мгновение, чёрная, как смола, магическая аура божественного меча хлынула вперёд, заливая окрестности, словно цунами. Поглотив всех четырёх драконидов, волна продолжила некоторое время катиться дальше.
Я уже, было, думал, что нам пора убегать, но примерно через 400 метров волна потеряла былую скорость и остановилась.
Однако, задержись мы на поле боя подольше — она наверняка бы поглотила и нас. Возможно, Мацуюки сдерживалась, пока ещё сохраняя рассудок, но никому не известно, насколько сильно Берсерк способен влиять на разум того или иного владельца. Пускай своих Хаганцев она может и избегать, не факт, что авантюристы могут рассчитывать на такую обходительность.
— Ауры драконидов бездны исчезли.
— Да. Я тоже их не чувствую. Видимо, им хватило той массовой атаки. Страшная же штука…
Без единого звука чёрная волна откатилась назад, не оставив после себя ничего живого. Не только дракониды бездны лишились жизни. После волны на голой земле не осталось ни той скудной растительности, что была, ни даже мелких насекомых. Других доказательств того, что в руках Мацуюки Берсерк получал способность мгновенно отнимать жизнь, не требовалось. Хотя, в битве с колоссом ей не удалось убить его сразу.
Кроме того, Мацуюки не просто убила драконида-смертника, но и предотвратила взрыв. Вероятно, правильнее сказать, что Берсерк подавлял все виды энергии. Сложно вписать такой навык в какую-либо категорию.
— Мацуюки! — Крикнула Фран, затаив дыхание наблюдая за полем боя.
(Эй, Фран, погоди!.. Уруши, сторожи авантюристов!)
— Уон!
Увидев, что Мацуюки упала на землю, Фран, не думая, бросилась к ней. Как и в случае с Адзисай, во Фран зародилась искренняя симпатия к Мацуюки, пускай они толком ни разу не разговаривали.
Видимо, на неё повлияло и то, что рассказала ей о «Принцессах ночи» Серебряная дама. Фран, наверное, не сразу прониклась тогда их трагичной судьбой, однако ничего не почувствовать она тоже не могла.
На поле боя больше не ощущалось страшной магической энергии Берсерка. Даже по сравнению с невысвобожденным состоянием его сила значительно уменьшилась. Быть может, высвобождение истощает запасы энергии самого Берсерка? Если это так, то, вероятно, им его невозможно высвобождать особо часто. Впрочем, Берсерк по определению не очень реально высвободить несколько раз подряд.
Когда Фран добежала до Мацуюки, её уже поднимала на ноги Адзисай. Вокруг их обступили выжившие ветераны.
Как всегда, они не демонстрировали эмоций, невозмутимо сторожа доверенных им принцесс ночи. Однако, если присмотреться, то глаза стариков были покрасневшими. Некоторые из них насильно подавляли печальные всхлипы, у некоторых в руках дрожали копья.
Когда Изарио рассказывал мне о ножнах, у меня возникло неприятное впечатление. По его словам, сила ножен активировалась только тогда, когда войска Хаганэ несли серьёзные потери. Конечно, у меня не могло не возникнуть подозрений, «А не приносят ли они таким образом этих стариков в жертву?». Учитывая функцию, исполняемую «Принцессами ночи», милитократии было совсем не зазорно пускать жизни людей в топку. Однако по поведению ветеранов невозможно было сказать, что они здесь в качестве жертв на алтарь державы. В том, как они сражаются, ощущался отличительный боевой дух солдат, идущих в бой по собственной воле.
Атмосфера становилась всё тяжелее.
— Мацуюки.
— Госпожа Принцесса Чёрной Молнии? Я рада, что вы не пострадали.
Фран не стала спрашивать, всё в ли в порядке. Кто угодно мог сказать, что огонёк жизни в глазах Мацуюки уже готов затухнуть. Девушка тяжело дышала, её кожа и волосы утратили блеск, а под глазами появились тёмные круги. Мало-помалу, жизненная сила покидала её. Непозволительно было отнимать её последние мгновения жизни бесполезными вопросами.
