– Ларморская корона всегда щедро награждает тех, кто помогает ей. Я прикажу своим людям не трогать вас.
У Мерги так и вертелось на языке вопрос, как щедрость короны связана с их жизнями, но он в очередной раз благоразумно промолчал. В этом мире попытка заставить более сильного признать свою ошибку очень часто оборачивается для слабого еще большими неприятностями.
После короткой паузы ларморец сказал:
– Жду тебя в условленное время.
И коротко кивнув, развернулся и зашагал в обратную сторону. Его товарищ, бросив на сапожника подозрительный взгляд, заспешил вслед за ним.
Мерги шумно выдохнул, он до самого конца опасался, что встреча с ларморцами может неожиданно закончиться бегством по темным улицам столицы от скорых на расправу ларморцев. И это в лучшем случае.
Сапожник принял вертикальное положение и быстро двинулся к выходу из переулка. Доверять Лазурным стражам приятнее на открытой улице, чем в узком переулке, готовом в любой момент превратиться в смертельную ловушку.
У выхода их поджидал Хемилон, держащий в руке одну из тех свистулек, чей оглушительный свист заставляет вздрогнуть от неожиданности не одного прохожего, не говоря уже о стаях птиц, испуганно вспархивающих в небо.
– Я уже начал волноваться, – с облегчением произнес астролог.
– Лучше не переставай, – посоветовал Мерги, – до тех пор, пока урдаланец не окажется в руках ларморцев.
Трое мужчин быстро зашагали по улицев сторону перекрестка, там свернули на Малую гончарную улицу. Недалеко от переулка, в который заходили Лазурные стражники, к ним подошел Вилт, присматривавший на всякий случай за этим концом переулка. В случае любой подозрительной активности во время переговоров он, как и Хемилон, должен был свистом предупредить о ловушке Мерги и Тейрама. Правда, вместо свистка лекарь ограничился собственным ртом.
Выслушав рассказ Мерги о состоявшемся разговоре с ларморцами, Вилт, в отличие от Хемилона, был явно чем-то недоволен.
Утром лекарь улучил момент, когда кроме Тейрама никого не было поблизости, и принялся разглагольствовать об очередной неудаче.
– Если этот Наусса попадет в лапы ларморцев, то нам не видать его золота как своих ушей, Залезть в гостиницу урдаланцев, где он живет, не придет даже в мою пьяную голову. Так что придется попытаться поиметь с этого козла хоть клочок шерсти, пока он гуляет на свободе.
– Как? – озадаченно спросил пращник. – Поджидать его в переулке у порта я не собираюсь, – Тейрам решительно замотал головой.
– Я и не думал об этом, – воскликнул лекарь. – Просто прежде чем вести его в объятия Лазурных убийц, сделаем вот что.
Далее коротышка принялся излагать свою задумку, заставляя изменить выражение лица с настороженного на изумленное.
– Ты уверен, что у нас это выгорит? – с сомнением произнес пращник.
– Ты же сам слышал рассказ Хемилона, – убежденно ответил Вилт, – он вцепится как сом в утопленника.
Тейрам скривился от такого сравнения, но промолчал, уже привыкнув к образности мышления друга.
Заручившись согласием напарника, Вилт принялся действовать.
В то время, когда Мерги возвращался после очередной встречи с ларморцами, чумазый мальчишка, один из тех оборвышей, которыми кишела богатая столица, выкрикивал у окон урдаланской гостиницы имя купца. Когда только что отобедавший Наусса вышел к орущему мальчишке, тот, не подходя близко к купцу, выкрикнул:
"Вам письмо от друга семьи!" и, бросив ему запечатанное письмо, тут же припустил подальше от гостиницы.
Удивленный донельзя Наусса осторожно развернул прекрасно выделанный пергамент, и принялся читать следующее послание, состряпанное изобретательным коротышкой:
"Приветствую тебя, глубокоуважаемый Наусса, да продлят боги твою жизнь и даруют дому Беспокойной Ласточки почет и прибыль. Сообщаю тебе, что твое поручение я выполнил и достал рецепт от ларморской лихорадки. Теперь ваш дом сможет безбоязненно торговать в Ларморе, не опасаясь больше подхватить эту болезнь. Его мне продал один подмастерье лекаря всего за восемьсот золотых. К сожалению, вскоре после этого его организм не выдержал сурового климата родных мест и он помер. Надеюсь, в лазурных небесах он обрел покой. Я чуть сам не свалился, но боги миловали и мне удалось добраться до Сар Берата. К сожалению, вставать я пока не могу, по дороге я неудачно упал с лошади, и сломал несколько ребер и ногу. Поэтому письмо тебе передаст сын моего конюха. С нетерпением жду встречи с тобой. Кстати, я снова поменял жилье и лежу теперь в доме на улице Мясников, у благородного господина Орисса. Со стыдом тебе напоминаю о шести сотнях гемфаров, которые ты мне должен. Я сильно поиздержался в пути и задолжал за лечение. Если бы не господин Орисса, да наградят его боги за добросердечие и благородство души, я бы не дожил до встречи с тобой. Поэтому прошу тебя, не забудь прихватить деньги и пару кувшинов того замечательного розового дангарского винца, которое мы пили у тебя дома перед твоим отъездом.
Жду тебя сегодня в восемь вечера в доме благородного Ориссы. Не забудь взять пару человек, чтобы мое золото в целости вернулось ко мне. Твой друг Биргал".
Изумленный Наусса еще раз прочитал письмо, потом воровато оглянулся и осмотрел окна. По счастью, свидетелей ошибки бестолкового мальца не оказалось. Купец вспомнил, что вчера конкуренты из дома Беспокойной Ласточки этажом выше праздновали прибытие трех шхун из Урдалана под руководством крикливого Науссы, его тезки. То, что конкурирующий торговый дом сумел опередить его в деле добычи рецепта лазури, неприятно удивило купца. Но больше всего его уязвило, что рецепт обошелся им явно дешевле, чем ему. Как минимум вдвое, если считать, что первые шесть сотен золотых были выплачены в качестве аванса. Наусса вспомнил о пятнадцати сотнях, которые выдавил из него проходимец из Допала и неизвестно сколько еще собирается с него стрясти, и проскрежетал зубами. Ничего, он еще отыграется за это, когда вспорет ему брюхо и засунет кишки в его жадную пасть. Сразу после того, как встретится с агентом тезки. Наусса предполагал, что сумеет убедить неизвестного проходимца продать ему рецепт за сотню-другую монет больше, чем было договорено с конкурентом.
Не теряя драгоценного времени, Наусса тут же поручил одному из своих помощников разузнать, где именно расположен дом Ориссы на плохо ему знакомой улице Мясников. Наусса смутно помнил, что эта улица далека от престижных районов Сар Берата и тянется недалеко от восточных окраин, где располагались скотобойни.
Быстроногий помощник управился с поручением за два часа. К приятному удивлению Науссы, со слов внимательного помощника, улица Мясников оказалась довольно приличным местом, несмотря на удаленность от центра. Орисса проживал в двухэтажном доме за кирпичной стеной и крепкими воротами. Соседние дома выглядели не хуже, даже все три уличных фонаря оказались целыми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
