Центральной Европы возвращаются домой, когда становится трудно, что лишает Западную Европу рабочей силы, то ли потому, что все больше жителей Центральной Европы отправляются в Западную Европу, когда становится трудно, потому что это единственные оставшиеся рабочие места, трудовой баланс, который обеспечивал функционирование европейской экономики с 2008 года, вот-вот испарится.
Демографическая проблема важна и по второй причине. Европа постарела до такой степени, что не может поглощать собственную продукцию. Европа должна поддерживать высокий уровень экспорта, чтобы сохранить свою систему. Главным пунктом назначения являются Соединенные Штаты, страна, которая все больше поворачивается вовнутрь и на момент написания этой статьи уже вступает в широкомасштабную торговую войну с Европейским союзом. Соединенные Штаты также (опять же, на момент написания этой статьи) изучают возможность заключения торговой сделки такого же широкого спектра с Великобританией. Поскольку любой будущий торговый мир с ЕС вскоре потребует подписи Лондона, никому в континентальной Европе не стоит рассчитывать на легкое исправление ситуации.
Европейские товары, которые не попадают в Соединенные Штаты, вместо этого отправляются на дальнюю сторону планеты: Северо-Восточную Азию. Даже если, вопреки всему, система Северо-Восточной Азии (а также спрос на европейскую продукцию в Северо-Восточной Азии) сохранится, американцы больше не будут гарантировать свободу морей для гражданского морского судоходства. Маршрут от Шанхая до Гамбурга составляет 12 000 морских миль. При скорости 17 миль в час, с которой обычно ходят современные контейнеровозы, это путешествие займет тридцать пять дней. Самая большая скорость, с которой может двигаться любое коммерческое грузовое судно, составляет двадцать пять узлов. Это все еще три полные недели - много времени, которое можно провести, плавая по водам, кишащим пиратами, каперами, враждебными военно-морскими силами или каким-то сочетанием этих трех факторов.
Возможно, еще хуже то, что часть Европы, поддерживающая наиболее прочные торговые отношения с китайцами, - это Германия. Продажи немецкой продукции в Китай в значительной степени перекошены в сторону оборудования, используемого для производства другой продукции... продукции на экспорт. Даже если, несмотря ни на что, Германия и Китай смогут поддерживать торговые отношения в мире, где у них нет стратегического охвата для прямого взаимодействия, китайский экспорт не будет столь востребован, что подорвет базовое обоснование для любого вида германо-китайского взаимодействия.
Те же широкие стратегические проблемы, которые стоят перед азиатами, стоят и перед европейцами, хотя эти конкретные проблемы вызывают меньшую или большую озабоченность в зависимости от места и перспективы.
Во-первых, "больше". Большинство европейских стран начали индустриализацию в 1800-х годах, и даже отстающие - в основном, бывшие советские страны-сателлиты - приступили к ней не позднее 1950-х годов. Это означает, что большинство шахт в Европе были выработаны, по крайней мере, несколько десятилетий назад. Европейцы, будучи индустриализованными как минимум в течение нескольких поколений, может быть, и не потребляют столько материалов, сколько азиаты, но производят их еще меньше. Китайцы могут импортировать подавляющее большинство необходимых им материалов, но, как правило, европейцы должны импортировать их все.
Теперь о "меньшем". Большинство промышленных товаров, необходимых для современной жизни, поступает из мест, расположенных гораздо ближе к Европе, чем Восточная Азия - например, из Западного полушария и Африки. Несколько европейских стран - Франция и Великобритания, а также Испания, Нидерланды, Италия и Дания - имеют достаточный военно-морской потенциал для защиты периодических морских перевозок в/из этих мест. Не менее важно и то, что большинство рейсов из этих регионов в Европу вряд ли будут проходить через какие-либо особенно спорные воды. Что касается источников из Западного полушария, то американцы наверняка поставят крест на любом виде пиратства или каперства в своем полушарии, а европейской торговле вряд ли будут препятствовать, пока она остается немилитаризованной.
Сложность будет заключаться в том, что европейские страны, находящиеся дальше от крайнего запада континента, не имеют ни доступа, ни военно-морских сил. Они должны получать материалы из другого "близкого" места: России. Германия не может сохранить свое положение богатой и свободной нации без американцев, но Германия также не может сохранить свое положение современной промышленно развитой нации без России (РА-СИ-Я!, прим. пер.). История всего немецкого и русского - это чередующиеся главы взаимовыгодного сотрудничества и острого конфликта. Как бы это ни было болезненно для немцев и русских, это гораздо хуже для народов, расположенных между ними - стран, имеющих важное значение для производственных цепочек Германии. Война в Украине уже заставляет всех участников задаться некоторыми сложными вопросами.
И, конечно, все это при условии, что внутри Европы ничего не пойдет не так. Европа страдает от одной из тех странных географических особенностей, когда достаточно плоская, "удобнорельефная" и легко проходимая часть континента убеждена, что она может и должна возглавить крупную консолидированную державу, в то же время достаточно полуостровных, горных или островных частей, чтобы быть домом для диссидентских держав, которые всегда будут разрушать такие мечты. Только во времена Порядка глобальный мир и богатство сдержали вековое соревнование между этими двумя видениями. Сдержали. Не убили. Несмотря на семьдесят пять лет исцеления и роста, безопасности и защиты, модернизации, свободы и демократии, внутренний гнев и недовольство сохраняются. Brexit, произошедший на самом пике глобализации, является тому примером. С уходом американцев это сдерживание закончится.
Проще говоря, германоцентричная система не может сохранить свое нынешнее положение и тем более развиваться, и никто в мире стратегически не заинтересован в ее спасении. Задача Центральной Европы будет заключаться в том, чтобы не дать немцам вести себя как "нормальная" страна. Последние семь раз, когда Германия вела себя как "нормальная страна", ситуация становилась... исторической.
Немного светлых моментов: меньшие торговые сети Европы выглядят более благоприятными, чем система, ориентированная на Германию.
Система, ориентированная на Швецию, может устоять. Цепочки поставок Северной Европы менее подвержены потенциальным угрозам, поставки энергоносителей более локальны, а демографическая ситуация менее возрастная и медленнее стареющая, что предполагает лучшее соответствие между спросом и предложением, которое в первую очередь ограничит необходимость внерегионального импорта и экспорта. В Северном море у скандинавов достаточно нефти и природного газа, чтобы удовлетворить почти весь свой спрос. "Всё", что им нужно сделать, это каким-то образом доставить различные промышленные ресурсы, которые им необходимы, с другого континента.
У них есть два варианта:
Первый - это партнерство с французской системой, по крайней мере, частично. Помимо того, что Франция может похвастаться достаточным внутренним потреблением, чтобы поглотить собственное производство, она также обладает достаточной географической изоляцией и позиционированием, чтобы добраться до необходимых ресурсов. Добавьте сюда компетентные экспедиционные вооруженные силы и почти галактический уровень самоуважения, и Франция вполне может идти своим путем. Швеции и друзьям было бы неплохо найти способ работать вместе с французами.
Второй вариант может показаться скандинавам более удобным: работать с англами. Скандинавско-британское сотрудничество против всего
