— Ты что мага привёл на заставу без подавителей? — возмутился начальник.
— Да говорю же он целитель, посмотрите сами какой у него сильный источник.
— Покажи живу.
Не став спорить, я зажёг шар живы, размером с голову, после чего быстро убрал его обратно в свой источник.
— Идём за мной, у нас двадцать человек тяжёлых, боюсь не выживут, до приезда нового целителя. Наш был убит в первый день нападения, — ответил начальник, направляясь вглубь заставы.
Мы прошли до небольшого сруба с небольшими окнами и покосившейся крышей. При входе в нос мне ударил тяжёлый запах крови и гниения.
— Ты должен их вылечить, делай что хочешь, но они все мне как братья, проси что хочешь, всё сделаем, что сможем, — тяжёлым, глухим голосом проговорил начальник заставы, внимательно смотря на меня. Выглядел я, конечно, очень необычно для этих мест, мой костюм для бала, был неуместен в этом месте, но засохшие следы крови на правой руке, немного сглаживали впечатление в этом месте смерти. Именно смерти, тут лежали непросто раненные солдаты, а люди, гниющие заживо. Запах просто бил по мозгам и хорошо, что я не ел ничего с утра, а чтобы меня вырвало. Работать тут невозможно, поэтому я сказал,
— Выносите по одному на улицу, поставьте там стол и скамейку, на нём я буду осматривать их и, постараюсь вылечит.
После этого вышел на улицу и долго не мог отдышаться.
— Ты поможешь им?
— Постараюсь, расскажите, что случилось, почему раны так загноились? — спросил я.
— Не знаю, где ты учился, но про скверну знают все целители и даже лекари. Эта зараза появляется крайне редко, обычно от ран помогает прикомандированный лекарь или целитель. Часто присылают студентов на практику. Порядок лечения я не знаю, но там нужно как-то вычистить заразу, после чего уже начинают лечение. Стандартные присыпки в этот раз не помогают, только ненамного замедляют распространение заразы. На соседней заставе, то же самое, но там сам лекарь заразился и помер, получив рану от стрелы.
— А сами стрелы тонкие и необычной красоты? — спросил я.
Посмотрев на меня удивлённо, он ответил.
— Можно и, так сказать. Таких стрел раньше нам не попадались, а я на заставе уже более тридцати лет и от сторожил раньше, о таких не слышал. Лучники, очень меткие и бьют специально не убивая, но тяжело раня.
— Эльфы, это те ещё затейники, прирождённые лучники, да и следопыты лучшие в мире.
— Это точно. Два отряда, посланные за ними, они вырезали, пока наши егеря из центральной заставы не приехали и то из сорока человек вернулось только одиннадцать, а ведь это люди, чувствующие лес как свой дом.
— Ладно, давайте сюда первого, посмотрю, что можно сделать, — сказал я, скидывая пиджак.
Первый раненый, был в ногу, положив его на стол, солдаты отошли в сторону и наблюдали за моими действиями.
Проведя рукой над раной с небольшим количеством живы в ней, я получил странный отклик на рану. Если раньше, жива сама стремилась в повреждённые участки тела, то в этот раз всё было совершенно наоборот. Это, как попытаться соединить два магнита прямой полярности, они будут отскакивать друг от друга. Также и здесь жива, наоборот, старалась отскочить от повреждённого участка. Я, конечно, могу направить её своей волей в рану, только вот делать это пока не стал. Такого я не читал раньше и даже не слышал, хотя и знаний у меня не так и много в этой сфере. Поэтому я стараюсь действовать интуитивно, полагаясь на саму магическую энергию. Хотя, помимо этого, у меня есть знания моего мира, а я там вроде был знаком с медициной не понаслышке. Вспомнить точно, кем я был и что делал, да даже как точно меня зовут, я не мог, но зато периодически всплывали различные навыки и знания. Да и вообще, я уже настолько запутался, что воспринимал своё истинное тело, как собственное.
