Читаем без скачивания Современный Американский детектив - Рекс Стаут

— Что вы делаете здесь на дороге в такой час? — потребовал Сэм.

— Я еду в Атланту. А что такое?

Сэм почувствовал в его голосе скрытую враждебность и насторожился.

— Вы всегда выезжаете в Атланту после полуночи?

Кауфман высунулся из машины.

— Какое вам до этого дело? — спросил он.

Сэм стремительно шагнул вперед и оказался вплотную к Кауфману. Его правая рука покоилась на рукоятке пистолета.

— Может, вы случайно забыли, — сказал он, раздельно выговаривая каждое слово, — но еще не прошло и суток, как в нашем городе было совершено убийство. И пока виновный не пойман, дела каждого — наше дело, особенно если кто-то отправляется по ночам в дальние поездки. А теперь я жду вашего ответа.

Кауфман провел рукой по лицу.

— Прошу прощения, сэр, — извинился он. — Я выбит из колеи, и вы, конечно, понимаете почему. Я только что от Эндикоттов, мы обсуждали проблемы, связанные с фестивалем. Поскольку в него уже вложено порядочно местных средств, мы решили продолжать дело, несмотря на то что Энрико мертв. Если отложить на год, кто знает, может, и мы все умрем. Простите, я неудачно выразился. — Кауфман сделал усилие, пытаясь овладеть собой. — В общем, я решил поехать в Атланту и выяснить, нельзя ли договориться с каким-нибудь дирижером, способным заменить маэстро, а кроме того, мне нужно заняться оркестром. В этом отношении все уже было сделано, но из-за того, что произошло, может быть, придется начинать сначала.

Сэм немного смягчился:

— Все это прекрасно, но к чему выезжать так поздно? Если вспомнить, что вы рассказывали мне и Вирджилу, вам совсем не удалось выспаться прошлой ночью. Вряд ли вы чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы вести машину.

— Тут вы правы, — согласился Кауфман. — Честно сказать, я уехал, чтобы никому не мешать. Единственную комнату для гостей занимает Дьюна, и как раз сейчас ей особенно нужен покой. Самое разумное для меня было сесть в машину, немного отъехать от города и остановиться в мотеле. Рано утром я могу отправиться дальше и к двенадцати быть в Атланте. У вас этот план вызывает какие-нибудь возражения?

Сэм понял, что объяснение выглядит вполне правдоподобно, а кроме того, ему не хотелось, чтобы личная неприязнь к человеку как-то сказалась на его решении. И еще он вспомнил, что эта затерянная горная дорога вовсе не входит в район его патрулирования. Свой-то район он как раз и бросил. И если убийца сейчас подкрадывается к очередной жертве…

— Как дела там, у Эндикоттов? — спросил он.

— Все нормально. Обстановка, конечно, напряженная, но ничего страшного. А вы к ним? Ваш поздний приезд наверняка их взволнует, а может, и испугает. Я бы не ездил на вашем месте, если нет особой необходимости.

Сэм жестом показал Кауфману, что он его не задерживает.

— Будьте осторожней, — предупредил он, — и не вздумайте проезжать мотель, обязательно постарайтесь вздремнуть. Иначе может случиться, что и вы окажетесь в морге рядом с вашим хозяином.

Кауфмана передернуло, но он смолчал.

— Ладно. Я последую вашему совету. Поезжайте за мной, если это вам кажется нужным. Но только не беспокойте их, они столько перенесли за сегодняшний день, что просто страшно подумать.

Он нажал на стартер и отвел свой пикап от обочины. Сэм молча смотрел ему вслед и, лишь когда Кауфман отъехал на порядочное расстояние, осторожно развернул машину на узкой дороге и поехал за ним.

Притормаживая и стараясь держаться на второй скорости, Сэм размышлял о том, что Кауфман с Дьюной, наверное, близкие друзья, по крайней мере у него была возможность часто видеться с ней, а при той кочевой жизни, которую вели эти люди, он мог быть единственным, кого она хорошо знала. Это предположение привело Сэма в бешенство. Он видел девушку только раз, в тот день, когда она потеряла отца, и все же его не покидало чувство, что он вправе проявлять беспокойство и заботу о ней.

Машина въехала на городскую мостовую, и ее перестало трясти. Это вернуло Сэма к мысли об убийце, который разгуливает на свободе где-то тут, в городе. По крайней мере существовала большая вероятность, что он еще здесь. Пустынные улицы тонули во мраке, и пятна света над редкими фонарями выглядели тоскливо и одиноко. Сэму вновь пришло в голову, что убийце не найти лучшей мишени, чем он; в жаркую духоту ночи вполз какой-то зловещий холодок и затаился в темноте выжидая.

Недавно Сэм читал о чем-то похожем. И в книжке ему попалось слово, такое странное и необычное, что Сэм счел своим долгом посмотреть его в словаре. Теперь он не мог вспомнить, что это за слово, но в одном был уверен: оно начиналось с "м". И как бы там ни было, то, что оно значило, висело сейчас в воздухе.

