Вернон, встретивший Поттера на вокзале, был мрачен и неразговорчив. Гарри даже подумал, что по степени молчаливости мужчина с легкостью мог бы дать фору любому из спартанцев. За всю дорогу мистер Дурсль произнес всего лишь три слова, а если учесть, что слова эти были «М...м...м...», «Ох..» и «Уф...», то нетрудно догадаться, что Поттер был слегка удивлен. В душу юного мага стало даже закрадываться сомнение, не подменил ли какой-нибудь коварный тип его дядю с помощью оборотного зелья, но спустя час Гарри смирился с неизбежным и понял, что с Верноном что-то произошло. До дома на Тисовой улице оставалось всего ничего, и Поттер решил пока умерить свое любопытство. Наверняка можно будет узнать все у Дадли.
В этом году благодаря Добби совместный бизнес двух кузенов стал осуществляться значительно проще. Гарри готовил зелья по заявкам партнера прямо в Хогвартсе, а Добби доставлял их Дадли, принося назад честно заработанные фунты. Поттер очень сильно подозревал, что его кузен всерьез вознамерился в будущем заниматься фармацевтическим бизнесом. Полученная им от Гарри информация о все более тесном взаимодействии магического и обычного миров открывала широкие перспективы в этой области.
В конце концов, удача сопутствует тем, кто первым начинает новое перспективное дело. Дадли Дурсль в своих мечтах уже видел себя капитаном новой отрасли промышленности, основанной на совместном использовании достижений зелий и фармацевтики. А поскольку без Гарри получить нужные связи в волшебном мире для младшего Дурсля было бы крайне затруднительно, то партнерство кузенов обещало быть прочным и взаимовыгодным. Гарри обеспечивал производство, а Дадли — сбыт. Поттер прекрасно понимал, что коммерческая жилка развита у кузена гораздо сильнее, чем у него, и подобное разделение обязанностей представлялось ему целесообразным.
Едва войдя в дом, Гарри был подвергнут решительному нападению своей тети, которая с непривычным радушием усадила его за стол и принялась потчевать всевозможными разносолами. Тут же присутствовал Дадли, при одном взгляде на которого хотелось тут же отправить его на чемпионат мира по Боди-Билдингу. Кузен радостно делился с Поттером подробностями удачных коммерческих сделок, так основательно поднявших в этом году их благосостояние. Тетушка замирала от восторга, слушая дорогого сыночка, и тайком смахивала набегающие слезы. Казалось, оба его родственника были абсолютно счастливы, но мрачный вид Вернона говорил о том, что не все так безоблачно в семье Дурслей.
С точки зрения Гарри у его дяди имелись несомненные основания для недовольства. За тот час, что волшебник общался с тетей и кузеном, его родственники не обменялись с Верноном ни единым словом. Мало того, вместо вкусного ужина на стол перед недовольным мужчиной была демонстративно брошена тарелка с откровенно подгоревшим куском мяса и несколькими столь же «поджаристыми» кусками картофеля. Гарри не понимал, что происходит вокруг него, и решил поскорее покончить с ужином, чтобы вытрясти из Дадли информацию о странной атмосфере семьи Дурслей.
Как выяснилось, не только он хотел узнать новости, но кое-кто не менее сильно жаждал поделиться ими. Едва Гарри встал из-за стола, как Дадли чуть не силой затащил его в свою комнату. Там-то Поттер и узнал причины странного поведения родственников. Оказалось, что в доме 4 по Тисовой улице разгорелась самая настоящая холодная война.
Все началось с того, что раздобревший на рождественских праздниках мистер Дурсль пообещал отправиться летом всей семьей на море, в Грецию, причем на целый месяц. Естественно, такая новость вызвала бурную радость у Дадли и Петуньи, и они несколько месяцев предавались счастливому предвкушению заслуженного отдыха. Но поскольку полного счастья в жизни не бывает, в мае Вернон внезапно изменил свои планы и объявил, что никаких курортов этим летом не будет. Что на него нашло, оставалось неизвестным, однако Дадли подозревал дурное влияние кого-то из коллег отца, так как мистер Дурсль неожиданно стал читать лекции о том, что в наше время отдых на море немоден.
Все это было бы не смертельно, если бы не два «но». Во-первых, кузен Гарри уже успел представить себе, какое впечатление его мускулатура произведет на всех окружающих, и не желал отказываться от удовольствия вдоволь побыть в центре внимания. А судя по тому, какое загадочное выражение принимали глаза Дурсля-младшего, когда он рассказывал об этом, Гарри сильно заподозрил, что Дадлика интересовало в первую очередь восхищение прекрасного пола. По-видимому, кузен вошел в тот возраст, когда парни всерьез начинают интересоваться девушками.
