— Никки, — крик Райан вернул меня в настоящее. Белокурая бомба развернулась с широкой улыбкой на лице, но ее глаза казались грустными…. Я слышала о том дерьме, которое творилось здесь, пока была занята в Нью-Йорке, — о секретах из прошлого, которым удалось поднять свои уродливые головы. У Никки были свои собственные монстры, которых нужно убить, и, похоже, она беспокоилась о том, что они придут за ней.
— Эй, что вы здесь делаете? Присоединитесь к веселью? — спросила она, натягивая чулок на свои бледные ноги, прежде чем прикрепить его к подвязке на бедре.
— На самом деле, да. У тебя есть какое-нибудь лишнее дерьмо? — спросила я.
Ее голубые глаза метались между нами, и искорка, наконец, достигла их.
— О, черт возьми, есть. Срань господня, это будет так весело.
Стринги, бюстгальтеры и прочая хрень, которую я даже не знаю, как надевать, — все это разлетелось в стороны, когда она полезла в свою сумку.
— Эти ублюдки просто ахуеют. Ставим ставки, кто из них первым выскочит на сцену? — спросила она.
— Калеб, — ответили мы с Райан, посмотрев друг на друга, когда ответы прозвучали одновременно.
Ганнер был собственником Райан, но он все еще пресмыкался перед ней за то дерьмо, которое натворил. Нико знал, что он просто накажет меня в спальне за то, что я показала свои сиськи и задницу комнате, полной незнакомцев, а Кенджи, вероятно, выбежит на сцену, чтоб станцевать рядом с ним.
Но Калеб? Этот сварливый ублюдок сдернет меня с шеста, отнесет в темный угол и трахнет.
И мое сердце сжалось в предвкушении.
Я сбросила с себя одежду. Все мои трусы и лифчики в эти дни представляли собой кружева, так что все, что мне было нужно, — это пара чулок длиной до середины бедра.
— Нервничаешь? — спросила меня Никки, протягивая мне пару туфель на платформе.
— Ни капельки, — сказала я, подмигивая ей.
— Ну, ты выглядишь чертовски сексуально. Я тоже хочу лифчик с черепами. Где ты это купила? — спросила Никки, протягивая руку и защелкивая ремешок.
Мои губы растянулись в ухмылке.
— Не знаю. Тебе придется спросить Кенджи. Я больше не покупаю себе нижнее белье.
Райан выскочила из-за того места, где надевала туфли.
— И эта сучка позволила одному из них обмазать спермой свои сиськи после того, как посмотрела, как он трахает свою руку.
Брови Никки чуть не полезли на лоб.
— Черт. Почему это так горячо?
— Я задаю себе один и тот же вопрос каждый раз, когда думаю об этом, — ответила я, когда мы подходили ко входу на сцену.
— Ладно, дамы, вы двое выходите на сцену и занимаете шест возле их столиков, а я занимаю центральный. Повеселитесь, — сказала Никки, посылая воздушный поцелуй в нашу сторону.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Райан переплела свои пальцы с моими и повела нас.
— Вамос, чика[2].
Свет потускнел, и мое внимание переключилось на сцену. Я глубоко вздохнула, когда мы ступили на платформу. Мужчины еще не заметили нас. Сцена и шест находились в нескольких метрах от того места, где они сидели. Дистанция была выбрана для того, чтобы сохранить пространство между танцорами и наглыми руками.
Ничего не было запланировано. Все дело в ощущении музыки. Сталь была прохладной на моих разгоряченных ладонях, когда я схватила шест и медленно обошла его по кругу. Из динамиков заиграла «Dile» Дона Омара, и все освещение стало малиновым.
Откидывая голову назад, я позволяю волосам струиться по моей обнаженной спине, пока двигаю бедрами в такт музыке. Мои соски торчали из-под обтягивающего прозрачного лифчика, а задница довольно сильно торчала из нижнего белья дерзкого покроя. Я вскарабкалась на шест, повернувшись в сторону, чтобы зацепить ногу и крутануться.
Я оглянулась и обнаружила, что три пары глаз уставились на меня. То, как сухожилия на шее Калеба натянулись на коже, заставило меня усмехнуться. Поделом этому засранцу. Я вышла на открытую площадку и начала покачивать бедрами, прижимаясь к полу, выставляя свою грудь перед парнями. Я имитировала то, как я оседлала бы их члены.
Конечно, Кенджи заулюлюкал и сунул десятку мне в зад. Я бросила ему банкноту обратно.
— Тебе лучше поторговаться, Кенджи, — крикнула я, когда Райан опустилась на колени рядом со мной.
Ганнер рявкнул парням, чтобы они, блять, не смотрели на нее, что было бессмысленной угрозой, потому что их внимание было приковано ко мне. Отступив назад, я высоко подпрыгнула на шесте и тряхнула головой, разбрасывая медовые пряди во все стороны. Я соскользнула с шеста, раздвинула ноги и наклонилась вперед, снова перекатываясь всем телом вверх, выполняя сексуальное сальто и приземляясь на шпагат.
В какой-то момент я подумывала о том, чтобы стать стриптизершей, и у меня даже был шест в квартире. Мне больше нравилось убивать, но, черт возьми, какой кайф, когда ты извиваешься всем телом под музыку. Когда я повернулась, то столкнулась лицом к лицу с тремя парнями.
Черт возьми. Калеб стоял в центре, скрестив руки на груди, на его красивом лице было убийственное выражение, но он еще не подскочил и не оттащил меня. Поэтому я поступила правильно и послала ему воздушный поцелуй, опустилась на колени и подползла к нему.
— Лучше достань много денег, если хочешь отвезти меня домой, малыш, — промурлыкала я, прикусив губу, пока он пытался засунуть руку в передний карман с выпуклостью, чтобы поправить. Калеб достал свой бумажник и протянул банковскую карту, скрючив пальцы в жесте «иди сюда».
Блять.
