В сентябре 1942 г. танк “тигр” был впервые применен в бою. Опыт прошлой мировой войны показал, что для введения в бой новых боевых средств нужно запастись терпением и ожидать до тех пор, пока не будет налажено массовое производство этого боевого средства и пока не будет обеспечено его массированное применение на поле боя. Ведь это же было в первую мировую войну, когда французы и англичане преждевременно небольшими порциями ввели в бой свои танки, напрасно уповая на их большой успех. Военно-критическая литература порицала их за эту ошибку. Я сам часто об этом говорил и писал. Об этом знал и Гитлер. Однако ему не терпелось, он горел желанием испытать свою крупную боевую машину. Он возложил на первые танки “тигр” совершенно второстепенную задачу, а именно: начать небольшую атаку на труднопроходимой местности – в заболоченных лесах под Ленинградом, по которым тяжелые танки могли двигаться в колонну по одному по просекам, натыкаясь, конечно, на стволы противотанковых [385] пушек противника, расставленных на этих проходах. Тяжелые, непоправимые потери и рассекречивание этого боевого средства (в будущем его нельзя уже было использовать внезапно) – таковы последствия такого применения новых танков. Еще больше разочаровывало то, что атака провалилась из-за неблагоприятной местности.
В октябре выпуск танков еще больше сократился за счет увеличения выпуска штурмовых самоходных орудий. Было приказано выпускать штурмовые самоходные орудия на базе танка T-IV с длинноствольной 75-мм пушкой L-70 и на базе танка “пантера” с длинноствольной 88-мм пушкой L-71. Кроме того, 40-60 тяжелых пехотных орудий установили на шасси танка T-IV. Гитлер думал поставить на базу танка T-IV мортиры с укороченными стволами, которые стреляли бы фугасными гранатами. Все эти конструкции были интересными, но в итоге получалось, что все они существовали за счет выпуска нашего единственного в то время боевого танка T-IV, производство которого в октябре впервые достигло такой весьма скромной цифры, как 100 единиц. Но и это еще не все. Министерство вооружения и боеприпасов внесло предложение наряду с запланированным легким разведывательным танком “леопард” выпускать также в качестве разведывательной машины и танк “пантера”. К счастью, до этого дело не дошло.
В противоположность этой ошибочной тенденции в танкостроении Гитлер высказал правильное мнение о том, что длинноствольная 88-мм пушка с настильной траекторией важнее для “тигра”, чем какая-нибудь другая крупного калибра с меньшей начальной скоростью снаряда. Танковая пушка в первую очередь должна служить для боя с танками противника; перед этой главной задачей все остальное должно считаться второстепенным.
В ноябре Гитлер потребовал увеличить выпуск танков “тигр” с 13 до 25 штук в месяц, и это требование было выполнено в том же месяце. Выпуск же [386] штурмовых самоходных орудий достиг впервые 100 штук в месяц.
В начале декабря 1942 г. начались новые споры по вопросу применения танков. Гитлеру указывали, что рассредоточенное применение танков “тигр” имеет крупные недостатки. Гитлер выразил мнение, что на востоке рассредоточенное использование танков вполне закономерно, а к массированному их применению нужно-де прибегать лишь в Африке. К сожалению, до меня не дошли обоснования этого непонятного намерения.
Производство танков T-III было полностью прекращено; вместо них начали выпускать штурмовые самоходные орудия. Выпуск этих орудий должен был достигнуть до июня 1943 г. 220 штук в месяц, причем на 24 из них должны были устанавливаться легкие полевые гаубицы. Вооружение их этим орудием с небольшой начальной скоростью снаряда и с очень крутой траекторией отвечало, правда, требованиям боя пехоты, но значительно ослабляло мощь нашей противотанковой обороны.
Во время беседы с инженерами фирмы Порше и доктором Мюллером фирмы Крупп Гитлер высказал пожелание, чтобы опытная боевая машина “мышонок” (“Mauschen”) – 100-тонный танк – была выпущена к лету 1943 г. От фирмы Круппа он потребовал начать серийное производство танков этого типа, выпуская по пять машин в месяц. Непрерывно поступали сведения о трудностях приобретения запасных частей вследствие продолжающегося увеличения числа типов боевых машин, которые постоянно претерпевали разные конструктивные изменения.
В январе 1943 г. дискуссии по вопросам броневой защиты, вооружения и выпуска танка-мамонта продолжались. На старом танке Т-IV толщину лобовой брони в наклонной плоскости было приказано довести до 100 мм, толщину лобовой брони танка “пантера” также до 100 мм. Легкий разведывательный танк “леопард” был [387] вычеркнут из производственного плана, так и не поступив в производство, так как он “не соответствовал по своей броневой защите и вооружению той обстановке, которая сложится в 1944 г.”. На танках “тигр” было решено установить длинноствольную 88-мм пушку, лобовую броню толщиной 150 мм, боковую броню 80 мм. Танк “мышонок” фирмы Порше решили принять на вооружение, повысив месячный выпуск до 10 штук. Хотя это гигантское дитя фантазии Гитлера и его свиты не существовало даже в виде деревянной модели, тем не менее все же решили к концу 1943 г. начать его серийное производство. Предлагалось вооружить этот танк 128-мм пушкой и изучить, кроме того, возможность установления на нем 150-мм пушки.
Для ведения боя в городах Гитлер приказал создать три таранных танка типа “тигр” на базе ходовой части танка, выпускаемого фирмой Порше. Но выпущены эти танки не были. Можно представить себе ведение боя методом рыцарских времен этими новейшими продуктами фантазии стратегов-бюрократов! Чтобы эти гиганты городского боя могли снабжаться в достаточном количестве очищенным спиртом, был издан приказ о выпуске специальных прицепов для горючего и дополнительных бачков. Затем Гитлер потребовал сконструировать специальные аппараты для дымопуска, устанавливаемые на танках. Он высказал также мнение, что вертолет наиболее пригоден для использования его в артиллерии и бронетанковых войсках.
Обращение Гитлера “Ко всем работникам танкостроения” от 22 января 1943 г., а также новые полномочия на расширение программы производства танков, предоставленные министру Шпееру, свидетельствовали обо все растущей тревоге в связи с понижающейся боевой мощью германских бронетанковых войск перед лицом постоянно увеличивающегося серийного производства старого, но прекрасного русского танка Т-34.
Несмотря на все это, в начале февраля Гитлер приказал начать производство так называемых [388] “шмелей” (мощные полевые гаубицы) и “шершней” (88-мм пушки) в виде самоходных орудий на шасси танка Т-IV. Все заводы, производящие танки T-II, он перевел на выпуск самоходных орудий, вооруженных легкой полевой гаубицей, а заводы, выпускающие старый 38-тонный чешский танк, – на производство самоходных орудий, оснащенных противотанковой пушкой “Pak-40”. Он приказал ускоренными темпами выпустить 90 танков “тигр” фирмы Порше под названием “Фердинанд”. Для танков Т-IV, “пантера” и штурмовых самоходных орудий с целью защиты их от бронебойных средств русской пехоты были введены так называемые съемные “экраны” (прикрепляемые на внешние стенки танка броневые листы, защищающие вертикальные плоскости корпуса танка и его ходовую часть).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