Но самым страшным для Вернона оказалось даже не это, а грозное «во-вторых». Петунья в полном объеме воспользовалась прелестями своего нынешнего служебного положения и поделилась замечательной новостью о шикарной поездке на Средиземное море со всеми знакомыми, малознакомыми и почти совсем незнакомыми жителями Литлл-Уиннинга. А уж похвастаться тетушка умела, так что теперь ей предстояло либо прослыть легковесной болтуньей, либо уговорить мужа сдержать слово. Естественно, Петунья выбрала второе.
Поначалу Петунья применяла мягкие методы убеждения, но Вернон не желал внимать голосу разума. Постепенно давление на мистера Дурсля нарастало, но он стоял, как скала, хотя спать на диване, вместо привычной шикарной кровати, ему было наверняка нелегко. К тому же Вернон не учел одного малоприятного в данном случае факта — за две недели до приезда Гарри из школы вернулся Дадли и узнал пренеприятное известие. Младший Дурсль, чьи мечты начали развеиваться прямо на глазах, твердо поддержал маму, и теперь для Вернона настали действительно черные дни. Мистеру Дурслю был объявлен дипломатический бойкот вместе с экономическими санкциями. Иначе говоря, вот уже неделю с ним не разговаривали и ОЧЕНЬ плохо кормили.
Поначалу Вернон хорохорился и пытался в обход санкций Петуньи прокрасться ночью к холодильнику. Его коварный план, возможно, и увенчался бы успехом, но Вернон забыл еще об одном обитателе их дома. Добби очень четко понимал, что кровными родственниками его любимого Гарри Поттера являются Петунья и Дадли, а поэтому эльф считал делом чести помочь тете юного волшебника в ее справедливой борьбе. Домовик сумел отстоять неприкосновенность пищевых запасов, хотя мистер Дурсль трижды бросался на штурм вожделенного объекта. С магией эльфов справиться было не просто даже матерым волшебникам, и в итоге Вернон вынужден был позорно ретироваться не солоно хлебавши. Последнее желание попытаться повторить попытку прорвать экономическую блокаду отбили насмешливые взгляды, бросаемые наутро женой в его сторону. Несомненно, эльф похвастался ей своей великой победой.
Поттер прекрасно понимал, что раньше или позже мистеру Дурслю придется признать свое поражение, но к тому времени отношения в семье его тети могут уже непоправимо испортиться, да и ехать куда-нибудь будет уже поздно. Собственно, это понимал и Дадли, и бурная радость от приезда Гарри у него была вызвана надеждой, что кузен так или иначе, но поможет сломить сопротивление Вернона.
Все время, пока Дадли рассказывал Поттеру перипетии холодной войны в отдельно взятой семье, Гарри с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться. Нет, Дурсли, конечно, его родственники, и насмехаться над тем, что их отношения находятся не в лучшем состоянии, это нехорошо, но со стороны все это выглядело действительно забавным. Впрочем, Гарри пообещал кузену придумать что-нибудь, и как ни странно, на утренней пробежке в его голове и в самом деле родился блестящий план. Поделившись им с Дадли и Петуньей, Поттер получил полное одобрение своей идеи, и родственники приступили к подготовке сюрприза для Вернона. До ближайшей субботы оставалось два дня.
* * *
Рано утром в субботу Гарри и Дадли выскользнули из дома и отправились в кино, на утренний сеанс. Их задачей было болтаться где-то до полудня, и они были полны решимости мужественно перенести все тяготы и лишения, обрушившиеся на них в ходе выполнения плана Гарри. В это утро основой их лишений были многочисленные порции мороженого, которые они с удовольствием уплетали в ожидании часа «Ч». Как ни тянулось время, но, наконец, наступил момент, когда ребятам следовало вернуться домой.
По мере приближения к дому 4 по Тисовой улице шаг кузенов все ускорялся и ускорялся. Им не терпелось узнать, насколько успешно идет исполнение хитрого замысла коварного мистера Поттера. Повернув на Тисовую улицу, ребята с восхищением вздохнули — возле дома Дурслей припарковался шикарный Ягуар восьмерка. На лицо Гарри наползла широкая улыбка. Он прекрасно знал человека, который сумел добыть эту роскошную предсерийную игрушку. К счастью, состояние семьи Блэков было огромным не только в масштабах волшебного мира, но и более чем солидным по понятиям обычного. А Сириусу очень хотелось побаловать себя после длительного пребывания в Азкабане.
