И с этими словами она ушла.
Что ж, все оказалось куда сложнее, чем я думал. Оказывается, Латифа не менее надменная, чем Санджей. И дело вовсе не в том, что я обманывал, а в том, что я безродный, а может и презренный.
Довольно неприятное ощущение. Будто помоями окатили. Что же тогда чувствуют настоящие безродные и презренные в этом мире? В какой-то момент я даже начал скучать по земному обществу. Но вдруг вспомнил, как однажды, несколько лет назад, мы выступали с цирковой труппой на закрытой вечеринке, где были одни богачи. И там девчонка, чуть старше Латифы, с таким же презрением и брезгливостью говорила о людях, ездящих на общественном транспорте и не имеющих возможность купить себе машину. Нет, люди везде одинаковые. И я даже не злился на Латифу. Она глупая девчонка и рассуждает так в силу юного возраста. И наверняка иначе она и не могла. Так как была взращена своим обществом именно с таким мировоззрением, которое ей прививали с младенчества.
Остаток вечера прошел спокойно, и вскоре все потихоньку разбрелись по своим этажам, номерам.
Я вернулся в комнату, полный намерения поговорить со своим призраком: узнать, что ей нужно. Даже мысленно звал Алисану по имени. Но, пролежав полчаса и ничего не услышав и не увидев, уснул. И этой ночью на удивление мне не снилось ничего.
Утром же я проснулся с отличным настроением. Чувствовал подъем, прилив сил. Теперь, казалось, жизнь наладится, и все пойдёт как по маслу. Меня официально признали Азизом. Проблема с Капи почти решена, можно успокоиться и не бояться каждую минуту, что меня пришьют.
Сэдэо пришел за мной, как обычно, на рассвете, а я уже был на ногах. Впервые за долгое время я наконец-то выспался. На тренировку мы отправились с Сэдэо на улицу, там занимались на площадке перед башней Сорахашер. Сама тренировка прошла бодро и результативно. Сегодня я снова развивал свою скорость, и у меня понемногу начало получаться. Затем мы медитировали, учились контролю эмоций, говорили с Сэдэо о корневой чакре и о том, что пора ее открыть. Сэдэо меня сразу напугал, что открытие корневой чакры имеет, пусть и временные, но весьма неприятные последствия, такие, как диарея, внезапные приступы эрекции, и лучше бы выбрать спокойный день, чтобы избежать конфузов. Так что корневую чакру решили открывать сразу после Шани Амавасьи.
А сегодня у меня были другие планы. Симар уже договорился с Джамиром Ракшем, который отвезет меня на сурирате к горе Меру. Мне необходимо получить задание. Что там придумали спецслужбы, оставалось только догадываться, но я не мог не явиться. К тому же я надеялся получить весточку от Леры с Женей.
Вечером же мы должны отправиться в Форхад, к источнику Игал. Там Видящий Миро посмотрит моего призрака, а затем мы решим, что с ним делать. Еще в Форхаде мне предстояло познакомиться с управляющим города, которого назначил Симар, посетить свое родовое поместье. Это было то самое интересное, чего я ждал с нетерпением.
Ко мне приставили Цая, хоть он и не преданный, как я узнал, а имеет пятилетний контракт с кланом. Но Зунар меня уверил, что Цаю можно доверять. Тарис же вернулся к Гасану Ангули.
И я был не против, и даже наоборот. К Цаю я как-то уже привык, к тому же для сегодняшних моих целей он больше подходил, чем прожжённый преданный Тарис, от которого улизнуть к исходной точке будет куда сложнее.
Я возвращался с Цаем с тренировки, из одной из комнат вынырнул малыш Ари. Завидев меня, он радостно округлил глаза и бросился во всю прыть по коридору прямиком ко мне.
— Азиз! — добежав, мальчишка подался вперед, кажется, хотел обнять меня, но сдержался, потупил глаза смущённо. Видимо, ему запрещали открыто проявлять эмоции, а еще у меня закралось подозрение, что мальчишке не хватает внимания.
— Здравствуй! — дружелюбно поздоровался я, его я точно был рад видеть. Я подхватил Ари на руки, взглянул на его веснушчатое, слегка изумленное лицо. — Куда спешить?
Ари обречённо вздохнул и закатил глаза.
— На тренировку, — сказал он.
— Не любить тренировку? — усмехнулся я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не-е-ет, — грустно протянул Ари, потом, подумав, добавил: — Эту не люблю, боевую. А тренировки с шакти люблю. Показать, чему я научился?
