молодцы господина Фриче твердили о блистательной победе рейхсвера на полях Бельгии и на берегах Одера, где были остановлены неисчислимые орды русских казаков и диких татар. Очередные успехи чудо-оружия, силу которого довелось испытать теперь и Америке, не вызывали в душе обывателей той радости и гордости, которые они еще могли вызвать год назад. Почти все мирное население больших городов жило только одним: ожиданием скорейшего окончания войны, которое позволит им вдоволь наесться.
Все это видели многие, но только не кайзер Вильгельм, который находился на седьмом небе от одержанных рейхсвером успехов и был полон новых радужных планов на скорое будущее. 1 декабря в Шарлоттенбурге был собран расширенный состав Ставки, что ранее было очень редким явлением. Вильгельм пригласил Гинденбурга, Людендорфа, командующего Восточным фронтом кронпринца, герцога Альберта, обоих адмиралов и генерала Берга. Также присутствовали полковник Николаи и начальник оперативного отдела имперского Генерального штаба полковник Шеер. Едва совещание началось, как кайзер разразился пламенной речью:
– Господа фельдмаршалы, генералы и адмиралы, господа офицеры! Сегодня Германия находится на одном из важнейших поворотов не только войны, но и всей ее многовековой истории. Никогда, за весь период военных действий, великое Провидение не было так благосклонно к нам, как в этот момент. После ряда жестоких неудач на поле брани, когда мы теряем одного за другим своих союзников в этой войне, мы продолжаем одерживать блистательные победы над своими врагами.
На западе разбиты и отброшены вспять союзные войска, на востоке русские уперлись в берега Одера, полностью утратив свой наступательный потенциал. Эти дикари в своем стремлении продвинуться на запад сильно увлеклись поглощением нашей территории и совершенно позабыли азбучные основы стратегии и тактики. Я говорю об их так называемом успехе с выходом к Одеру. Вытянутый далеко вперед русский палец, который якобы угрожает Берлину, в любой момент можно обрубить фланговым ударом со стороны Бреслау и Глогау. Господин Корнилов об этом явно забывает, и наша первостепенная задача следующего года будет заключаться в скорейшем разгроме русских войск и изгнании их с территории рейха. Все наши усилия по захвату Парижа и выведению из войны Франции закончились неудачей в результате вмешательства в наши планы неучтенного нами фактора. Я имею в виду Россию, которую мы посчитали уже выбывшим игроком, однако она сумела перебороть свои внутренние трудности и ударила нам в спину, когда мы были в полушаге от победы. Мы недооценили живучесть и изворотливость этих азиатов, и это будет нам хорошим уроком на будущее.
Однако не будем посыпать голову пеплом несбывшихся надежд и ожиданий, находясь в шаге от своей победы. Да, да, господа, победы, как ни удивительно это звучит. Благодаря нашему природному уму и гению, мы получили в свои руки чудо-оружие – цеппелины, с помощью которых мы уничтожили большую часть британского флота, при этом сохранив в целостности свои корабли. Удачные бомбардировки Лондона и других английских городов поставили британское общество на грань взрыва, который временно оттягивался благодаря успехам на фронте. Теперь же один из главных наших противников находится в крайне тяжелом состоянии, когда достаточно будет одного толчка, и этот колосс с изъеденными ржавчиной железными ногами рухнет. Да-да, рухнет, в чем я нисколько не сомневаюсь. Сейчас зима, и все мысли, и планы о скором наступлении отложены до весны будущего года, но у нас еще есть море и наш славный флот, покрывший себя в этом году неувядаемой славой. Поэтому я намерен в ближайшее время провести операцию «Морской лев», целью которой является выведение из войны Англии, нашего самого главного врага и конкурента. План этой операции был ранее разработан адмиралом Тирпицем и доработан адмиралом Шеером с учетом условий нынешнего времени. Суть его заключается в окончательном разгроме британского флота, занимающегося охраной побережья, и произвести высадку десанта на остров силами четырех дивизий, с целью захвата Лондона.
Согласно данным нашей разведки, общая численность сухопутных сил врага составляют не более двух дивизий, которые разбросаны по всему побережью от Плимута до Дувра. Сам Лондон не имеет оборонительных укреплений, так что такого штурма, который был под Парижем, не будет. Кроме этого, сам факт появления наших войск на территории Англии вызовет раскол английского общества, что в значительной мере облегчит выполнение нашей задачи. Вмешательство в происходящие события американских войск полностью исключается, поскольку внутреннее положение в самих Штатах отнюдь не блестяще, благодаря грандиозным успехам нашей тайной дипломатии. Честно говоря, я до самого конца не сильно верил в успех мероприятия господина Николаи, но его агент превзошел все ожидания. Таковы наши планы на западе, но и для русских у меня есть свой смертельный удар. Конечно, он не сможет полностью отбросить к Москве их азиатские орды, но выключить их активность хотя бы на полгода нам под силу. Я говорю, господа, о тайной операции по устранению их военного вождя Корнилова. На данный момент это та ось, на которой зиждется русский глиняный великан. Убери ее, и он неминуемо рухнет, раздираемый внутренними противоречиями, которые Корнилов сумел мастерски притушить победами на фронте. Эту блестящую идею мне предложил генерал Берг, чьи дирижабли в скором времени начнут охоту за поездом русского вождя. Таковы мои планы, господа, и я жду ваши замечания и предложения относительно сказанного.
Закончив столь длинную речь, кайзер наслаждался моментом торжества. Он видел, как были смущены Гинденбург и Людендорф, под чью диктовку проходили все блистательные наступления последних годов, которые в конечном счете закончились неудачами. Конечно, предложенный план операции в большей мере был возможен лишь благодаря труду моряков, чью инициативу Вильгельм всячески осаждал все эти годы, ревностно курируя деятельность кайзерлих-марине. Все победы флота, о которых кайзер так громко объявил, были одержаны скорее вопреки действиям, чем благодаря помощи правителя, но он великодушно позволил себе забыть о них, наслаждаясь своей местью генералитету.
– План, безусловно, хорош, ваше величество, – подал голос Людендорф, – но где вы собираетесь взять четыре дивизии? На данный момент все наши стратегические резервы полностью израсходованы, и привлечение к операции такого количества солдат грозит оголением фронта, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
– Людендорф, я понимаю вашу осторожность в свете былых неудач, но боюсь, вы позабыли простую истину, о которой знает каждый молодой лейтенант. Сейчас зима, а в это время года никто не воюет.
– Но русские… – начал фельдмаршал, но кайзер моментально прервал его:
– Русские давно утратили свой наступательный потенциал, Эрих. Их кавалерия и тачанки, благодаря которым они и смогли совершить столь огромный рывок на восток, полностью выключены из игры. Вы сами говорили это не далее как пять дней назад. Нынешние погодные условия также не позволяют применять танки и броневики, а для
