчиком выкрикнули предупреждение, и бандит обернулся. Хагос прыгнула в воздух, когда он выстрелил, но его выстрел прошел мимо цели. Хагос повернула голову в воздухе и направилась прямо к его горлу, ее огромные белые зубы впились в его шею. Он закричал и попытался дотянуться до ее глаз, когда она зарычала и встряхнула его. Когда она отпустила его, из раны на его шее хлынул фонтан крови. Затем она отпрянула назад, рыча глубоко в горле, и взмахом лапы вспорола ему живот.
Двое его последователей повернулись и побежали, оставив мальчика лежать в слезах рядом с отцом. Его мать наклонилась и подняла его. Он брыкался и кричал, но она не отпускала его снова, с мрачной решимостью унося прочь от крови и льва.
Жертва Хагос все еще кричала - булькающий, захлебывающийся крик. Хагос
