И ведь прав, проклятый голос, сто раз прав.
Никита уже собрался вернуться в отдел, как вдруг заметил Сати.
– Гляди, вон она идет. – Сисадмин ткнул пальцем в окно. Из окна третьего этажа было хорошо видно бульвар, небольшой отрезок дороги и автобусную остановку, на которой толпился народ.
– Вижу, – прозвучал над ухом у сисадмина напряженный голос.
Стулья возле окна скрипнули, консервная банка-пепельница сдвинулась, точно Джулис собрался залезть на подоконник.
– Но что же я могу сделать? Ничего, ровным счетом ничего! Но, если вдуматься, я ведь и не обязан что-то делать?
Сисадмин пожал плечами. Совершенно непонятно, с чего это раб лампы так разволновался: на бульваре протекала самая обычная жизнь, спешили прохожие, катили коляски мамаши, возле цветника играли дети. Сати направлялась к пешеходному переходу, рядом шел криминальный корреспондент, на ходу уплетая пирожок.
– Вот он, – испуганно выдохнул невидимка и умолк.
– Кто? Ладно, раб лампы, проваливай. Некогда мне, и без того с версткой опаздываем.
В ответ послышалось испуганное бормотание:
– Ты пропал, Джулис, ты пропал! Столько народу хочет твоей смерти! Маги, от них не скроешься. Весь вопрос в том, кто раньше доберется!
– Маги-шмаги… – отмахнулся сисадмин. – Задержим номер, шеф нас безо всякой магии живьем съест. А почему задержим? А потому, что некоторые разгильдяи материал вовремя не сдают! – Он посмотрел в окно на Сати и строго сдвинул брови.
– По магазинам гуляют. Сейчас спросим у нее…
Он пошарил по карманам, выудил телефон и принялся набирать номер.
– Меня ждет ужасная смерть! – истерически причитал Джулис. – И не только меня, но это уже другой разговор.
Никита поднес телефон к уху, одновременно наблюдая в окно, как Сати и Хамер, жуя пирожки, бредут по дороге. На работу они явно не спешили. На остановке притормозил белый микроавтобус, пассажиры ринулись на штурм так, словно до вечера никакого транспорта больше не предвиделось. Хамер, воспользовавшись суматохой, отстал, ловко смешался с толпой пассажиров и юркнул за киоск с надписью «Сигареты-папиросы». Сисадмин хмыкнул: криминальный корреспондент, судя по всему, задумал нарушить данное коллективу обещание.
Белый микроавтобус отошел от остановки и помчался по бульвару. Сати обнаружила пропажу Хамера, пожала плечами, потом, видно услышав звонок, принялась на ходу шарить в сумке. Через минуту лихорадочных поисков в руке у нее оказался мобильный телефон.
Никита открыл было рот, чтобы поинтересоваться, почему она гуляет вместо того, чтобы срочно сдавать материал, но внезапно замер, уставившись в окно. Белая «маршрутка» набирала скорость, Сати по-прежнему не торопясь переходила дорогу, и ему вдруг стало совершенно ясно, что в следующее мгновение ее путь и путь автобуса, летящего на полной скорости, пересекутся в одной точке.
Сати на ходу взглянула на высветившийся номер, замедлила шаг и поднесла телефон к уху. Микроавтобус стрелой пролетел вдоль бульвара, на долю секунды закрыв Сати, и сердце у Никиты оборвалось. Мгновение странным образом растянулось, удлинилось и тянулось бесконечно долго, точно кто-то всемогущий решил своей волей остановить время, чтобы помучить хорошенько неизвестностью и страхом.
Через секунду микроавтобус пронесся мимо и исчез в конце улицы.
– Блин, – только и смог выдавить сисадмин, по-прежнему держа телефон возле уха и глядя, как разъяренная Сати грозит кулаком пролетевшей машине.
Он вытер о джинсы вспотевшие ладони, перевел дух и опустился на стул. Накатило жуткое ощущение, будто собственная смерть пролетела так близко, что повеяло ледяным ветром от ее крыльев.
– Пронесло, – выдавил невидимка. – А я думал, в его деле осечек не бывает. А иногда и маги…
Он замолк, точно прикусил язык.
В телефоне раздался щелчок.
– Блин! – Голос у Сати был сердитый. – Представляешь, меня сейчас какой-то придурок чуть не сбил! Идиоты у нас по дорогам ездят, клинические дебилы! Я всегда это говорила! Ездят и по сторонам не смотрят! Ну к тебе это не относится, конечно, – тут же поправилась она. – А вот все остальные! Ведь рядом просвистел! Хорошо, что я твой звонок услышала и остановилась. А то представляешь, сколько бы хлопот в конторе: деньги на похороны собирать, место на кладбище, опять же… А у меня еще текст магазину «Колосок» не дописан. А ты чего звонил-то?
Никита сглотнул – в горле отчего-то пересохло.
– Да я так… Спросить хотел… ладно, не к спеху.
– Сейчас я подойду.
Никита медленно сложил телефон и убрал в карман.
Руки немного дрожали, футболка прилипла к спине, и он, чтобы успокоиться, несколько раз глубоко вздохнул. Вскоре внизу хлопнула дверь, и на лестнице послышались быстрые шаги.
– Ты представляешь! – начала возмущаться Сати еще со второго этажа. – Только что какой-то…
– Представляю, представляю, – сердито сказал сисадмин, уже успевший прийти в себя. – В окно видел. Ты бы по сторонам смотрела хоть иногда! Особенно когда дорогу переходишь.
– Да смотрела я! Это псих какой-то…
– Недописанной рекламы у тебя – весь стол завален. А нам через неделю приложение рекламное сдавать! А ты под машины кидаться вздумала!
– Я?! Под машины?! Да ты что?! И вообще, что ты тут стоишь?
– Тебя ждем.
– Ждете? Что и раб ла… Джулис тут? Ладно, пошли в редакцию.
В редакции «раб лампы» повел себя странно: принялся бегать из угла в угол и вполголоса что-то бормотать.
– Нет, это невозможно, невозможно. – Голос его доносился то из кухни, то от окна. – Остаться и ждать? А что будет дальше? Джулис, ты прекрасно знаешь, что будет дальше. Он не отступит. А я?
– Да замолчи ты! – прикрикнула на него Сати и обратилась к Никите: – Знаешь, надо заметку написать, заклеймить, так сказать! Жаль, я номер не заметила, а то быстренько бы выяснила, в каком автопарке этот лихач работает. Ты видел, как он мчался?! А я ведь на пешеходном переходе была! А если б ты не позвонил? Если б я не остановилась?!
Никита снова почувствовал противный холодок под ложечкой.
– Смотреть по сторонам надо, а не о блондинах мечтать! – отрезал он.
– Блондины-то тут при чем?!
Шаги Джулиса стихли.
– Отчего ты не хочешь пожить в сквере у Тильвуса? – умоляющим голосом спросил он. – Недолго, пока все не… ну я хочу сказать…
– Опять? – удивилась Сати. – Ты слышишь, Никита? Снова этот бред! С какой стати я должна жить в сквере?
– Не хочешь? Не хочешь?
– Конечно не хочу!
– Ну тогда моя совесть чиста! Я сделал все, что мог! Я пытался… все видели, что я пытался? Так и передайте великому магу – Джулис пытался! В конце концов, собственная жизнь мне дороже!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
