Читаем без скачивания 100 великих замков - Надежда Ионин

К резиденции дея примыкал комплекс зданий — помещения для гарема и министров, склады пороха и оружия. Подробное описание дворца алжирского дея оставил русский путешественник и геолог П.А. Чихачев, побывавший в Алжире в конце 1870-х годов. Рисуя красоты двухэтажных покоев дея, он упомянул и беседку, расположившуюся на деревянной галерее. В этой беседке в 1827 году был нанесен знаменитый «удар веером», когда во время аудиенции французский консул держался дерзко и вызывающе, а дей был вспыльчив и скор на руку…

Это происшествие стало для Франции поводом объявить военно-морскую блокаду берегов Алжира, а через три года начать колонизацию страны. Во время долгой борьбы Алжира за свою независимость Касба была главным оплотом для патриотов страны. Не раз сюда в поисках оружия и «подозрительных» врывались французские солдаты, но пока их башмаки грохотали по каменным ступеням, улицы безлюдели, а обыски ничего не давали. Слишком много здесь укромных уголков, переходов с крыши на крышу и тайников, известных одним только старожилам.

КРОНБОРГ — «ЗАМОК ГАМЛЕТА»

Почти все наиболее приметные сооружения Копенгагена связаны с именем короля Христиана IV, правившего в первой половине XVI века. Действительно, Круглая башня, здание биржи с позеленевшей бронзовой крышей и витым шпилем, дворец Розенборг, бывшая загородная резиденция королей Фредериксборг — все это было возведено в годы правления короля Христиана IV, которого за его страсть к созиданию прозвали Строителем. Даже замок Кронборг в Хельсингере (Эльсиноре) после пожаров и разрушений тоже был окончательно перестроен при этом короле.

Помните, как у Андерсена? «Есть в Дании старинный замок Кронборг. Он стоит на берегу залива Эресунн, по которому каждый день проплывают сотни больших кораблей. Среди них встречаются и английские, и русские, и прусские. Все они приветствуют древний замок пушечными залпами — бум-бум, и пушки замка тоже отвечают им — бум-бум».

На берегу Зундского залива, почти в самом узком его месте, с древних времен стояла кирпичная крепость Кроген. Располагалась она севернее города Хельсингера, что неизбежно вызывает ассоциации с героем Вильяма Шекспира. На самом деле принц датский здесь никогда не бывал — его родина и владения находились в Ютландии. Но гений английского драматурга навсегда переселил Гамлета из ютландских владений в Хельсингер.

В середине XVI века крепость Кроген снесли и на ее месте построили загородную королевскую резиденцию. Оставаясь крепостью, она в то же время должны была стать первым большим замком дворцового типа, не уступающим замкам других европейских государств.

Строительство резиденции началось в 1574 году под руководством Ганса Паске. Через семь лет архитектор был обвинен в злоупотреблениях и заключен в тюрьму, а на его место был назначен голландец Антониус Опберген. Новый замок стал называться «Кронборгом» (Коронный замок). Он был освящен в 1582 году, а окончательно выстроен к 1585 году. При его возведении, наряду с кирпичом, использовали камень, который привозили из Голландии, Норвегии и с острова Готланд.

Кронборг стал первой монументальной резиденцией датских королей и единственным датским замком, который был облицован тесаным камнем. Он имел форму почти правильного прямоугольника, по углам которого располагались башни. Вход в замок на его северной стороне отмечен воротами с порталом, фланкированным колоннами и богато украшенным резьбой по камню. Первоначально ворота располагались отдельно от замка, перед рвом, позднее к ним были пристроены крепостные казематы.

Замок Кронборг с трех сторон окружен валами и рвами с угловыми бастионами. Четвертая сторона замка, обращенная к морю, первоначально была более низкой, одноэтажной и не возвышалась над бастионами, поэтому вид на море открывался широкий. Главное значение имел бастион Фредерика, перестроенный из устаревшего бастиона старой крепости Кроген. К нему вел подземный ход от самых ворот замка.

Во времена короля Христиана IV Кронборг как королевский замок утверждал величие страны. Как государственная крепость он защищал вход в проливы и напоминал о зундских пошлинах — настоящем «золотом дне» для Дании. Пошлиной облагался всякий корабль, который проходил мимо Дании, а она в то время владела обоими берегами Зундского пролива. Миллионы талеров, получаемые с мореплавателей, стали основой экономического благополучия Хельсингера. Когда в середине XIX века «зундс-кую пошлину» отменили, казалось, что процветанию города неминуемо придет конец. Однако жители Хельсингера быстро переориентировались и стали собирать другую дань — «шекспировскую» (или «гамлетовскую») с туристов.

