с дурной репутацией, которую вырастили как игрушку для жестоких мужчин.
Мистер Фоулер протянул ей ручку:
– Таковы условия соглашения. Если вы желаете усыновить мальчика, то тем самым обязуетесь не разглашать тайну его происхождения.
Маленький мальчик. Какое чудо! У Эстеллы заколотилось сердце. Она уже поняла, что любит малыша, которого еще ни разу не видела. Невозможно отказаться от ребенка лишь потому, что Лена заблуждалась в своих ультимативных требованиях. Эстелла должна взять его, должна заботиться о своем племяннике и дать ему шанс когда-нибудь в будущем познакомиться с Алексом.
Она поставила свою подпись.
– Миссис Парди привезет сюда ребенка через две недели, – продолжил мистер Фоулер. – Я предоставляю вам время на размышление, на случай если передумаете. Лучше сделать это сейчас, чем позднее.
– Я не передумаю, – твердо произнесла Эстелла. – Он мой племянник.
– Даже в таком случае это часть соглашения. С учетом ваших серьезных намерений две недели потребуются, чтобы подготовить дом к появлению ребенка.
Ребенок. Сын Алекса и Лены. Ребенок, о котором Алексу неизвестно и не будет известно до тех пор, пока Эстелла не найдет способ передать ему сообщение.
– Как зовут мальчика?
– По-моему… – мистер Фоулер сверился с бумагами, – …Ксандер. Разумеется, вы можете сменить ему имя, если пожелаете.
Ксандер.
– Нет. Замечательное имя.
* * *
На следующий день Эстелла никак не могла сосредоточиться на бедной Джейни, которую раз пять уколола булавкой, прежде чем подруга заявила:
– Может, прервемся? Что происходит?
Эстелла, сидящая на корточках, посмотрела на Джейни снизу вверх и мотнула головой, словно таким образом новость могла отстояться и наконец перейти из странного и пока бессмысленного сна в реальность.
– У Лены и Алекса есть ребенок, – наконец выдохнула она. – Мальчика привезут сюда через две недели. Я только что усыновила его.
Джейни выпучила глаза, так что они едва не выскочили из орбит.
– Бери сумочку, – скомандовала она. – Мы идем выпить.
– Сейчас десять утра.
– Надо подкрепиться, а то у тебя руки дрожат. – Джейни пыталась шутить, однако Эстелла не смогла заставить себя рассмеяться.
Скоро они уже сидели в ближайшем баре. Джейни заказала два сайдкара.
– Выкладывай!
Эстелла выложила подруге все, включая самые грязные подробности. О том, что произошло в Париже. О том, что ей рассказал Гарри. Что сообщил адвокат вчера вечером. И что у нее нет способа известить Алекса о сыне.
– Мне надо еще выпить, – заявила Джейни, когда Эстелла закончила. – Два виски со льдом! – окликнула она бармена. – Сайдкар слишком слаб для подобных новостей. – Она понизила голос: – Тебе не нужно стыдиться из-за Гарри. Не ты же вытворяла такие вещи, а он.
– Моя мать спала с ним! – выкрикнула Эстелла. – Как она могла? А потом отдала ему Лену. Я уже не знаю, кого из них ненавижу больше. У Гарри хотя бы есть оправдание: он психически больной. А какое оправдание у моей матери? Разве что недостаток ума!
– Почему бы тебе не написать ей? Вдруг у нее есть объяснение?
– Этому нет объяснений. – Эстелла отпила виски в попытке смягчить горло, сжимавшееся от горя и стыда. – И в любом случае написать ей нельзя. Я не знаю, где она.
– Может, стоит позволить Алексу самому решить, насколько эта проблема для него серьезна. – Джейни сжала руку Эстеллы.
