– Вы – миссис Уэлсли? – осведомился человечек.
– Да, – удивленно ответила Клэр, – но думаю, здесь какая-то ошибка. Это явно не мне!
– Нет, это именно вам, – улыбаясь, проговорил посыльный. – Я должен был доставить их не раньше четырех часов, но у меня жена приболела, поэтому мне надо бы поскорее вернуться домой. Надеюсь, вы не против, что я доставил их чуть раньше? Если подумать, я просто даю вам возможность полюбоваться ими подольше.
– Вы правы, – кивнула Клэр. – А от кого они?
– Там есть карточка, – ответил человечек, вручая ей букет. – Должно быть, от того, кто о вас много думает. Мне пришлось обежать почти всех цветочников в Бостоне, пока я набрал нужное количество роз.
– Хорошо, спасибо, – сказала Клэр и потянулась к ридикюлю, который лежал на столике возле двери. Она пыталась придержать эту гору цветов подбородком, пока искала в ридикюле мелочь, но потом сдалась и положила букет на стол.
– Если вы минутку подождете…
– Ничего не надо, мэм, – человечек явно забавлялся, глядя на ее борьбу с букетом. – Тот джентльмен, который купил их, уже заплатил мне за доставку. Я был бы вам благодарен, если бы вы не говорили ему, что я пришел раньше времени. Он ведь очень настаивал на том, чтобы вы получили их после четырех. Но понимаете, моя жена, она действительно больна, и я…
– Да, хорошо, – прервала его Клэр, желая побыстрее избавиться от посыльного, чтобы взглянуть наконец на карточку. – Я думаю, что он все правильно поймет. Спасибо, что принесли их.
Она быстренько закрыла дверь и стала рыться в букете в поисках карточки, вдыхая пьянящий аромат цветов. Наконец Клэр нашла в густой листве бумажный прямоугольник, дрожащими руками извлекла его из букета и увидела свое имя, написанное рукой Стюарта.
Некоторое время Клэр просто смотрела на конверт, страшась заглянуть внутрь и прочесть записку. Потом строго сказала себе:
– Не будь трусихой. Он просто хотел с тобой попрощаться, вот и все.
Наконец она собралась с духом, открыла конверт и медленно вынула веленевую карточку нежно-розового цвета. На ней было всего семь слов. Ни обращения, ни подписи. Только семь слов. Семь самых главных, самых прекрасных слов в ее жизни.
«Я буду любить тебя до самой смерти».
Вскрикнув от радости, Клэр прижала карточку к груди и закружилась по холлу. Потом ее сумасшедший танец замедлился, она схватила букет в охапку и выскочила из дома.
– Не спешите так, леди, – окликнул ее извозчик. – У вас полно времени, до трех успеем.
– Я не хочу никуда успевать! – завопила Клэр, с трудом остановившись перед удивленным извозчиком и улыбаясь во весь рот. – Я хочу в Марблхед! Вы можете отвезти меня в Марблхед?
– В Марблхед? – переспросил озадаченный кучер. – Так, подождите минутку, леди. Вы уверены, что чувствуете себя хорошо?
– Я чувствую себя прекрасно, – заверила она его, – но мне очень нужно в Марблхед. Вы можете отвезти меня туда или нет?
– Ну, вообще-то, могу, но путь неблизкий… – с сомнением протянул кучер. – Не дороговато ли будет?
– Это неважно, – заявила Клэр, приплясывая на месте. – Я заплачу, сколько бы это ни стоило. Только отвезите меня в Марблхед, и побыстрее!
– Да, мэм, – флегматично отозвался извозчик.
Он решил, что дамочка малость не в себе, но ему-то какое дело, если она платит за поездку?
Клэр легко поднялась в экипаж, но, заметив, что они не двигаются с места, раздраженно нахмурилась.
– Ну, что же вы, поехали! – нетерпеливо крикнула она.
– А вам не кажется, мэм, что сначала неплохо было бы закрыть входную дверь? – осведомился кучер.
– Входную дверь? – непонимающе переспросила Клэр.
– Ага. – И он показал на дверь дома, распахнутую настежь.
– Ой, правда, надо закрыть, – слегка растерявшись, согласилась Клэр и начала подниматься с сиденья.
– Не беспокойтесь, – рассмеялся кучер. – Я все сделаю.
Он подошел к двери, захлопнул ее, потом подергал, чтобы убедиться, что она заперта, и вернулся к экипажу.
– Ну вот, леди, – с довольным видом заявил сей достойный джентльмен, – а теперь держите свою шляпу, потому как мы трогаемся.
Он легко стегнул лошадей поводьями, и экипаж затрясся по булыжной мостовой.
* * *
Поездка по побережью заняла около двух часов, и все это время Клэр нюхала розы и улыбалась от счастья, снова ощущая себя живой. Она ехала к своему любимому! Но когда они приблизились к окраине маленького прибрежного городка Марблхед, молодую женщину вдруг охватили сомнения.
Посыльный говорил, что Стюарт дал ему точные указания не приносить роз до четырех часов. Значит, он не хотел, чтобы она получила их до того, как подпишет бумаги. Но почему? Ведь в карточке ясно написано, что он будет любить ее до самой смерти. Разве это не означает, что он хочет, чтобы она, Клэр, вернулась к нему?
Женщина положила розы на сиденье рядом с собой и начала судорожно рыться в ридикюле в поисках карточки. Наконец Клэр нашла розовый прямоугольник. Снова и снова перечитывала она эти простые слова, пытаясь найти в них скрытый смысл.
«Я буду любить тебя до самой смерти».
Клэр вздохнула и прижала карточку к груди, молясь о том, чтобы не ошибиться.
– Пожалуйста, – шептала она, – пусть он будет рад меня видеть, Господи, пожалуйста!
К тому времени, как они въехали на Вашингтон-стрит, Клэр уже готова была повернуть обратно. «Я ошиблась, – обреченно подумала она. – Я не должна была приезжать сюда без предупреждения. А что, если он не захочет меня видеть? А вдруг он прогонит меня?»
Бедняжка подпрыгнула от неожиданности, когда экипаж резко остановился и кучер объявил:
– Но вот, леди, мы и приехали.
Клэр медленно вылезла из экипажа, молясь, чтобы удержаться на внезапно подкосившихся ногах.
– Сколько я вам должна? – с трудом выговорила она.
– Вы поедете обратно? – деловито спросил извозчик.
– Я… Я не знаю, – пролепетала Клэр. – Может быть…
– А тогда почему бы мне не подождать, пока вы решите? – ухмыльнувшись, сказал кучер. – Вот что я вам скажу. Дайте мне пять долларов за поездку сюда. Я подожду десять минут. Если вы к этому времени не выйдете, я буду знать, что вы остаетесь, и уеду обратно. Что вы скажете?
Клэр кивнула и дала ему пять долларов. Потом крепко прижала к груди огромный букет и повернулась, чтобы впервые взглянуть на дом, который Стюарт купил для нее.
Она не поверила своим глазам. Это был не дом. Это был… замок! Огромное трехэтажное здание было выстроено в георгианском стиле. Даже в неясном свете летних сумерек Клэр разглядела, что в доме этом не меньше восьми спален, а судя по высоте здания, потолки там, должно быть, не ниже двадцати футов. Парадную дверь украшал портик с четырьмя колоннами, а крышу венчал шестиугольный купол. Причем все шесть его сторон были из стекла, чтобы можно было обозревать окрестности и любоваться океаном.