Ежегодно на Иванов день датские и зарубежные актеры ставят шекспировский шедевр под открытым небом… Каждый год в Хельсингер приезжает новая театральная труппа и показывает свою версию бессмертной трагедии. Традиции этой уже около 70 лет: впервые здесь выступала английская труппа, а роль Гамлета исполнял знаменитый Лоуренс Оливье. Представления всегда разыгрываются на каменных плитах огромного внутреннего двора — именно здесь, согласно пьесе, датский принц показывал бродячим комедиантам, как надо лицедействовать.

Но Кронборг знаменит не только «Гамлетом». Сердцу каждого датчанина близка народная легенда о короле Хольгере Данске, находящемся в подземелье древнего замка.

Легендарный основатель датского государства сидит в кресле, закованный в железные латы, длинная борода его приросла к мраморному столу. Он крепко спит, но и во сне видит, что делается на его родине. И спокойно спать он будет, пока Дании не угрожает смертельная опасность. А настанет эта грозная минута, поднимется старый Хольгер во весь свой огромный рост, да так стремительно воспрянет, что мраморная доска стола треснет, когда он потянет свою бороду. Выйдет он из своего подземелья на волю, чтобы сразиться с врагом, и так ударит мечом, что гром раздастся по всему свету.

Ханс Кристиан Андерсен уверял, что, когда в апреле 1801 года английская эскадра адмирала Горацио Нельсона напала на Копенгаген, отбиться удалось только с помощью легендарного витязя Хольгера Данске. Он принял образ матроса, приплыл из замка на флагманский корабль «Дания» и спас отечество в опасный для него час. Великий сказочник писал, что король Хольгер может явиться людям в любом обличье, чтобы прославить Данию. Это он водил рукой драматурга Людвига Хольберга, когда тот писал свои бессмертные творения; он воплощался в астрономических трудах Тихо Браге и гениальных скульптурах Бертеля Торвальдсена.

Каждый посетитель Кронборга может увидеть изображение короля Хольгера Данске, только латы и щит у него не железные, да и сам он изваян скульптором. И спит он, опираясь не на мраморный стол, а скрестив руки на мече. Так ему будет легче встать на защиту родины.

Сами датские короли тоже умели быть мудрее других монархов и быстрее делали выводы из чужих ошибок. Когда в 1848 году вся Европа бурлила от революций, король Фредерик, прислушиваясь к донесениям своего посла в Париже, через год даровал своей стране конституцию. Поэтому в Дании не было революций, разрушавших дворцы и грабивших храмы. Оттого в Копенгагене, да и по всей стране, сохранилось множество самых прекрасных сооружений, среди которых и величественный Кронборг — «Коронный замок» датских королей.

КРЕПОСТЬ ИНТРАМУРОС В МАНИЛЕ

В 1564 году из мексиканского порта Ауденсия отплыла испанская экспедиция под командованием Мигеля Лопеса де Легаспи, главной целью которой было завоевание далеких островов. Основав первое поселение на Панае, в мае 1570 года Л. де Легаспи отослал своего помощника на остров Лусон, и уже через год здесь, на берегу удобной морской гавани, разместилась штаб-квартира испанских конкистадоров.

У каждого города есть своя сердцевина, откуда он начинался. Маниле положила начало средневековая крепость Интрамурос — «город в городе». Более 500 лет стоит она на земле, и многое видели ее темно-серые стены, поросшие мхом. Заложенная в устье реки Пасиг, крепость была окружена широким рвом, наполненным водой: она надежно защищала вход в бухту от внезапных, как шторм, пиратских набегов.

В крепости размещались первые резиденции губернатора и архиепископа, отсюда испанцы 350 лет правили Филиппинами; отсюда раздавался колокольный звон — густой и протяжный благовест, заставлявший весь город цепенеть, а идущих с полей крестьян креститься и преклонять колена.

На площади перед ратушей по вечерам собирались полковые оркестры; во дворец губернатора приезжали «на музыку» и на светские рауты. Отсюда «вице-король» отправлялся на прогулку в коляске, эскортируемый взводом улан и жокеями. А на плацу Интрамуроса испанские солдаты муштровали босых тагальских солдат; вились вокруг них, как коршуны, рассыпая удары бамбуковых палок то на голые плечи, то на пятки, то на затылки провинившихся.