– Ты понимаешь, каково это – просыпаться и вспоминать, что Гарри Тоу, убийца и насильник, твой отец? Знать, что твоя мать отдала ему на воспитание твою сестру-близняшку? Мне хочется умереть всякий раз, когда я об этом думаю. Гарри Тоу в миллион раз хуже отца Алекса. Я не вынесу сожаления в глазах Алекса, если он узнает о Гарри. Выше моих сил рассказать, что моя мать оставила Лену с Гарри. Ведь он подумает, я могу передать по наследству психическую болезнь Гарри, если у нас с ним будут дети. Мать Гарри – сумасшедшая. Гарри тоже. А вдруг и я?.. Алекс не должен знать.
– И что, лучше вот так причинить ему боль?
Эстелла вырвала ладонь из руки подруги и прикончила виски.
– Я бы продала свою душу, только бы не причинить ему боль. Но остаться с ним и ранить ежедневно, в течение всей жизни, намного хуже, чем обоим пережить эту катастрофу сейчас. И хватит обо мне. – Она поставила стакан. – Ты последовала моему совету?
– Нет… пока что. – Бравада подруги испарилась.
– Устрой свидание с мужем, – решительно сказала Эстелла. – Выясни, что он собой представляет. Познакомься с ним по-настоящему. Предсвадебные сомнения позади; вы уже связаны обязательствами. Расслабься и насладись тем, что есть. Посмотришь, что из этого выйдет. Если хотя бы половина из того, что я чувствую к Алексу… – Эстелла резко замолчала. Плавный переход к другой теме не удался. Пришлось закурить сигарету и сделать вид, будто поперхнулась дымом и закашлялась, а эмоции тут ни при чем.
Джейни пристально посмотрела ей в лицо.
– Может, я и послушаюсь тебя. Сегодня вечером Нейт возвращается. Хотя, как я подозреваю, мой муж никогда не посмотрит на меня так, как ты сейчас, когда говорила об Алексе. И не важно, сколько у нас с ним будет свиданий. – Подруга тоже закурила. – Я почти завидую тебе, – с тоской произнесла она. – Узнать, что такая любовь действительно существует… Что бы ты выбрала: знать, что любовь есть, или лучше никогда не любить, чтобы никогда…
– Никогда не испытать горя расставания?
Джейни кивнула.
Эстелла погасила сигарету в пепельнице.
– Не знаю. Ежеминутно и ежечасно вспоминаю, как впервые по-настоящему поцеловала его. Это был экстаз. Однако Алекс пытался остановиться, не пойти дальше. Он сказал мне: «Непорядочно с моей стороны, учитывая, каким был мой отец…» Стыдился отца, всего лишь уголовника, терроризировавшего близких. А мой отец – психопат, убийца и насильник. – Она запнулась, стараясь справиться с вновь подступившими слезами. – Слова Алекса напоминают, почему мне пришлось от него уйти. Однако он никогда не произнес бы их, если бы мы не поцеловались. Без одного воспоминания не было бы другого. Значит, все не зря. Хотя мне и хочется, чтобы все закончилось иначе.
Они помолчали. Джейни окатила ледяным взглядом мужчину, который приблизился было к ним с подносом напитков, и тот поспешно ретировался. Затем подруга встала.
– Я пошла домой. А вечером приглашу мужа куда-нибудь выпить. Может, ты права, и над нашими с Нейтом отношениями стоит поработать. Авось что-нибудь да получится.
Джейни удалилась. Эстелла пригубила виски. По крайней мере, ей есть за что благодарить судьбу: Ксандер. Для своего племянника и сына Алекса она сделает все возможное. Ксандер узнает только любовь и никогда не испытает страданий.
* * *
В следующие две недели Эстелла ушла с головой в работу над образцами для модного показа, который решила устроить в марте в отеле «Барбизон». Она подбирала ткани, приспосабливая их к системе нормирования, введение которой, как она допускала, теперь уже не за горами, так как Америка вступила в войну. Ткани для мужских рубашек, джерси, тонкая шерсть.
