здесь из пистолета? Ты хочешь, чтобы тебя
поймали?
Оглянувшись через плечо, я вижу, как она бросается к Ральфу с убийственным выражением на лице. Несмотря на то, что у него есть пистолет, Ральф в кои-то веки поступает умно и отступает к чёрту. Он отступает, пока не оказывается почти у "Мерседеса", и она следует за ним, всё время крича на него. Меня не волнует их идиотизм — не сейчас, когда есть чёткий выстрел между моей позицией у стены и входной дверью моей машины.
Я с трудом сглатываю.
— Отвали! — требует Ральф скулящим голосом. — Давай уже позвоним Крофту, скажем, что она у нас, и посмотрим, что он скажет.
— Ты идиот, если хочешь быть где-то поблизости, когда будет сделан этот звонок, — усмехается она.
— Тогда давай засунем её в багажник и покончим с этим!
Я пытаюсь не обращать на них внимания, крепче обнимаю Винни и начинаю красться вдоль стены. К счастью, его крики стихли до низкого, ровного хныканья, которое почти не привлекает к нам внимания. Мои шаги маленькие, неуверенные, когда я подхожу всё ближе к машине.
— И что мы будем делать с её подругой и грёбаным ребёнком, а?
— Есть ещё с кем поторговаться!
Ральф начинает защищаться, его лицо покраснело от ярости, а руки дрожат по бокам.
— Мы можем получить ещё более выгодную сделку за них троих.
Начинает звонить телефон. Я слышу шорох, когда кто-то достаёт его из кармана, и секунду спустя сердитый голос Ральфа нарушает тишину.
— Какого хрена Бретт тебе звонит?! — рявкает он. — Ты сказала мне, что больше не работаешь с ним, Ванесса!
— Я нет!
— Тогда зачем он тебе звонит?
Голос Ральфа с каждой секундой становится всё громче и безумнее. Его очень, очень маленький мозг только сейчас складывает воедино, что Ванесса, скорее всего, обманула его, и он не рад этому.
— Просто успокойся, — говорит Ванесса, но даже она кажется потрясённой внезапным поворотом Ральфа в сторону городского сумасшедшего. — Мы разберёмся с этим, Ральф, ты просто должен мне доверять…
— Доверять тебе? — теперь его слова звучат немного истерично.
Я подхожу ближе к машине.
— Каков был план? — он продолжает. — Повесить похищение на меня, пока ты забираешь все деньги и скрываешься безнаказанной?
— Нет, конечно, нет!
Я наклоняю своё тело так, чтобы моя спина была к ним, а моя передняя часть обращена к машине. Если кого-то и подстрелят, когда я убегу, то это будет не маленький мальчик на моих руках. Я ловлю взгляд Крисси через заднее окно и вижу, что её глаза полны боли и страха. Сердце колотится в груди, я бросаю взгляд на близнецов-похитителей и вижу, как Ральф надвигается на Ванессу, пока она не прижимается к стене.
По моим прикидкам, между нами около шести метров пространства.
Сколько времени требуется пуле, чтобы пролететь шесть метров?
Недолго, это уж точно.
Тем не менее, когда я вижу, как он полностью отворачивается, так что всё его внимание сосредоточено на съёжившейся блондинке перед ним, я знаю — сейчас или никогда.
В последний раз поцеловав Винни в макушку, я оттолкнулась от стены, как выстрел, и помчалась к машине так быстро, как только мои ноги могли нести нас.
* * *
Мы уже на полпути, когда я слышу крик Ванессы.
— Ральф! Останови её!
Чёрт!
Я слышу приглушенное проклятие, звук топающих шагов и безошибочный звук выстрела в мою сторону.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Жгучая боль царапает моё плечо, и я спотыкаюсь. Я почти ослепла от боли, но заставляю свои ноги двигаться, одну за другой. Приветственный щёлкающий звук пистолета, в котором заканчиваются патроны, достигает моих ушей.
Слава богу.
Мы почти на месте.
Последняя вспышка надежды выстреливает в мою кровь, как игла адреналина прямо в сердце, когда я лечу по тротуару быстрее, чем когда-либо в своей жизни.
— Джемма, ты чёртова сука! — кричит Ральф. — Стой!
Я не останавливаюсь.
Мы уже почти у машины, когда входная дверь распахивается. Я вижу Крисси, всё ещё с ногами на заднем сиденье, полулежащую на центральной консоли, и я практически бросаю Винни в её ожидающие объятия. Моя задница ещё даже не устроилась на передней подушке, когда я рукой нажимаю на рычаг переключения передач, а ногой давлю на педаль газа.
— Джемма, ты сука!
Ральф бежит к машине, не останавливаясь, и я в последнюю секунду уворачиваюсь от него.
— Держись! — кричу я, как раз перед тем, как мои руки сжимают руль и резко поворачивают налево.
Разворот такой резкий, что я думаю, мы можем перевернуться, но, в конце концов, машина поворачивает с визгом шин и запахом горящей резины. Я вдавливаю педаль в пол и проношусь мимо своего бывшего крысиного ублюдка, который всё ещё кричит как сумасшедший.
Наверное, потому, что он сумасшедший.
— Ты в порядке? — кричу я Крисси, когда мы мчимся по пандусу к дневному свету.
— Просто замечательно! — кричит она в ответ, застёгивая последнюю пряжку на кресле Уинстона.
— Винни в порядке?
— С ним всё будет в порядке.
— Ты в порядке?
— Скажем так, у малыша будет отличная история, чтобы рассказать о своём дне рождения.
— Чертовски верно.
Я оглядываюсь в зеркало заднего вида и вижу, как "Мерседес" резко останавливается рядом с Ральфом. Ванесса за рулём, судя по всему, в бешенстве, и как только Ральф запрыгивает в машину, она срывается с места за нами. Её двигатель быстрее, новее, сильнее, даже с моей ногой, вдавливающей педаль в пол, она съедает расстояние в два раза быстрее, чем моя машина.
— Джемма, они нас догоняют, — говорит Крисси, оглядываясь через плечо через заднее стекло.
— Я вижу это, Крисси.
Она нервно сглатывает, но замолкает, когда мы проносимся через выход и сворачиваем на пустую подъездную дорогу. Щурясь от внезапного яркого света, всего через несколько секунд я наблюдаю в зеркало заднего вида, как "Мерседес" вылетает из гаража.
— Ты не можешь ехать быстрее? — нервно спрашивает Крисси.
— Еду так быстро, как только могу, — я сжимаю челюсти.
— Ну, разве ты не можешь делать какие-нибудь маневры уклонения, как в кино?
— Крисси, по-твоему, я похожа на Джеймса Бонда?
Она вздыхает.
— Если мы сможем добраться до конца этого отрезка, мы вернёмся в полуцивилизацию, — говорю я, не уверенная, успокаиваю ли я её или себя. — Они не смогут преследовать нас, когда вокруг будут другие машины и люди.
Моя машина начинает дребезжать, верный признак того, что двигатель напрягается, когда мы летим по, казалось бы, бесконечной прямой. Крисси стонет на заднем сиденье, её спина выгибается, на неё обрушивается ещё одна сильная