— Спасибо.
Фран поблагодарила Мацуюки, и низко поклонилась.
— …Не стоит, у каждого свой путь.
— Всё равно, спасибо.
— Я не ожидала услышать благодарность от кого-то, кроме моих соотечественников. Мне очень приятно.
— Угу.
— Адзисай.
— Да?
— Умирать, оказывается, не та плохо… Теперь я понимаю, почему сёстры умирали с улыбкой на устах. Только теперь…
Вслед за этим Мацуюки перевела взгляд на ветеранов, пускай и не было ясно, способна ли они была сейчас что-то видеть или нет. Видит ли она этих стариков, с трудом сдерживающих слёзы?
— Мацуюки. Доброй ночи.
— Хм-хм… Доброй… Пускай тебе снятся только хорошие сны…
Поглаживая волосы своей сестры, Мацуюки медленно закрыла глаза. Так вечным сном уснула девушка, обладательница божественного меча, спасшая Фран и остальных от неминуемой гибели.
— Принцесса Чёрной Молнии. Почему вы плачете?
— …Не знаю.
— Вот как.
— Адзисай, вы в порядке?
— Не волнуйтесь. Такова наша миссия. К тому же, смотрите, какой счастливой она выглядит во сне. Поэтому я не грущу.
Как и сказала Адзисай, Мацуюки словно погрузилась в сон. Однако теперь её глаза больше никогда не откроются.
Благодаря Мацуюки мы уцелели. Не будет преувеличением сказать, что она спасла всех нас. Она стала благодетельницей не только для Фран, но и всех авантюристов отряда. Столь опасны были дракониды бездны, которых она одолела в бою.
(Благодарю вас от всего сердца.)
Глава 988 Разлука
Проводив Мацуюки в последний путь, Фран короткое время молча стояла вместе с Адзисай.
Затем, когда атмосфера момента стала понемногу уходить, она вытерла слёзы, скопившиеся в уголках глаз, и опустила взгляд на землю. У ног Адзисай лежал Берсерк, уже помещённый в свои ножны. Нас беспокоило, что теперь будет, раз Берсерк, казалось, потерял свою силу. Ножны были черны как ночь, и сейчас казалось, будто они никак не могли источать ту белоснежную энергию. Берсерк в них, словно его обладательница, будто бы заснул вечным сном.
Заметив, куда смотрит Фран, Адзисай тихонько подняла ножны.
— …— …
Прошёл момент молчания. Фран более не стала затрагивать тему ножен или Берсерка. Она перевела взгляд на Шикими, дабы спросить о дальнейших планах Хаганэ.
— Шикими, что вы собираетесь делать дальше?
— Наш долг мы исполнили. Наши войска уже нельзя назвать вполне боеспособными, и в дальнейшем мы станем для вас лишь мёртвым грузом. Так что здесь нам придётся разделиться.
— Вот как.
Фран кивнула в ответ. Могло немного показаться, что такое решение её даже успокоило. Вероятно, её пугала перспектива увидеть, как ещё и Адзисай потеряет жизнь, исполняя свой долг. Она вновь взглянула на Берсерк, но сразу же отвела взгляд. Адзисай, кажется, заинтересовалась тем, что у Фран на душе, и заговорила вновь:
— Принцесса Чёрной Молнии.
— Да?
— Вы хотите у меня о чём-то спросить?
— …Ничего особенного, могу не спрашивать.
— Почему? Вы обычно не боитесь спрашивать.
Между Фран и Адзисай завязался удивительный разговор. Тихий разговор без особой темы.
— Не знаю.
— Вот как. Но, как насчёт этого…
— М? Да?
— Да.
— Спасибо.
— Не стоит.
Удивительным был как темп разговора, так и содержание. Честно говоря, ни я, ни Шикими не могли понять его смысла.
Тем не
