— Что?! — Девушка была шокирована и… напугана? — Я… Я… Ты… Вы… Вам.. — Бормотала она, голос ее дрожал. — Вам мало… м-меня?.. Но..
— Пф… Глупенькая! — Улыбнулся я, разобравшись, что к чему. Я погладил девушку по щеке, прервав таким образом ее сбивчивые речи. — Майя… Ты думаешь, если у меня появится еще одна женщина, я буду любить тебя меньше? Глупость какая. — Она и пискнуть не успела, как оказалось в моих объятиях. — Запомни кое-что, Майя: я никогда не разлюблю тебя или не буду любить меньше, чем сейчас. Просто у тебя появится… хм… подруга. На мои чувства к тебе это не повлияет, мой маленький зайчонок.
— Н… Наги-са. н… — Шепнула она и, похоже, заплакала.
Да уж, поговорил. Впрочем, я нисколько не солгал, сказав, что люблю Майю. Так и есть. В случае со мной — я просто не могу не любить свое. Ту, что я считаю полностью своей. И других женщин в других мирах я тоже по-настоящему любил. Просто моя любовь она… немного иная. В чем-то эгоистичная, в чем-то странная, прагматичная, но искренняя. По-другому и быть не может. Таков уж я, это часть меня. Так же как и то, что без женщин я не могу обходиться, если хочу существовать более-менее вменяемым, насколько это возможно в моем случае, существом. Так что, когда придет время, между нами мало что изменится. Тут может возникнуть вопрос — на какой ляд мне вообще сдалась Сорью? На этот вопрос нет простого ответа. Вернее — он так прост, что за полноценный ответ и посчитать трудно: нужна. Просто нужна, и все. Такого мое желание, мое ощущение. И, как я уже когда-то упоминал, я редко подавляю себя. И разве это плохо, что вместе с тем самой Аске мои эгоистичные действия даже принесут некую пользу?
— Ну-ну… Будет тебе, Майя-тян. — Утешал я ее. — Разве ты уже забыла — ты моя. Моя и только моя — от кончиков волос, до последней капельки крови и самой глубокой частички души. Поэтому просто будь моей и дальше. Доверься мне, будь со мной и следуй за мной.
— Угу… — Боже, прав был тот, кто сказал, что иной раз плачущие девушки бывают еще красивее. Но тут скорее больше не красоты, а чего-то другого. И это что-то просто заставляет тебя ощутить желание обогреть и защитить. Наверное, это что-то сродни инстинктам… И даже я поддался этому чувству. Но это не так уж и плохо… Ведь это означает, что я все еще я.
Глава 20
Дела, дела, заботы. Разработка оружия, исследования, постройка прототипов, шпионаж и интриги… С подобным графиком скучать я начну только к концу текущего столетия. Но не на что тут жаловаться — для меня это словно интересная игра. Сделать то, сделать это, построить се, уничтожить другое, помочь одним, нагадить другим… Главное лишь цель и сопутствующие последствия. А уж какие цели я перед собой поставлю — дело уже другое.
В данный же момент я собираюсь примерить на себя новую роль. Роль неоднозначную, в чем-то мерзкую, но эффектную и яркую. «Спящие красавицы» уже приходят в себя, а значит — пора начинать спектакль. Долго же я этого ждал и, наконец, все актеры на сцене. Занавес поднят.
* * *
Люди пришли в себя практически одновременно — доза снотворного была подобрана идеально. Первым что осознали сквозь туман выветривающегося из головы дурмана, было ощущение затекших мышц. Люди попытались пошевелиться, но ничего не получилось — каждый был надежно привязан к железному креслу. Чем больше прояснялось в голове, тем смурнее становились мысли. А потом они заметили друг друга. Непонимание и растерянность стремительно сменялось узнаванием и сумбурным коктейлем из страха, злости и ощущения загнанности. Они знали друг друга. Один — Абэ Нацуро, некогда преуспевающий бизнесмен, а ныне глава Церкви Спасения и духовный наставник. Нашедший себя в «богословии» и по-своему истолковав появление существ-Ангелов, он почти отстранился от управления своей компании и рассматривал ее только как способ получения денег для Церкви. Природа не обделила мужчину харизмой и даром убеждения, а потому он очень быстро набирал сторонников, а проповеди, до ухода Церкви в подполье, имели неплохой успех. Второй же человек был не менее интересен: мистер Эрэнс Маккой, он же Девиан Кольт, он же Абрахайм Далдо… У этого человека было много имен. Настоящее же — Джонатан Смит, немецко-американского происхождения, спецагент ООН, состоит в штате ЦРУ… На данный момент курирует одну подпольную религиозную организацию, направляя ее неуемную энергию в нужное русло. И про сидящего напротив человека мог рассказать втрое больше, чем тот про него.
Но… Похоже, они попались. Оба. Джонатан чувствовал, что пахнет жареным, ведь неведомый противник довольно оперативно поднимался по цепочке, попутно уничтожая попавшихся под руку сектантов. Поэтому секретный агент решил эвакуироваться, но опоздал. Его взяли буквально на пути к аэродрому. Единственное, что он успел вспомнить, так это резкий рывок за руку и колючая боль в шее. Еще раз оглянувшись, агент ознакомился с окружающим. Темноватое, пустое помещение. Закрытая дверь, одинокая лампа над головой, дающая полуметровый круг света. Все.
Абэ постигла подобная судьба, только было лишь небольшое отличие: его выкрали из охраняемого особняка, прямиком из постели.
— Проснулись, друзья мои? — Вежливо поинтересовался кто-то сбоку. Вспыхнул свет. Пленники синхронно повернулись на голос, увидев невдалеке странного человека. В чем его странность? Во-первых, альбиносов с пепельными волосами и алыми глазами не часто встретишь. Во-вторых — одежда. Непривычная, скорее старомодная вариация какой-то военной формы: китель, брюки, галстук в полоску, скреплен лентой красно-черного цвета, перчатки… Тонкий плащ, накинутый на плечи. И все это было абсолютно белое. (Наги решил покосплеить Майора для создания нужного эффекта) По бокам от него застыли две одинаковые фигуры в какой-то, явно высокотехнологичной, броне, с эмблемой на левом плече. Перекрученное спиралью двузубое копье на фоне черного круга. Но больше всего занимал не столько внешний вид этих людей, сколько то, что до этого момента они оставались незамеченными!
Агент был раздосадован тем, что не смог никого заметить. Ведь он готов был клясться чем угодно — в помещении никого не было!
— М! Ммм! — Задергался глава Церкви, бешено вращая глазами. Видимо, он требовал, чтобы его немедленно отпустили, но этому мешал предусмотрительно вставленный кляп.
— Добро пожаловать. Вернее — спасибо, что приняли мое приглашение. — Тем временем продолжал альбинос. — Вас наверняка интересует вопрос: «Что же тут происходит?»? Отвечу вам на него.. — Улыбка, до этого вполне приветливая слегка изменилась, став больше похожей на ухмылку. — Вы здесь потому, что умудрились влезть куда не следовало. И ладно бы, пакостили помаленьку, но вы замахнулись на больше… Но довольно пустых речей. Давайте-ка вместо этого поиграем в одну игру?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