Я кивнул. Ари, лукаво улыбаясь, поднял руку, я почувствовал щекочущий поток на щеках, который почему-то переместился в нос, и я громко чихнул. Ари звонко и весело засмеялся. В ответ я его защекотал по-настоящему, и он расхохотался еще сильнее. Звонкий, заливистый смех разносился на весь коридор, привлекая внимание патрулирующих охранников.
Дверь моей комнаты резко распахнулась, оттуда показался Зунар, неодобрительно глядя на нас.
— Азиз, скорее. Сколько тебя можно ждать? А ты, Аричандр, марш на тренировку, учитель и так жалуется на тебя, а ты еще и опаздываешь.
Ари, потупив взгляд, сполз с меня и, грустно глядя под ноги, побрел прочь.
— Азиз! Скорее, — окликнул меня Зунар.
Я осуждающе глядел на него, входя в комнату, жалко стало Ари, ему нужна поддержка и внимание, но Зунар этого не замечает. В отличие от старших детей Зунара, мальчик не успел еще стать циничным и надменным, как его брат и сестра, но с таким воспитанием его явно ждет то же самое.
В комнате меня ждал не только Зунар, а еще и незнакомый лысый коренастый мужик. Выглядел он внушительно: кожаный камзол в заклепках, кожаные штаны, пирсинг на лице, тату на шее, руках (это только то, что не было прикрыто одеждой). А у дверей ванной, скромно опустив глаза, неожиданно стояла Сати.
— Познакомься, Азиз, это Жадан, — сказал Зунар. — Он сегодня сделает тебе родовую метку.
— Я сегодня лететь на Меру, — возразил я.
— Я знаю, успеете, это не займёт много времени, — глубоким, довольно приятным баритоном сказал Жадан и начал расстилать на моей постели синюю клеенку.
— А Сати? — спросил я у Зунара, кивнув в сторону девушки.
— Сати моя рабыня, ей можно доверять, поэтому я решил перестраховаться и обеспечить тебя проверенными людьми. Пока ситуация с Капи не решится, нам нужно быть осторожней. К Меру ты с кем летишь?
— С Цаем и Джамиром, — настороженно ответил я, еще не хватало, чтобы Зунар приставил ко мне полк наёмников, тогда о вылазке к исходной точке нечего будет и думать.
— Один Цай? — Зунар несколько секунд размышлял. — Ладно, там территории клана Вайш, не думаю, что вас будут трогать. Да и презренные не посмеют. Не забудь про защиту и оружие. И вот еще… — Зунар кивнул к окну, намекая, что нам нужно отойти.
Мы повернулись спиной к Жадану, раскладывающему на прикроватном столике иглы, краски, машинку для татуировок.
Зунар достал из кармана два медальона. Орел, держащий в лапах змею. Не точь-в-точь, как моя земная рация, но похож, да и тематика та же.
— Держи, — вручил мне их Зунар. — Эти точно не потеряют цвет.
— Спасибо, — ответил я, надевая один медальон на грудь, а второй убирая в карман.
— В этой комнате, которая теперь твоя, есть сейф, правда там пароль отца, но вроде мама знает какой. Узнай у нее и пользуйся, сейф надежный.
— А мой этаж? — вспомнил я.
Зунар нахмурился.
— Этаж Игал, — сказал он с нажимом, явно намекая, что едва ли он мой.
— Игал, — повторил я, задумавшись.
Зунар сердился, теперь, очевидно, думает, что слишком многое дал мне вместе с именем Азиза.
— Пока он тебе не нужен, — сказал Зунар. — У тебя ни семьи, ни обязательств. Через пару месяцев вообще уедешь в Сафф-Сурадж и здесь будешь появляться редко. Так что советую слишком не наглеть и не забывать, почему это все есть у тебя.
Я закатил глаза. Все равно ведь он не сможет ограничивать меня во всем, во-первых, это будет выглядеть подозрительно, а во-вторых, есть еще и Симар, и он-то мне не откажет. Он моя надежда на дальнейшее благополучие, а с Зунаром каши не сваришь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я тебе там еще книжек разных принес, — сказал Зунар, кивнув на столик у входа, — так что занимайся. Спрашивай, если непонятно, ребята тебя помогут, как смогут, а позже найдем тебе учителя из местных. Есть уже успехи? — Зунар кивнул на лежащий на столе рядом с настоящим игрушечный ноутбук.
