Читаем без скачивания Темное вожделение - Кристин Фихан

Грегори удостоверился, что у Шиа не было возможности услышать это.

— Вполне возможно, — продолжил Грегори — даже вероятно, когда Рэнд проснулся семь лет назад и понял, что мать Шиа умерла, он перевоплотился. А затем с ненавистью обвинил тебя и Жака. И, возможно, изучив древнее искусство, вернулся, заставив Словенски и его племянника убивать наших людей семь лет назад. Ни один из нас не знал о его пробуждении в таком состоянии, никогда не подозревал. Жак считал, что знал предателя очень хорошо. Рэнд был его семьей через Ноэль.

— Ты думаешь, Рэнд замучил своего собственного сына?

— Сына Ноэль, Михаил. Если Рэнд так извращен, как я подозреваю, он был тем, кто помогал людям в их убийствах семь лет назад. Мы все в опасности, особенно Жак. Единственная, кто может избежать смерти, — Шиа, но и она пострадает.

— Он знает, теперь мы будем охотиться на него. И попытается сбежать.

Грегори покачал головой.

— Нет, слишком погряз в мести. Это ненависть, Михаил. Он живет ради убийств, а мы те, кого он ищет. И останется здесь, и будет продолжать завлекать Шиа к себе.

— Ты предупредил Жака?

— Это не нужно. Жак знает. Он будет удерживать Шиа рядом с собой. Жак опасен, Михаил. Ты все продолжаешь думать о нем, как о младшем брате, нуждающемся в защите. Но он вырос. Рэнд недооценивает его. И недооценивает того монстра, созданного им самим.

— Не уверен, что мне нравится, когда ты называешь моего брата монстром. — В голосе Михаила слышались нотки юмора.

— Ты бы слышал, как я тебя называю за спиной, — сказал Грегори, когда его раскинутые руки начали изменяться в крылья.

Смех Михаила, словно птица полетел в вечернее небо.

Пещера исцеления была меньше, чем большинство других в лабиринте подземных туннелей. Земля была богатой, темной и плодородной. Здесь приятно пахло ароматом трав, смешанным с естественным запахом земли. Рука Шиа нашла задний карман в джинсах Жака и залезла туда, создавая связь между ними, пока они осматривали раны Байрона. Шиа чувствовала себя беспомощной, в очередной раз переживая deja vue. У Смита и Уолласа для издевательств над ним было не так много времени, как когда они пытали Жака, но, тем не менее, тело было покрыто ожогами и порезами.

Шиа нашла руку Жака, сплетая свои пальцы с его, потратив всю свою храбрость на это, и теперь не смела взглянуть на него. Вид истерзанного тела Байрона должен был воскресить все ужасные воспоминания. Она попыталась казаться веселой.

— Хорошо, по крайней мере, они последовательны в своих пытках. Таким образом, мы знаем, я смогу помочь ему, на основании полученного ранее опыта.

Жак не хотел ее прикосновений к другому человеку. Чувство было острым и уродливым, подавляющим. Ненавидя себя, Жак глубоко вдохнул и выдохнул, инстинктивно помещая свое тело между Байроном и своей Спутницей жизни.

Шиа с нежностью прикоснулась к его лицу пальцами.

— Что такое? — Ее голос был таким красивым, ясным, прохладным и успокаивающим, что Жаку захотелось съежиться, стыдясь правды, но он не мог солгать ей.

— Я не знаю. Только не могу перенести твоих прикосновений к нему. Боже, Шиа, я ненавижу себя за это, но ты не должна делать этого. — Его руки обхватили ее лицо, черные глаза наполнились горем. — Ты не можешь сделать этого.

— И что, ты думаешь, произойдет, когда я прикоснусь к этому человеку? Теперь ты веришь в истории Рэнда? Считаешь, это повлияет на меня как-то, что наше притяжение иллюзия?

— Знаю только, если ты прикоснешься к нему, я не буду осознавать ситуации. Демон во мне вырвется из-под контроля, и мой мозг взорвется тучей осколков, и я никогда уже не смогу собрать их вместе.

Шиа ощущала его ненависть к себе за свою неблагоразумную ревность, страх, что она проигнорирует просьбу, и произойдет что-то ужасное. И поняла, она все еще слишком мало знает о жизни карпатцев, Жак все еще напоминает животное больше, чем человека, в данный момент. Ее пальцы обхватили его руку, и она улыбнулась.

— Я думаю, мы подождем целителя.

Жак почувствовал, как напряжение покидает тело.

— Это была бы отличная идея.

Шиа провела кончиками своих пальцев по его шее. Массаж наводил на размышление и одновременно заверял. Жак бурно среагировал на нее, его рот был сокрушителен и властен, когда нашел ее. Поцелуй был напряженным, и его тело было таким же, как и рот.

— Ты нужна мне прямо сейчас, Шиа. Мое тело горит, и я пылаю, словно в аду. Мы поскорее должны стать одним целым, или я умру.

Смех Шиа приглушила его грудь.

— Еще никто не умирал от желания заняться любовью. — Но она не была уверена.

Ее собственное тело горело и молило о соединении с ним.

Внезапно появился Грегори, издал мягкий вздох и посмотрел на них хмурым взглядом. Как провинившиеся дети, они отошли друг от друга.

Целитель проговорил.

— Он будет слаб, Жак. И может попытаться сопротивляться тебе. Он близок к перевоплощению уже в течение некоторого времени. Скажи ему о ребенке Рейвен, о твоей вере, что Шиа сможет родить девочку, — мягко посоветовал Грегори. — Ты должен будешь взять его под свой контроль. Я ощущаю его сопротивление нашему вмешательству.

Жак кинул. Он хотел видеть Шиа подальше от Байрона, и она ушла в конец пещеры, читая его мысли. Он послал ей благодарность и обратил свое внимание на старого друга.

Шиа наблюдала за ним, внезапно чувствуя гордость за него. Он, может быть, не мог перенести прикосновение ее к другому человеку, но все же ему это очень не нравилось в себе. И она ощущала его желание спасти Байрона. Знала, он не будет врать ей ради представления себя в лучшем свете. И не будет пытаться скрыть свою темную сторону от нее. Скорее он желал, чтобы она нашла способ любить его таким, какой он есть.

И она нашла. Не могла понять как, но любила его всего. Он не прятался от своих обязанностей. Сражался со своим демоном ежедневно. Все происходило так быстро: сначала одно, потом другое. Шиа потребовалось много времени для обработки информации, но больше всего удивляло, каким Жак был с ней. Он был честен во всем, даже в своей ужасной потребности в ней.

Байрон простонал, возвращая ее внимание к мужчинам, склоненным над ним. Грегори напоминал статую, полностью сконцентрированный на искалеченном теле. Жак поднес свое запястье ко рту Байрона. Желудок Шиа сжался, но она не отвела взгляд.

Байрон сопротивлялся, смотря умоляющим взглядом.

— Ты должен взять мою кровь. Женщины в безопасности. О ловушке ты нас предупредил. — Низкий голос Жака казался музыкой, разливающейся в воздухе.

Шиа объединилась с ним, увеличивая его силу. Она почувствовала удивление Жака от ее желание объединиться с ним ради получения согласия Байрона.