поставил свой стакан на столик в прихожей и направился к лестнице. Через несколько минут окно на втором этаже открылось, и с подоконника свесилась белая простынь, которая стала развеваться на ветру.
– Отлично! Спасибо вам, сэр! – крикнул ему Фредди.
В этот момент из-за угла появилась группа немецких солдат. Увидев британских офицеров, они тут же потянулись к своим пистолетам, но Алекс достал свой незаряженный пулемет и направил на них.
– Hände hoch![10] – твердым голосом приказал он.
Солдаты подняли руки, и Фредди уверенно направился к ним.
– Сопротивление бесполезно, – начал Фредди, а Магда стала переводить. – Война закончилась, и вы об этом знаете. Союзники – за тем холмом. Вам уже не победить. Мэр благоразумно оценил ситуацию и вывесил белый флаг. Отдайте ваше оружие – и я гарантирую вам безопасность. Эта деревня переходит под управление союзников.
Солдаты, уставшие от многолетней войны и плохого питания, внимательно смотрели на молодого человека. Затем один за другим положили свое оружие на дорогу; Боб и Роджер подошли и забрали его.
Пока они проверяли оружие, на узкой улочке появился немецкий танк, который остановился перед домом мэра. И снова Фредди подошел к командиру танка.
– Я командир этого отряда! – крикнул он. – Мое имя – капитан авиации Макмастерс. Пожалуйста, сложите оружие. Эта деревня переходит в руки союзников.
Танкисты переглянулись. Они посмотрели на белый флаг и на мэра, который стоял у окна и наблюдал за происходящим. Он кивнул экипажу танка, и они выбросили из башни все свое оружие, которое со стуком упало на дорогу; люди Фредди точно так же подобрали его.
В этот момент с холма, на котором стояла церковь, съехал американский танк. Он подъехал и остановился напротив немецкого танка. Фредди, осознав, что сейчас должно случиться, подтолкнул Магду и свой экипаж в сторону подвала с криком: «В укрытие!», – и в этот самый момент американский танк начал стрелять. Едва они укрылись в безопасном месте, как прогремел оглушительный взрыв.
– Все целы? – спросил Фредди, вставая и отряхивая пыль и осколки металла со своей формы.
Он выбежал из подвала и бросился к немецкому танку. Тело командира танка свисало с башни. Фредди повернулся и с яростью направился к американцам. Люк танка открылся, и показался командир с пистолетом наготове.
– Что вы, черт побери, творите?! – гневно спросил Фредди. – Я офицер британских ВВС, мы уже заняли эту деревню, она сдалась. Разве вы не видите? – Он указал на белый флаг, свисавший из окна дома мэра. – Как думаете, что это такое? Белье сушится?
Американец улыбнулся и пожал плечами.
– Это чертов флаг! Вот что это такое! – продолжал Фредди. – Они сложили оружие. А вы что натворили?!
Американский солдат в замешательстве посмотрел на Фредди; тот позвал мэра, прятавшегося у себя в спальне на втором этаже.
– Герр Вебер!
Мэр выглянул в окно. Белая простынь развевалась на ветру, а глаза мэра были полны ужаса.
– Простите, – сказал ему Фредди. – Этого не должно было случиться. Я похороню их всех. С честью, как солдат, я вам обещаю! – Затем он повернулся к Магде и спросил: – Можете сделать для меня еще кое-что?
– Конечно! – ответила она.
– Ступайте наверх, попросите у мэра еще одну простынь и, если есть, ручку от старой метлы или что-нибудь в этом духе… Я должен сделать флаг и отнести его союзникам, которые находятся за холмом.
Магда вернулась через несколько минут с еще одной простыней и ручкой от метлы.
– Чудесно! – воскликнул Фредди. – А теперь, Магда… вам нужно идти домой. Мы должны остаться здесь, думаю, вы это понимаете. Наш отряд маленький, но теперь у нас есть оружие. И скоро мы договоримся с союзниками о том, чтобы никто из них больше не причинял деревне вреда.
– Вы уверены?
– Да, – он взял ее за руки, – Магда, я не могу найти слов, чтобы выразить, как я вам благодарен. Даже если мы больше не увидимся, я обещаю, что постараюсь найти Майкла. Расскажу ему о том, что вы и ваша семья сделали для нас. И какая у него красивая дочка.
На глаза Магды навернулись слезы.
– Я не забуду вас, Фредди. Вы такой благородный, вы внушаете мне уверенность в будущем!
Фредди пожал ей руку и по-дружески поцеловал в щеку. Магда обменялась рукопожатиями с другими летчиками, которые также поблагодарили ее. Она услышала, как Фредди отдает им распоряжения:
– Возьмите флаг, идите через площадь, а потом через поля, отыщите союзников. Ориентируйтесь на шум боя. Захватите с собой одного из немецких солдат. Скажите им, что я послал вас. Скажите, что этой деревне гарантирован нейтралитет. Я хочу, чтобы все жители деревни могли безопасно перемещаться по территории, чтобы здесь больше не было никаких разрушений. Удачи!
– Так точно, командир! – весело сказал Билл.
Билл, Роджер и Том, а также один из немецких солдат быстро прошли мимо Магды и направились к площади, неся с собой белый флаг. В этот момент из-за угла выехал немецкий автомобиль, который затормозил и преградил им путь. Магда с ужасом увидела, что из машины вышел Отто в своем элегантном кожаном плаще и фуражке с черепом и костями – эмблемой СС.
Она надеялась, что никогда больше не увидит его, что он погибнет где-нибудь в бою. И то, что он появился именно сейчас, казалось ей какой-то жестокой иронией: он вернулся в ее жизнь в тот момент, когда война наконец-то заканчивалась. Магда спряталась в дверном проеме, надеясь, что он не заметит ее. Отто был на взводе, он кричал на немецкого солдата. Она не могла разобрать слов, но видела ярость на лице Отто. В какой-то момент его рука потянулась к кобуре, но замерла, когда Билл направил дуло автомата ему в голову. Явно взбешенный, Отто забрался обратно в машину и на большой скорости помчался по тропинке, резко затормозив около дома мэра. Магда подумала, что он хочет поговорить с мэром, и продолжала оставаться в своем укрытии. Она решила дождаться, пока Отто зайдет в дом, и потом убежать. Дверь машины хлопнула, и Магда уже собиралась покинуть убежище, как вдруг услышала тяжелые шаги, направлявшиеся в ее сторону. Она попыталась открыть дверь, около которой стояла, подергала ручку, но дверь оказалась заперта. Бежать было некуда. Неожиданно прямо перед ней возник Отто с красным от гнева лицом.
– Магда! – крикнул он, держа руку на кобуре. – Я искал тебя. Заходил к тебе домой. Видел ребенка. Скажи… он мой?
Во рту пересохло, она не могла вымолвить ни слова.
– Мать написала мне, – продолжал он, наклонившись к ней так близко, что она чувствовала, как брызжет слюна у него
