американские продукты никуда не годятся. И правда, ну, разве это хлеб? Не укусишь. Тянется, как резина.
Допивал он кофе без хлеба.
Вечером вернулась с работы младшая сестра. Пошла на кухню. Спросила с удивлением:
– Что вы там делали с тостером?
– Я хлеб жарила. Да вот невкусный получился.
– Конечно, невкусный, – рассмеялась хозяйка, – ты же губки для мытья посуды пекла…
Как ни смешно, но растерянный иностранец мог в то время запросто спутать мочалки с “ватным”, пористым американским хлебом. Те брусочки для мытья посуды и цветом, и формой, и наощупь сильно напоминали его.
* * *
Если тебе нужны деньги, иди к чужим.
Если тебе нужны советы, иди к друзьям.
А если тебе ничего не нужно, иди к родственникам.
Марк Твен.
Мы продолжали осваиваться в Америке.
Поехали в парк развлечений. Дорога дальняя – из штата в штат. Но она того стоила. Великолепно провели два дня. Надо сказать, американцы на выдумку горазды. В Пенсильвании, например, есть парк развлечений, полностью посвященный спагетти. В другом парке бои ведутся в картофельном пюре.
…Мы возвращались домой. Кто-то сказал:
– Здесь, поблизости, Норфолк.
Нам уже было известно, что это большая военная база.
– Давайте свернем! Хоть одним глазом посмотрим.
– А если пропуск потребуется? И вдруг нас за шпионов примут? База всё-таки.
– Тогда поедем своей дорогой.
Свернули. Проехали аккуратный поселок служащих базы. Неожиданно выехали на причал. И увидели перед собой огромный авианосец. А напротив, через причал, огромный, белоснежной плавучий госпиталь.
И, что удивительно, – ни защитных сеток вокруг, ни колючей проволоки, ни патрулей, ни сторожей. Вот тебе и военная база!
– Подъедем ближе! Ни одного запретительного знака…
Мы приблизились. Вокруг кораблей никакой охраны.
Вдоль борта сновала вверх и вниз установленная плашмя платформа. Мы поняли – лифт для множества людей.
– Поднимемся?
– Давайте попробуем. Прогонят – извинимся.
Лифт опустился до земли. Мы зашли на платформу и взлетели до самого верха авианосца.
Вышли на палубу. Посмотрели на всё, связанное со взлетом и посадкой самолётов. Походили по взлетной полосе.
Подошёл моряк:
– Может быть, вам нужна помощь? Познакомиться с кораблем, увидеть побольше?
Мы радостно закивали. Он провел нас по огромной палубе, рассказал, что там происходит, когда авианосец в боевом состоянии. Как самолёты достают из ангара в чреве корабля, как они уходят на боевое задание. Возвращаются, не мешая друг другу.
Завёл нас в кинозал и мы увидели только что рассказанное на экране. Зрелище потрясающее.
Вернулись на палубу. Там еще один моряк демонстрировал личное оружие команды корабля, морской пехоты.
Внук смотрел на арсенал во все глаза. Моряк протянул ему автомат:
– Поиграйся.
Мальчишка мгновенно стал воином. Он вытворял с автоматом всё, чему научился с помощью телевизионных фильмов.
* * *
Образованный человек тем и отличается от необразованного, что продолжает считать свое образование незаконченным.
Константин Симонов.
Позвонил издатель русской газеты. Попросил зайти. Сообщил, что редактор ушел по семейным обстоятельствам. Предложил возглавить издание.
С первых же минут почувствовал обструкцию. Люди не хотели перемен или кто-то из них метил в редакторское кресло.
Начал с верстальщика. Сказал ему, если он и впредь будет демонстрировать враждебность, я найду человека, знающего компьютер, и буду верстать газету с ним.
– А я?
– Это ваши проблемы. Зарплата будет выдаваться тому, кто работает.
На следующие утро верстальщик подошел ко мне и деловито спросил:
– Есть ли что-нибудь для верстки?
Он остался.
На очереди была девица – журналист. Она чувствовала себя хозяйкой в редакции. Писала какие-то материалы, нуждавшиеся в редактировании. Сдавала их напрямую в набор мимо меня.
– Где вас этому учили? – спросил я.
– У нас в газете.
– Что за газета?
– Молодежная.
– И там каждый литсотрудник был на положении главного редактора?
– Да, мы относили свои статьи прямо в типографию.
– А редактор что делал?
– Не знаю. Что-то делал.
– Ну, тогда считайте, что с сегодняшнего дня вы уже не главный редактор. Ни одна ваша запятая мимо меня не пройдет. Всё, что вы будете делать, должно получить моё согласие по законам журналистики.
– А если я не соглашусь?
– Это ваша проблема. Тогда в течение недели здесь будет работать другой корреспондент. Профессионал.
Вечером зашел издатель:
– На вас жалуются. Это нехорошо.
– А как может быть иначе? Каждый, кто жалуется, хочет быть здесь хозяином. А я хочу, чтобы здесь была редакция с общепринятым порядком. Вы против?
– Конечно, нет. Но я привык, чтобы всё было тихо-мирно.
– Потерпите недельку-другую и всё будет тихо-мирно. Как вы хотите.
Подошёл к верстальщику – взять свежие полосы на чистку. Вижу – материал на полную страницу. Я его в набор не засылал.
– Что это? – спросил верстальщика.
– Корреспондентша сдавала. Сказала, что согласовано.
– Нет, со мной не согласовано. Сними его из номера. Я сейчас принесу запасную полосу на замену.
Через какое-то время прибежала девица:
– Почему сняли мой очерк?
– Я предупреждал…
– Мне нет дела до вашего предупреждения.
– Тогда вам придется продавать материал в другое издание. В нашей газете он опубликован не будет. И подумайте о месте работы. Чтобы не было неожиданностей…
Девица фыркнула, убежала. Через некоторое время пришел работник типографии. Я знал, что он совладелец газеты.
– Почему вы сняли из номера материал?
– Не понял вопроса.
– Вы сняли из номера эту страницу. Почему?
– Потому что я редактор этой газеты. И у меня есть свои соображения.
– А я…
– Я знаю, кто вы. Вы – совладелец газеты. Ваша профессия деньги, прибыль. Моя – выпуск этого издания. Чтобы оно было профессиональным и привлекало читателей, рекламодателей.
– Но статью вы должны поставить в номер.
– Для этого вы должны меня уволить. Стать самому на формирование газеты. И своими руками поставить эту страницу в номер. Пишите распоряжение о моем увольнении и я поеду домой.
– Вы напрасно так резко ставите вопрос. Никто вас не собирается увольнять. Но, поймите, приходит женщина с жалобой…
– И вы сразу принимаете ее сторону? Да вы хотя бы материал прочитали?
– Нет, конечно. Я же по-русски читать не умею. Хорошо. Делайте, как считаете нужным. Это ваша ответственность.
– Замечательно. И не принимайте в будущем жалобщиков из редакции. Чтобы не портить друг другу нервы.
Я отнес полосу девицы верстальщику:
– Сотри ее из памяти компьютера. Она никогда не будет опубликована в нашей газете.
Через несколько дней девица сама собой исчезла из редакции.
Любопытно, что позже, когда я редактировал другую газету, прыткая девица появилась и там. Но в моём присутствии климат для неё оказался неподходящим и она на этот раз безвозвратно исчезла.
Ещё
