— Здесь вы будете в безопасности, — сказал дэйрус. — Насколько я помню, сюда никто не заходил с самого первого дня оккупации.
— Как легко ты об этом рассказываешь, — фыркнула Тигпен.
— Я же просила тебя! — рявкнула Риана.
— Все в порядке, — примирительно поднял руку Квандда. — На ее месте я бы тоже был настроен враждебно.
Они завернули за угол, и дэйрус остановился так внезапно, что Тигпен налетела прямо на врача и покатилась вверх тормашками. Осторожно поднявшись, раппа заворчала, увидев, что над ней смеются.
— Назад! — раздался взволнованный голос Кирллла Квандды, и женщины испуганно затихли, увидев перекосившееся лицо дэйруса.
Риана подошла к нему. Тигпен — следом. Небольшой отрезок коридора был залит красноватым светом специальных ламп.
— Вот это называется «в безопасности»? — Усы Тигпен мелко дрожали. — Говорила я вам…
— Что происходит? — шепотом спросила Риана.
— Не знаю, — признался дэйрус.
— Наверное, стоит узнать, — предложила Риана.
Кирллл Квандда испуганно огляделся по сторонам.
— Не думаю, что это хорошая идея.
Тигпен кивнула.
— Как ни прискорбно признавать, он прав.
Проигнорировав последнее высказывание, Риана попросила Джуру посторожить, а сама вместе с Элеаной, Тигпен и Кирлллом Кванддой пошла дальше по коридору. С каждым шагом гул двигателей становился все громче, и вот уже пол сотрясается от вибрации гиперактивных ионов.
В красноватом свете ламп было видно, что конец коридора явно перестроен в’орннами. Дальняя стена казалась закругленной, за ней скорее всего находилась довольно большая круглая комната.
— Гэргоны, — выдохнул Кирллл Квандда, в голосе слышался благоговейный страх. — Это лаборатория гэргонов. Такие лаборатории делятся на сегменты, легко видоизменяются и моделируются.
Риана приложила ладонь к металлической двери.
— А что внутри?
— Трудно сказать, снаружи они все кажутся одинаковыми.
Риана посмотрела на замок.
— Проведи меня туда.
— Нет, не могу, — вспыхнул дэйрус.
— Что значит не можешь? — спросила Тигпен. — Не можешь или не хочешь?
Кирллл Квандда облизал пересохшие губы.
— Так нечестно.
— Послушай, — набросилась на него Риана, — ты когда-нибудь был в гэргоновской лаборатории?
— Нет, конечно, нет, там не был ни один дэйрус.
— Ручаюсь, что и ни один геноматекк. Не хочу упускать такой шанс. — Риана подтолкнула дэйруса к двери. — Возможно, мы узнаем, что гэргоны делают с несчастными детьми-полукровками. Возможно, сможем помешать их ужасным экспериментам. Разве ради этого не стоит рискнуть?
Квандда вытер пот со лба.
— Здесь фотонный замок. Не уверен, что смогу его открыть.
Риана коснулась тощего плеча дэйруса.
— Ты только попробуй…
Врач кивнул и занялся замком, а Риана попросила Тигпен подстраховать Джуру.
— При таком освещении мы можем полагаться лишь на твое зрение и обоняние. — И Дар Сала-ат, и раппа знали, что гэргоны источают специфический запах гвоздичного масла и мускуса. — Пожалуйста, стой чуть дальше по коридору, там, где тебя никто не увидит, а ты сможешь видеть всех. — Погладив Тигпен за ушами, Риана зашептала: — Его притесняют так же, как и тебя когда-то.
— Как скажешь, Дар Сала-ат.
Тигпен пошла обратно по коридору, а Риана вернулась к дэйрусу.
— Это не фотонный замок, а акустический, — проговорил Кирллл Квандда, выстукивая дробь. — Очень непохоже на гэргонов. То, что внутри, должно быть очень ценным.
— Значит, ты не сможешь его открыть, — язвительно сказала слышавшая все Тигпен.
— Свой первый замок я открыл в шесть лет, — ответил Квандда, — а временами я так зарабатывал на жизнь.
Наблюдая за дэйрусом, Риана то и дело поворачивалась к Джуре, чтобы убедиться, что они в безопасности.
— Почти готово, — объявил Кирллл Квандда. — Почти. — Стук-стук-стук. Щелк! — Все, можно заходить.
Вспыхнул яркий свет, и створки двери бесшумно разъехались. В багровом зареве Дар Сала-ат и ее спутники увидели черный, казавшийся бездонным ров, окружавший лабораторию, металлический мостик, который они быстро пересекли, и ярусы камер, похожих на древние саркофаги. Кирллл Квандда молча показал на фотонные линии, тянувшиеся к центральной пластине на полу.
Когда дэйрус и Риана осторожно пробирались к фотонной пластине, на них упала тень. Посмотрев вверх, они увидели, как к ним стремительно приближается нечто бесформенное.
— Ешь. — Лужон подтолкнул тарелку с желе из осьминога.
— Спасибо, не хочется, — покачал головой Курган.
— Ты должен есть, чтобы восстановить силы и окрепнуть.
Понимая, что сараккон откровенно над ним смеется, Курган придирчиво оглядел отвратительное желе. Неужели там действительно что-то шевелится? Тайком взглянув на Лужона, регент понял — это не похоже на те испытания, которые любил устраивать ему Курион. Курган осознал, что желе не имеет никакой питательной ценности, зато если он откажется, то проявит слабость, которую сараккон сможет использовать.
Без дальнейших размышлений правитель по саракконской традиции опустил два пальца правой руки в тарелку с желе. Под критическим взглядом Лужона он съел не только один кусок, а и все остальное желе, стараясь не глотать слишком быстро.
Курган доел, и Лужон забрал тарелку.
— Хоть тебя и назначили регентом Кундалы, — проговорил сараккон, — ты по-прежнему дитя и должен всему учиться. — Лужон выбросил остатки желе в бронзовую урну, что стояла в некотором отдалении. — Желе приготовили несколько недель назад, в нем уже появились личинки.
Через секунду сараккон держал за плечи Кургана, которого рвало в бронзовую урну.
— Один из самых важных уроков, который ты должен усвоить, — смирение. — Лужон брезгливо вытер руки салфеткой. — Мы никогда не хотели учить. Если честно, молодежь нас совсем не интересовала. — Сараккон накрыл острые колени ладонями. Пальцы беспокойно шевелились. — А вот ты нас заинтересовал. Ты не похож на Стогггулов и в’орннов вообще. Кажется, мы можем многое узнать друг у друга.
Лужон наполнил бокал голубой жидкостью, а Курган схватил графин и выпил остатки напитка, чтобы избавиться от вкуса желчи. В какой-то момент его ослепил безудержный гнев. Он едва сдержался, чтобы не придушить Лужона. От убийства и скорее всего смерти регента спас не страх и не осторожность, которых он был генетически лишен. Сработало, как ни странно, чувство эгоизма. Лужон обладал властью, хотя в каких пределах — это еще предстояло определить. А Кургана всегда притягивали сила и власть. Нельзя убивать тех, кто может сделать тебя сильнее. Поэтому молодой регент с отвращением выплюнул последний кусок желе. Однако Старый В’орнн учил не забывать оскорбления, пока за них не заплачено кровью. С тех пор всякий раз, глядя на Лужона, Курган обдумывал план мести.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