Сэм не был трусом. Подгоняемый сознанием долга, он совершил тщательный круг по городу. Когда это было позади, он из осторожности перенес на другое место свою обычную остановку для составления рапорта. Нет уж, он не будет испытывать судьбу, как всегда останавливаясь против аптеки: неизвестный, изучивший все ночные передвижения Сэма, мог поджидать его там. Закончив составлять свой подробный отчет, Сэм положил планшетку, и вдруг его охватило странное ощущение, будто что-то подкралось сзади и надавило ему на шею. Он рывком послал машину вперед и с необычной для себя скоростью погнал к ночной закусочной, к ее спасительным ярким огням.

Допив свое имбирное пиво, Сэм завершил завтрак куском лимонного пирога и возвратился к машине и к спящему городу, защищать который было его долгом. Ощущение, что за ним постоянно кто-то следит и что порой опасность совсем-совсем близко, не покидало его, пока редкие просветы на небе не сменились пылающей утренней зарей. В восемь часов Сэм с мастерской точностью ввел свою машину на стоянку перед полицейским управлением. Уж этой-то ночью он отработал свое жалованье.

Глава 7

Билл Гиллспи с нетерпением ждал, когда в трубке послышится ответ на его междугородный вызов. В обычное время он поручил бы кому-нибудь эту будничную проверку, но сегодня у него были свои причины потерпеть и сделать все самому. Что бы теперь ни случилось, Вирджил Тиббс оставался его алиби, по выражению Фрэнка, но ему не хотелось отсиживаться за чужой спиной — он сам поймает убийцу. К телефону подошел служащий отеля.

— У вас останавливался некий Эрик Кауфман?

— Да, сэр.

— Вам ведь ясно, кто это говорит? Так вот, сообщите все, что вы знаете, о действиях Кауфмана позапрошлой ночью. Когда зарегистрирован, в какое время приехал и тому подобное. Говорите как можно подробнее. Одну минутку…

Гиллспи пододвинул линованный блокнот. "Кауфман", — надписал было он верхний листок, но вовремя остановился. Кто-нибудь может увидеть. Проверить Кауфмана было его собственной идеей, и он не хотел никого на нее наталкивать.

— Ну вот, теперь давайте.

— Мистер Кауфман остановился у нас четыре дня назад. Он взял не слишком дорогой номер с ванной. Позапрошлой ночью он приехал что-то после двенадцати, я бы сказал, ближе к двум. Дежурный не заметил точного времени, потому что, как он говорит, немного вздремнул и не посмотрел на часы. Он полагает, что, когда мистер Кауфман разбудил его, было около двух. Он помнит, что мистер Кауфман обмолвился о своем опасении, как бы ему не повредил вишневый пирог, который он съел перед приездом в отель, — вряд ли это было благоразумно в такой час.

Гиллспи перебил:

— Откуда у вас под рукой все эти сведения? Вы что, ждали моего звонка?

— Нет, сэр, но я уже говорил с дежурным по просьбе одного из ваших людей, он звонил вчера… По-моему, он назвал себя Тиббс, мистер Тиббс.

— Угу… Ну, хорошо, спасибо, — промычал шеф. — О моем звонке, конечно, никому ни слова.

— Разумеется, сэр, мистер Тиббс уже предупредил нас. Но мы понимаем и так. Надеюсь, вы найдете того, кого ищете. Уверен, что найдете.

— Благодарю, — заключил разговор Гиллспи и положил трубку.

Откинувшись в кресле, он сказал себе, что нет никаких разумных причин расстраиваться. Вирджил получил от него задание расследовать убийство и действует согласно приказу, да и что еще ему остается! Так или иначе, с Кауфманом все выяснилось. Из-за приоткрытой двери показалась голова Арнольда.

— Шеф, только что звонил Ральф, тот, который работает по ночам в закусочной на шоссе. Он задержался, чтобы позавтракать после своей смены. И он говорит, что сейчас там обедает человек — ну, просто проезжий, — про которого Ральф думает, будто он кое-что знает об убийстве.

— А какая у него машина? — перебил Гиллспи.

— Розовый "понтиак", последняя модель. Номер калифорнийский.

— Ступай приведи этого типа, — приказал Гиллспи, — скажи ему повежливей, что я прошу зайти на несколько минут. И тащи сюда Ральфа, только не задерживайся.

Гиллспи вновь откинулся назад и задумался. На Ральфа нельзя особенно полагаться, хотя, с другой стороны, он может кое-что знать. Ральф не слишком умен, но все же у него бывают интуитивные проблески — эдакое чутье животного при встрече с опасностью. А опасным ему кажется все, что хоть как-то нарушает привычное положение вещей. Пусть даже на этот раз бармен вообразил невесть что, Гиллспи нисколько не превышает своих полномочий — он имеет полное право опросить приезжего в интересах расследования. Постоянные мысли о деле заставляли Гиллспи нервничать. Он сам чувствовал это и, поразмыслив, решил построже следить за собой, по крайней мере пока все не останется позади. Он был еще новичком на службе, и любой промах мог стоить ему карьеры. А Гиллспи знал, что вполне способен оступиться, если не начнет следить за своими шагами. В дверях появился Вирджил Тиббс. Как раз сейчас Биллу совсем не хотелось его видеть (честно говоря, ему вообще не хотелось видеть цветного сыщика), но что поделаешь, коли это необходимо.