ней издеваться. Не знаю даже почему.
Естественно, плакатов с крысюком понавесили, где только можно и нельзя, «зверской рожи» с его физиономией не получилось, но Петтигрю был вполне заросшим, сверкал диким взглядом и скалился кривыми зубами. Хотя лично мне по мимике скорее показалось, что ему в момент колдофото делали больно, но для обывателя — сойдёт.
— Вот этих! — торжественно ткнула она в плакат, который висел и в кафе. Только она его загородила своим телом.
— «Питер Петтигрю сбежал из-под следствия! Будьте бдительны. Преступник — анимаг!» — зачитал я и состроил усиленное соображение. — Анимаг?.. Это которые превращаются в животных? А! Это который был…
— Всё верно, Гарри, — перебила меня миссис Уизли. — Это тот самый анимаг, которого ты вычислил! Более того, это тот самый предатель, который предал твоих родителей и провёл Сам-Знаешь-Кого в дом Поттеров! Поэтому я и спросила, где Сириус. Твой крёстный должен охранять тебя от этого зверя!
— Сириус уже отбыл на обучение в Финляндию, — пожал я плечами. — Не знаю, что вы так переполошились. Эта крыса — явный трус, и я очень сильно сомневаюсь, что после побега он хотя бы на минуту останется в Британии. Что ему тут делать? Снова искать семью, которая его приютит в качестве домашнего питомца?
Миссис Уизли открыла и закрыла рот. Посетители в кафе зашушукались ещё громче. Да и народ стал прибывать, привлечённый громкими выкриками.
— Вы — Гарри Поттер? — спросил меня какой-то мужчина, который пришёл в кафе с двумя мелкими девочками.
— Да, сэр, — кивнул я.
— Значит, вы считаете, что Питер Петтигрю не опасен? Он не может угрожать нашим детям?
— На этот вопрос вам миссис Уизли может дать более полный ответ. Питер Петтигрю прожил у них больше десяти лет, скрываясь в виде домашнего питомца. А в семье Уизли семеро детей. Все они, насколько я знаю, вполне живы и здоровы.
Ну а что? Она сама начала разговор в общественном месте. Никто за язык не тянул. Можно было отойти и не вовлекать народ в этот фарс. Но раз захотелось внимания — мне не жалко. Я — честный ребёнок, который всегда думает, что говорит, точнее, говорит, что думает.
В кафе уже набилась куча магов, среди которых я заметил мистера Малфоя и Драко. Ну вот, уже с друзьями и не посидеть…
Народ гомонил. Кто-то спрашивал миссис Уизли, правда ли то, что я сказал. Всё же до широкой общественности не доносилась такая информация. Я, пользуясь суматохой, слинял.
— Гарри! — окликнули меня, когда я отошёл от кафе Фортескью, размышляя, где бы подождать друзей.
Я обернулся. За мной следовали Рон и Джинни.
— Привет, — кисло поздоровался я с ними. Младшие Уизли чуть дёрнулись.
— Ты извини… Извини её, — Рон отвёл взгляд. — Джинни узнала от Лавгуд, что вы сегодня встречаетесь, и проговорилась матери. А она в последнее время совсем… — Рон передёрнул плечами, — странная из-за этого Петтигрю. Вбила себе какие-то глупости в голову. Закатывает истерики на каждом углу, когда куда-то выбирается. Я тоже не особо верю, что этот… крыс… ну, в общем, что он опасный и всё такое. А в газетах такую ерунду печатают. И все этому верят. Даже родители, хотя они сами… В общем, я тоже думаю, что он просто сбежал.
Джинни молчала и напряжённо смотрела на меня.
— Да я, в общем-то, не обижался. Газеты мы не выписываем, я вообще не понял, с чего такой кипиш поднялся, — пожал я плечами.
— А на письма почему не отвечал? Точнее, письма до тебя не доходили последнее время…
— Разве Луна не сказала? — удивлённо протянул я. — Я друзей предупредил, что мы с Сириусом будем недоступны неделю. Ему понадобились старые книжки в жутком доме, и мы там неделю копались. А потом он отправился на обучение. Сириус же говорил на последнем пиру про это.
— А теперь ты куда? — спросила Джинни.
— Куплю всё к следующему учебному году и к своим родственникам поеду, — улыбнулся я. — Дядя должен встретить. Поживу до сентября в Литтл-Уингинге. Да и даже если эта крыса, в чём я сильно сомневаюсь, попытается меня отыскать, то кровную защиту моей матери, которую даже МакГонагалл оценила, ему не пробить. Так что можете свою мать успокоить, что там я в полнейшей безопасности. Не знаю даже, чего она так разволновалась.
— Наверное, она не думала, что мистер Блэк так быстро с обучением решит, тем более в середине лета, обычно же в сентябре… — почесал затылок Рон.
— Ну, так это же не школа, — хмыкнул я, пользуясь моментом. — Там обучение индивидуальное, хоть с середины февраля. Не зря же всё моё состояние отвалили Гильдии.
Рон забавно выпучился на меня.
— Чего?
— Тридцать тысяч галеонов, почти всё, что у меня было от родителей, — кивнул я, наблюдая, как побледнел рыжик.
— Сколько?! — кажется, ему сейчас не хватит воздуха.
— Тридцать тысяч золотых монет, — перефразировал я. — Дорогое обучение. Но, когда Сириус станет артефактором, то он обещал, что всё вернёт… Он же мой опекун, вот… А мне пока деньги всё равно были не нужны, тем более так много.
— А если у него не получится? — ахнула Джинни.
— Что не получится? — переспросил я.
— Вернуть тебе деньги.
— Стать артефактором, — поправил её Рон.
— Ну… Не знаю тогда, — пожал я плечами. — Я как-то такой вариант не рассматривал. Думаю, что у крёстного всё нормально будет. Он обещал, что будет стараться. И потом мы круто заживём, — подражая интонации Сириуса, сказал я.
— Гарри, вот ты где! — прервал наш разговор очень вовремя появившийся Драко. — А я тебя обыскался. Привет, Уизли.
— Привет, Малфой, — буркнул Рон, переваривая полученную от меня информацию.
— Идём, Гарри, там в кафе Фортескью какой-то странный концерт по заявкам, — сострил Драко. — Уизли, кажется, я видел там вашу мать.
— Тебе померещилось, — насупился Рон. — Ладно, мы пойдём. Джинни?..
— Да, пока, Гарри, — попрощалась она и поспешила за Роном.
— Идём, нас Блейз и девчонки ждут в «Чайном пакетике Розы Ли», я сказал всем туда идти, сейчас у Фортескью не протолкнуться, — сообщил Драко.
— А Невилл?
— Невилл мне отправил письмо, что не сможет прийти, что-то там у него случилось, непонятно, — ответил Малфой. — Может, у него бабушка боится этого Петтигрю?
— Ты просто не знаешь миссис Августу, — хмыкнул я. — Чтобы она испугалась какого-то хулигана?
— А, ну да, что-то я попутал, — хихикнул Драко. — Кстати, я слышал весь разговор. Разве дядя Сириус не во Францию учиться отправился?
— А я как сказал? — я состроил удивлённое лицо.
— В Финляндию.
— О… Надеюсь, его никто не будет искать там… — изобразил я скорбь и отчаяние.
Мы переглянулись и заржали.
