заточении.
Грапиша тоже увидела его. Поняла, что не знает, но не поспешила кидаться прочь. Помнила, что есть какой-то "внук князя", и, возможно, это он, тем более что он точно был просто человеком. Девушка кивнула парню, чуть замедлила шаг. Он провожал её огромными глазами. Тогда Грапиша решила, что хватит на этом, и, отвернувшись, зашагала дальше. И лишь через несколько долей ации услышала: "Подождите!!!" и гулкие шаги бегущего парня.
— Он молодой человек, — печально сказала Грапиша. — У него есть все права на будущее. Он не должен жить здесь.
— А может, ему не нужен такой удар — резко попасть в нормальный мир? Вдруг он сойдёт с ума?
— Рай! — Грапиша сердито посмотрела на него. — Это не шутки!
— Я не шучу. Всё возможно, — пожал плечами мужчина.
— Слушай, — она откинулась назад и упёрлась руками в прохладный мраморный пол. Солнце уже скрылось, и видно было только с самого края центрального балкона. — Сейчас я пойду к воротам и попробую их пробить. Ты должен держаться подальше и не подпускать никого.
— На какое расстояние?
— Если хотите посмотреть, смотрите с балкона.
— Оттуда не видна вся площадь! — возразил Мастер.
— Смотрите с балкона! — ещё твёрже сказала девушка. — И не подходите ближе. Я думала, ты понимаешь.
— Да всё я понимаю… — тоскливо протянул он. — Я ведь учёный, в конце концов. Тебя изучаю.
Грапиша задумчиво покосилась на спутника.
— Если хочешь, забирайся в магистрат и смотри оттуда. Прикройся мощным щитом.
— Ещё как хочу, — мужчина оживился. — Ну что, пойдём предупредим?
— Пусть все будут во дворце, — подтвердила девушка. — Все. Без исключения. Никого с собой не бери.
— Я понял.
— ТИГА, КОДИШ! — вдруг загремел над всем городом громовой голос. Как будто говорило небо. — ВЕРНИТЕСЬ ВО ДВОРЕЦ!
Дети резко прекратили играть и уставились на Грапишу, которая сидела, откинув голову назад и приставив ко рту сложенные руки. Мати выронила книгу и чуть не свалилась со скамьи. Рай отшатнулся.
— Предупреждай сначала, — попросил он, сообразив, что это вовсе не нападение.
— Прости, — без всякого раскаяния в голосе сказала девушка.
— На ТАКОЕ они, может, и не придут.
— Вон, идут, — Грапиша махнула рукой в сторону одной из дорог, ведущих ко дворцу. Тига и Кодиш, жавшиеся друг к другу, приближались медленными старческими шажками, Кодиш тащил в руках меч. Рай усмехнулся: старикан явно не утратил инстинктов защитника семьи. Молодец.
Вслед за супругами примчался Зол и стал расспрашивать всех, что случилось. Из дворца вышла княгиня Аринша, обратилась с вопросом к Раю. Почему-то его считали главным чародеем. Впрочем, рассудительность и ум правда были на его стороне — Грапиша действовала обычно простыми методами, полагаясь только на свою силу.
Объяснив ситуацию всем и убедившись, что взрослые скрылись за спасительными стенами, а маленькая Мирия утащена матерью вопреки её воле, Рай оказался лицом к лицу с двумя проблемами. Эник и Зол. Младший утверждал, что будет рядом с Грапишей, что бы там кто ни говорил. Старший упорствовал, уверяя, что не боится ничего и хочет посмотреть, потому что в своей жизни ничего стоящего не видел, и что если даже умрёт, такого существования ему не жалко. Рай готовился опускать руки.
— Что? — сзади подошла маленькая Грапиша, коснулась плечом его локтя. — Ясно, — она увидела горящие мрачной решимостью и упорной преданностью глаза. — Ребята, пожалуйста. Вам нужно быть во дворце. Это ненадолго, я вас сразу позову.
— Ты не можешь мне запретить, — нахмурился Зол. Девушка посмотрела на него с грустью.
— Пожалуйста. Там нет совсем ничего интересного. Если хочешь, я покажу тебе чудеса позже, всякие разные. Но там, у ворот, можем находиться только мы с Мастером Раем.
— И я, — тихо добавил Эник.
Грапиша села перед ним на корточки.
— А ты почему упрямишься? Знаешь же, что опасно. Знаешь, что со мной ничего не случится. И что я вернусь.
— Опасно — но с тобой ничего не случится! — фыркнул мрачный Зол.
— Ты не Маг, не забывай, — Грапиша придала голосу грозности, встала. — Ты каждый раз смотришь на попытки Магов вырваться через ворота?
— Каждый раз, — он не отвёл взгляда.
— Возможно, именно поэтому они не смогли спастись, — девушка покачала головой. — Твоё присутствие мешает. Я очень прошу тебя: не мешай нам сейчас.
Зол молчал. Тогда Грапиша переключилась на Эника. Просто посмотрела вопросительно, уточняя, стоит ли опять его убеждать или нет. Он вздохнул, посмотрел на неё своими честнейшими глазами и, развернувшись, поплёлся в сторону тронного зала. Девушка перевела взгляд на Зола, но тот уже тоже развернулся.
Они с Мастером переглянулись.
— Я бы им не доверял, — сказал Рай.
— Я тоже, — Грапиша кивнула. — Уверен, что кроме Эника там нет никого с силой?
— Уверен.
— Что ж, — она осмотрела вход, потом задрала голову и поглядела на балкон. Стрельнула глазами в Рая и заговорщицки ему подмигнула.
Мужчина улыбался. Было несложно догадаться, что если Грапиша приложила руку к стене и колдует, значит, она ставит на выход из дворца щит, чтобы некоторое время упрямцы не смогли выйти, даже если захотят.
— Верное решение, — похвалил Рай, и они с девушкой принялись спускаться с крыльца. Грапиша вспоминала кое-какие навыки пробивания щитов, Рай на ходу укреплял тело стандартным "доспехом" и готовил "панцирь".
Вход в магистрат тоже был совершенно без двери, с самого начала — просторный зал, только без трона, а со столом в дальнем конце и с несколькими скамеечками. Рай подошёл к дальней стене, повернул на лестницу. Поднялся, прошёл по коридору, такому же, как во дворце — вдоль стены. Теперь нужно только попасть в помещение, из которого можно наблюдать площадь с фонтаном.
Все двери оказались открытыми, заперта только одна. Рай вошёл в среднюю и тотчас приблизился к окну.
Грапиша стояла возле фонтана и выискивала в окне знакомое лицо. Рай помахал ей, поднял сцепленные кисти рук над левым плечом — знак "готово" или "всё в порядке". Девушка кивнула и развернулась. Подошла к воротам на расстояние шагов двадцати.
"Вот здорово бы мысленную связь иметь! — подумал Рай. — Спросил бы сейчас, что она делает… хотя нет. Отвлёк бы только, да и вообще, может, зря я с ней пошёл. Она же сказала, что из-за помехи Врата и не открывались".
Конечно, Рай понимал, что дело вовсе не в этом и про помеху она сказала Золу только для того, чтобы он не увязался. Но ведь во всём есть доля правды.
Грапиша подняла руки перед собой. Она вспоминала все известные ей заклятия разрушения, причём как можно более целенаправленные и как можно более сильные. Острые, как игла. Как бы так сделать, чтобы не повредить
