Сэм чувствовала, что Кейд открыт для Шу, чувствовала, как Шу поглощает и его воспоминания об этом событии. Она уловила эхо смерти Прат-Нунга, пули, навылет пробившие его тело, когда он пытался спасти Чарию, пытался вынести ее оттуда.
Шу издала низкий стон и уткнулась головой в ладони. У нее вырвалось рыдание, которое они тоже ощутили в своих сознаниях.
Тханом. Умер. Тханом. Нет…
Сэм заполнило чувство скорби. Ей хотелось оплакивать утрату Шу. Она не могла думать, не могла видеть, не могла дышать. Она почувствовала, как машина начала вилять.
Тханом!
Су-Йонг!
Сэм услышала, как крикнул Фенг. Шу перестала стонать, ментальный туман в голове Сэм рассеялся.
Фенг вернул машину под свой контроль. Все молчали. Шу продолжала всхлипывать, в воздухе витала ее печаль.
Глупый, глупый Тханом. Я же говорила тебе, что этим кончится. Я тебе говорила…
Сэм молча делала для Кейда все, что могла.
В конце концов рыдания Шу утихли, а затем и вовсе прекратились. Она подняла голову, по ее лицу текли слезы.
Прошу прощения, передала она. Тханом был мне очень дорог. Я… Она покачала головой. Сегодня я жива только благодаря ему.
Это пришло в одно мгновение. Огонь. Обжигающий жар. Боль и страх. Ее наголо выбритая голова. Склонившийся над ней робот-хирург, чуждый, инсектоидный, приближающийся со своими жужжащими лезвиями. Огромное нерожденное дитя в ее матке. Склонившиеся над ней два лица, бледные от страха. Прикосновение руки Прат-Нунга. Какие-то образы и воспоминания, которые Сэм не понимала.
Исходящая от Шу скорбь стала сменяться гневом. Это был холодный, безжалостный гнев, гнев, достигавший эпических масштабов. Пугающей силы ненависть. Ярость. Разрушение. Убийцы. Дикари. Она уничтожит их всех…
— К Ананде, — прохрипел Кейд. К Ананде.
Теперь Шу как будто их заметила. Мало-помалу она овладела собой, и они услышали, как она сделала глубокий вдох. Она кивнула.
— К Ананде.
— А вы? — спросила она Сэм. — Вы собираетесь отправиться вместе с Кейдом?
Сэм глубоко вздохнула. Она еще не успела осмыслить события этой ночи. Она обезумела, увидев смерть Маи, почувствовав ярость и страх в тех сознаниях, с которыми была связана. Она убила по меньшей мере двоих подрядчиков УПВР, она замешана в смерти других…
Может, вернуться? — гадала Сэм. — Отправиться в посольство? Заявить о состоянии аффекта?
Нет. УПВР характеризуется многими вещами, но великодушие не входит в их число. Она уже подписала себе смертный приговор. Ожидаемая продолжительность ее жизни теперь измеряется днями или часами.
Ей нужно все обдумать и переосмыслить. Ей нужно продолжать движение, чтобы опередить своих преследователей. У нее совсем немного вариантов. К тому же она обещала Уотсу, что позаботится о безопасности Кейда.
— Собираюсь, — сказала она. — Я пойду с Кейдом, если Кейд меня возьмет.
Кейд посмотрел на нее, маска снова закрывала его рот и нос. Их взгляды встретились. Ей вспомнились отношения, которые установились между ними всего несколько часов назад, то, как она открылась перед ним. Чувство сострадания. Доверие. Понимание. Медленно кивнув, он снял с себя маску.
— Да, — сказал он. — Ты спасла мне жизнь. Еще раз. Да.
Шу кивнула, ее лицо и сознание все еще оставались холодными. Она достала из кармана телефон, набрала номер и поднесла его к уху. Сэм смутно различала ответивший ей голос.
— Савади, Ананда!
Они говорили на языке, которого Сэм не знала. Возможно, на одном из индийских, певучем и звонком. Затем Шу снова опустила телефон.
— Готово, — сказала она. — Через час мы встретимся с его монахами. — Ее голос был холодным и отстраненным. Ее сознание все еще излучало гнев. Эти обезьяны убили Тхано- ма. Их ждет расплата.
В дороге Кейд задремал и проснулся только тогда, когда они приехали к месту встречи с двумя молодыми монахами, которых прислал Ананда. Это был похожий на пещеру гараж, располагавшийся где-то глубоко в недрах аэропорта. Шу заявила, что камеры наблюдения находятся под ее контролем. Никто не возразил.
Молодые люди с бритыми головами передали им сложенную одежду. Одеяния монахов. Оранжевое для Кейда, белое для Сэм.
Сидевшая на переднем сиденье Шу снова заговорила. Она все еще держалась холодно и отчужденно — смерть Прат-Нунга сильно на ней отразилась.
— Монахи Ананды куда-нибудь вас отвезут и спрячут, — сказала она. — Американцы уже сделали запрос на ваш арест — на обоих, по обвинению в контрабанде наркотиков. Вам нельзя останавливаться. Ананда это понимает. Он работает над тем, чтобы найти для вас решение для следующего этапа.
Она повернулась и подала что-то Кейду. Это был планшет.
— Что это? — спросил Кейд, протянув к нему руку. Но Шу не спешила отдать ему устройство.
— Мы сделали остановку, и Фенг их купил. Он заплатил наличными. Они никак с вами не ассоциируются. Не входите с них в ваши старые учетные записи, не касайтесь данных, иначе они смогут вас отследить. Не пытайтесь вступить в контакт с теми, кого вы знаете, или со мной. Вы можете его использовать, чтобы быть в курсе общих новостей, но не более того. Вы меня поняли?
Кейд кивнул.
— Ну да. Я ведь хочу остаться в живых.
Шу кивнула и отпустила планшет.
— Хорошо.
— Вы можете кое-что для меня сделать? — спросил Кейд. Он был совершенно спокоен. И потрясен.
— Что?
— Ранган, Илья — УПВР теперь придет за ними, если еще не пришло. Вы можете с ними связаться? И сказать, чтобы они уходили, если смогут?
Шу немного помедлила.
— Их будут прослушивать, — сказала Сэм. — Вы должны проявить осторожность, чтобы не предупредить тех, кто будет слушать.
Шу кивнула.
— Сделаю, что смогу.
— Спасибо, — сказал Кейд. Его слова звучали отстранен- но, он чувствовал какое-то оцепенение.
— Кейд… — начала Шу и остановилась. — Кейд, есть вероятность, что дела плохо обернутся для тех, кем УПВР вас шантажировало. Если это случится, помните, кто сделал это с вами — и с ними.
Она не отрывала от него глаз. Ее сознание излучало холодный гнев, желание уничтожить те человеческие организации, которые так усердствуют, чтобы удержать под контролем их — всех постлюдей.
«Это будет твоя вина, — говорила ему Сэм. — Полностью твоя».
Краем глаза он увидел Сэм, которая сидела, опустив взгляд. От нее исходило чувство вины, смятение, покорность. Открыв дверцу со своей стороны, она, прихрамывая, вылезла наружу и закрыла за собой дверь.
— Вините людей, — продолжала Шу. — Вините их ненависть ко всему и всем, кто может их превзойти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