Осторожно размотав рану, я увидел небольшую рану, от стрелы, с характерными следами от неё. Рана и ткани рядом с ней гноились, покрытые странным налётом, белого и чёрного цвета. Сама нога, уже наполовину почернела, а судя по запаху и температуре тела, началась гангрена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Подняв с земли ветку, осторожно потёр ею белый налёт рядом с раной и подцепив немного на неё, отошёл в сторону. Сформировав на руке живу, я направил её на этот налёт. Буквально через минуту, вся ветка почернела и осыпалась, превратившись в труху.
— Плохо! Очень плохо! — произнёс я негромко, но меня услышал начальник заставы.
— Что случилось? — спросил он подойдя.
— Если я начну лечить их живой они сразу умрут. Эта зараза питается жизненными силами и если влить в больного живу, она моментально распространится на весь организм, и человек умрёт, а если не лечить, то всё равно умрёт, только дольше будет мучиться. Я, конечно, могу попробовать, но первый человек, гарантированно умрёт, второй с вероятностью пятьдесят на пятьдесят, — ответил я.
Задумавшись на пару минут и что-то решив для себя, он сказал мне.
— Есть у нас четверо пленных, можешь на них ставить опыты, всё равно они молчат и отказываются говорить. Сейчас приведут одного из них, только ты постарайся всё же вылечить моих товарищей.
Глава 24. Серая гниль
Буквально через десять минут, мне привели закованного в наручники пленного. Если я что-то и понимаю в сказках и в мифологии, то передо мной был самый настоящий эльф. Утончённые черты лица, заострённые уши, одежда, хоть и грязная, больше подходит для женщин или мужчин нетрадиционной ориентации. Наручники были обычные, а значит, передо мной обычный эльф, не маг, хотя кто их знает на самом деле.
— Привяжите его к столу, за руки и ноги, так, чтобы он не мог дёргаться, и рот завяжите. Мне от него секретов не нужно, только выяснить как лечить эту гниль.
Уже через пять минут, на столе был прикован к массивным гвоздям, вбитыми в толстую столешницу. Как мне не хотелось ставить опыты, на нём, но вариантов тут вообще нет. Разрезав на ноге кожаную штанину и сапог из такой же кожи, я, подойдя к раненому, соскрёб с раны часть белой плесени и осторожно положил на ногу эльфу. Как и ожидалось, ничего не произошло, даже когда я пустил немного живы в неё, она только немного поменяла цвет и немного увеличилась в размерах. Тогда я сделал неглубокий разрез на ноге и поместил её прямо в открытую рану. За всем этим эльф мог наблюдать и то как он задёргался, когда я попытался поместить плесень в его рану, говорило о том, что он знает, что это такое и понимает, что с ним произойдёт. Подпитав плесень живой, я стал наблюдать, как она очень быстро распространяется по ноге, но истратив ту живу, которую я влил, остановила стремительное распространение по телу.
У меня было несколько вариантов лечения и нужно опробовать их все. Для начала я сформировал маленький шарик огня, размером с грецкий орех и направил его прямо в рану. Пленный задёргался, а в воздухе появился устойчивый запах палёного мяса. Прижигать рану пришлось пять раз, пока я не покрыл все чёрные точки и линии на ноге, хорошенько прожарив часть ноги. Только после этого я добился отсутствия отрицательного отклика в ране. После этого пришлось достать кристалл с живой и приступить к лечению.
— Господин, может, не будете тратить живу на этого выблядка? Нашим раненым она будет более полезной, — спросил наблюдавший за мной начальник заставы.
— Как к вам можно обращаться? — спросил я.
— Зовите меня просто капитан, — ответил я.
— Капитан, я, конечно, не стал бы тратить на пленного свою живу, но я должен понимать, удалось ли полностью выжечь заразу, или она может вернуться в процессе лечения. Если она проявится в последний момент, пациент умрёт, и пусть это будет эльф, чем человек, — ответил я.
Закончив лечение, я проверил всё тело и убедился, что заразу удалось выжечь полностью, поэтому я перешёл на другую сторону стола и разрезал штанину на второй ноге.
Повторив процедуру заражения, я порылся в кармане и нашёл там несколько завалившихся, маленьких шариков серебра. Из тех, что я расплавлял во время битвы в зале с порталом.
