Итак, Шах, советский источник, работавший на КГБ, продолжал поставлять Алеку секретную информацию: кодовые таблицы, шифрованные послания, данные о радиоперехвате подводных лодок, описание вооружения, установленного на британских военных кораблях, расписание маневров Королевских военно-морских сил и сил НАТО. В то же самое время другая ипостась Шаха — рядовой чиновник, получавший 14 фунтов в неделю, — купил машину «рено-дофин», обставил современной мебелью новый коттедж в Веймут-Бэй и от души кутил и веселился вместе с Асей в ресторанах первоклассных гостиниц.
Шах представлял собой новый тип советского агента, который работал не за благородную идею, а лишь за деньги.
Шпион против шпиона
У разведывательной работы есть собственная диалектика. В то время как вы похищаете секреты у противника, он старается выкрасть ваши собственные. Пока вы оцениваете его спецслужбы, он тоже оценивает ваши. Вы шифруете, он расшифровывает. Вы расшифровываете, он меняет код. Когда вы ищете, он прячет. Когда вы прячете, он ищет. Происходит своего рода круговорот. Однако если один из противников останавливается, то над ним сгущаются тучи. У того, кто продолжает игру, начинается головокружение от успехов. Но ведь когда вы сходите с карусели, то вам необходимо передохнуть, чтобы не потерять равновесия. Однако сила инерции всегда толкает вас вперед.
Крогеры и Гордон Лонсдейл беспрепятственно действовали на протяжении долгих пяти лет. А затем ситуация стала осложняться. Во-первых, Лонсдейл, который использовал свою деятельность как средство для путешествий по Великобритании и Европе, где он пытался продать или сдать в аренду автоматы, торгующие жевательной резинкой, никак не соответствовал играемой им роли. Заказы поступали нерегулярно, а компания несла существенные убытки. Мистер Эйрз и другие акционеры набирали персонал, производили все больше и больше автоматов и покупали тонны жевательной резинки, ожидая торгового бума. Огромная партия автоматов была отправлена морем в Италию. Вся загвоздка была в том, что там никто не хотел брать в аренду, покупать, жевать. В начале 1960 года «Отоматик мерчандайзинг компани» умерла естественной смертью.
Однако Лонсдейл, человек находчивый, сумел извернуться. Когда жевательная резинка и автоматические проигрыватели пошли ко дну, он занялся торговлей замками и системами безопасности в сотрудничестве с лондонской «Мастер свитч компани». Неудача, постигшая «Отоматик мерчандайзинг компани», пошла ему на пользу, поскольку в тот период, когда он менял работу, ему не надо было тратить деньги КГБ, чтобы покрыть расходы.
Потом Лонсдейл переехал из «Белого дома» в более скромное жилище и занял деньги у друзей. Как только его фирма «Алло свитч» — система автомобильной сигнализации — стала приносить доходы, он вновь вернулся в квартиру № 634 «Белого дома», расплатился с большей частью долгов и поменял свой грузовик на совершенно новый белый «студебеккер». По всей видимости, ему помогали живость ума и профессионализм.
Следующий сигнал опасности был более тревожным. Американские источники информировали Центр, что ФБР при обыске у Марка обнаружило фотографии Леонтины и Морриса Коэна. Это означало, что охота за супругами Крогер возобновилась с новой силой. Все складывалось как нельзя к худшему. Питер только что добился давно желанных почестей, придававших блеск его прикрытию: его наконец избрали членом Ассоциации торговцев антиквариатом. Но это делало его теперь более заметным в обществе и потому уязвимым. В Центре полковник Дмитрий Тарасов, отвечавший за безопасность нелегальных резидентов КГБ, потребовал, чтобы все «белые пятна» в легенде Крогеров, например польский период с 1950 по 1953 год, были заполнены правдоподобными деталями на тот случай, если им понадобится давать объяснения, и чтобы были разработаны вспомогательные легенды на случай возможного ареста. Два дня спустя генерал-лейтенант Сахаровский (начальник внешней разведки) одобрил инициативу полковника и добавил, что необходимо разработать более детальный план, если возникнет необходимость срочно вывозить Крогеров из Великобритании. Получив уйму указаний — придумать «недостающую биографию», разработать вспомогательную легенду, составить план эвакуации, — Крогеры почувствовали, что над ними нависла невидимая пока угроза.
Предчувствуя возможный крах, Крогеры стали задавать себе вопрос, который задают себе все трудящиеся, боящиеся потерять работу: что с ними будет? Они предполагали, что советские спецслужбы не оставят их в беде, но не были в этом полностью уверены. Они не заключали никакого договора, а следовательно, у них не было никаких гарантий. Они не знали законов Советского Союза и не были уверены, что их возьмут на содержание как бывших агентов. Они знали только, что очень постарели и что у них совсем мало шансов получить какую-либо приличную работу в Москве до тех пор, пока они не выучат русский язык. За годы, проведенные в Советском Союзе, они освоили только его азы.
Своими тревогами они поделились с Лонсдейлом.
— Наша страна не оставит вас без куска хлеба, — заверил он их.
— Вопрос заключается не в этом, — отрезала Хелен. — Все дело в том, что мы не подписывали никаких документов, не брали на себя никаких письменных обязательств. Мы хотим знать, каково наше положение.
— Вот почему, — подхватил Питер, — мы хотим попросить ваше правительство предоставить нам советское гражданство. Мы полагаем, что, будучи советскими гражданами, будем чувствовать себя более уверенно.
— Скажи честно, Бен, мы там нужны? — спросила вдруг Хелен.
— А почему нет? — ответил вопросом на вопрос Лонсдейл. — Я сегодня же передам вашу просьбу товарищам из посольства. И уверен, что ответ будет положительным.
— Вы успокоили нас, — сказал Питер.
— Хорошо, но, несмотря ни на что, вы должны быть осторожными. Проверьте, все ли надежно спрятано, не пускайте ничего на самотек… Я принес вам еще несколько чертежей…
Лонсдейл положил зажигалку «Ронсон» и фотовспышку на кухонный стол. Крогеры не нуждались в объяснении: они знали, что в этих вещах есть пустоты, куда можно спрятать шифровальные таблицы или пленки. Они уже обладали коллекцией полых оловянных изделий и батареек, разбросанной по всему дому.
Будучи начальником Первого главного управления КГБ СССР, Сахаровский согласился с просьбой Крогеров и доложил руководству Комитета:
«Совершенно секретно.
Председателю КГБ при Совете Министров СССР
товарищу Шелепину А.Н.
Рапорт
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
