долго находиться на ногах. У тебя куртка свободная, я как-то и не обратила на это внимания!
В ответ Даша только пожала плечами, большего всего она боялась, что сейчас последуют вопросы, на которые у неё самой нет ответов.
— Значит ты замужем? — с какой-то грустью произнесла Катя.
— Нет, я не замужем и в ближайшее время не собираюсь. Хотя мы подали заявление и в этом месяце уже должны расписаться. Но думаю, что ничего не изменится. Я одна буду рожать ребёнка.
— Дашка, ну ты даёшь! Как одна? А его отец, он что, снимает с себя ответственность?
— Можно сказать и так. Уже неделя как мы расстались. И за всё это время, он так ни разу и не пришёл, не поинтересовался где я, и что со мной, — грустно сказала Даша.
— Ерунда, помиритесь. Я думала, он сразу тебя бросил, как обычно это бывает. Когда парней ставят перед фактом, они боятся, что потеряют свободу, поэтому, не теряя времени, обрубают сразу все концы. Ну а если он до половины срока не исчез, то это уже о чём-то говорит. У тебя уже месяцев пять наверно?
— 33–34 недели.
— Это сколько?
— Где-то семь с половиной месяцев.
— Я бы ни кода и не подумала, что тебе скоро рожать. Целый день с тобой общаюсь и вот сейчас, только когда ты разделась, я заметила твой маленький животик. Удивительно, как тебе удаётся быть такой стройной?
— Многие на факультете, ещё не в курсе, что я в положении.
— Ну и правильно, не зачем раньше времени им языками трепать. Ой, что это я тебя здесь держу у порога, — опомнилась Катя. — Пока чайник закипит, пойдём я тебе квартиру покажу и фото моих родителей, заодно ты мне и расскажешь, что у тебя там произошло с твоим молодым человеком. Мне кажется, что всё ещё устроится, ты зря так себя расстраиваешь. В твоём положении нельзя волноваться, — она протянула Даше руку.
— Слушай, а твои родители, как к этому относятся? — неожиданно задала вопрос Катя.
— Их уже давно нет. Я не сказала тебе…
Даша немного помолчала, а потом продолжила.
— Я воспитывалась в интернате, мне сейчас не очень хотелось бы говорить на эту тему, как-нибудь потом я тебе всё расскажу.
— А твои родственники? Почему они допустили это? Как можно ребёнка отдать в интернат, чтобы чужие люди о нём там заботились? — возмутилась Катя, что-то дрогнуло в её сердце, и она сама не заметила, как прониклась симпатией к этой девушке.
— Так получилось, что кроме моих родителей, никого ближе и роднее у меня нет. Очень долго у них не было детей, а спустя семь лет, на свет появилась я. У мамы были сложные роды, и после них она навсегда лишилась возможности родить ещё одного ребёнка.
— Слушай, у тебя с собой нет фотографии родителей?
— К сожалению, так получилось, что у меня не осталось никаких снимков.
Катя неожиданно подхватилась и стала что-то искать.
— Вот, посмотри. Это мой отец. Видишь — мы с ним одно лицо, волосы такие же кудрявые, даже экспертиза ДНК не нужна. Вот мама, тоже есть сходство, если хорошо присмотреться. А твои родители похожи на тебя?
— Ну, не знаю, наверно да. Просто они светлые, а я как цыганка тёмная, меня даже в детстве дразнили из-за этого. Отец всегда очень сильно переживал по этому поводу.
— Вот видишь! — воскликнула Катя. — Я чувствую, что здесь что-то не так! Не могут чужие люди быть так похожи между собой!
— Что ты хочешь сказать этим? — не понимала Даша.
— Мы точно, точно с тобой родные! Смотри, всё сходится: возраст, дата рождения, даже тот факт, что я тоже родилась в твоём городе! Я всё вспоминала, почему мне это название так знакомо. Ведь мы жили там, а потом уехали!
— Ну и как ты это объяснишь? Почему у нас родители разные?
— Всё очень просто: твоя мама не могла иметь детей, вот наверно они тебя и усыновили, просто ты была ещё совсем маленькая и можешь этого не помнить.
— Нет, этого не может быть! Мама с отцом очень сильно меня любили. Мне кажется, для приёмыша столько ласки и тепла подарить не возможно!
— Как ты не понимаешь! Ты же у них одна была! Конечно, они боялись тебя потерять. Скорее всего, они подкупили кого ни будь в роддоме, чтобы им продали малыша на усыновление.
— И ты хочешь сказать, что твои родители за деньги меня им отдали?
— Нет, конечно, это исключено. Мои родители не могли такое сделать!
— А по-твоему, мои родители могли — похить, или купить. Ты себе так это представляешь?
— Даша, я не хотела тебя обидеть, прости меня! Я ничуть не сомневаюсь, в порядочности близких тебе людей, и понимаю, как дорога память о них. Но ведь как-то это произошло? Сколько бывает случаев, когда младенцев крадут у матери, когда она находится под наркозом, или говорят, что один ребёнок мёртв. Теперь, конечно, неважно, что там было на самом деле, при желании потом можно всё выяснить. Главное сейчас наша встреча! Ведь в этом огромном мире мы могли и не найти друг друга. Знаешь, как я мечтала всю жизнь о сестричке! Ты даже представить себе не можешь как я рада! Мама когда узнает, тоже на седьмом небе от счастья будет, она у меня вообще сентиментальная, может плакать часами! Она очень тебе понравится!
— Если честно, я не знаю, что думать. Мои родители — это святое. Для меня они навсегда останутся мамой и папой. В тоже время мне очень бы хотелось быть твоей сестрой.
— Значит, у меня скоро родится племянник, или племянница? Я стану тётей! Дашка, где ты раньше была? Столько лет жизни потеряли!
— Не волнуйся, наверстаем! Только вот мне немного страшно, как твоя семья на меня отреагирует?
— А мы сделаем им сюрприз! Мама завтра приезжает. Вечером я накрою праздничный ужин и скажу, что пригласила самого дорого мне человека. Представляешь, в каком шоке они будут, когда тебя увидят!
— Мне как-то страшно, если
