– Переброска военных сил альянса Макнем – Себу – Аджитар через Алестол на транспортных самолетах несколько затянулась, – продолжала разведчица. – Все необходимое им приходится перевозить без остановки на весьма солидное расстояние – большее, чем в нормальных условиях могут покрыть летающие лошади или себу. Многие их воины сильно изнурены; тех, кто не выдерживает и приземляется, усыпляют, а затем сжирают большие, плотоядные растения. Алестолов не следует недооценивать; к тому же некоторые из них имеют переводные устройства, не говоря уж о гипнотическом газе. Если один из тех, кто имеет переводчик, захватит аджитара или себу, он сможет послать их сражаться против собственного народа! Командующая довольно засмеялась.
– О да, алестолы – хитрый народ. Я слышала, они друг за другом отправляются в Зону, чтобы получить переводчики, причем платят из собственного кармана. – Тон ее изменился и стал более деловым. – Когда Макием соберет достаточно сил, чтобы двинуться дальше?
– Им потребуется два-три дня, не меньше, – неуверенно ответила Марка. – И, наверно, еще два дня уйдет на то, чтобы подойти к долине. Скажем, всего – дней пять.
Командующая задумалась.
– Пять дней? – переспросила она наконец. – Как тебе известно, мы выступаем сегодня; завтра до наступления темноты мы должны оказаться в долине и хорошенько там закрепиться. Передовой отряд вылетает на рассвете. Если повезет, мы удержим эту позицию до тех пор, пока наши друзья на вернутся с двигателями.
– А кто за ними отправится, кроме ламотиенов? – с любопытством спросила Марка. Она знала, что одних ламотиенов за двигателями никто не пустит. Яксы никогда им не доверяли.
– Только Бен Юлии может определить местонахождение установки, – отметила командующая. – Так что пошлем дашинов. Они лучше обмундированы для нетехнологического гекса и его узких троп, кроме того, коровы почти такого же роста, как обитатели Гедемондаса.
– А яксы? – испуганно спросила Марка.
– Мы извлекли из рубки системы управления, – напомнила командующая. – И будем осуществлять контроль издалека. Высоко в горах наши крылья могут потрескаться от холода, а снег не обеспечивает должного сцепления. Не беспокойся, дашины и ламотиены будут честно следить друг за другом.
– Но стоит ли так рисковать Юлином? – спросила Марка. – Ведь он наш главный козырь в этой игре. Разве не так?
– Нет, главное – двигатели, единственная часть корабля, которую невозможно продублировать. Если он доставит нам двигатели – прекрасно. Нет, то зачем он вообще тогда нужен? Честно говоря, я бы не возражала, если бы кое-кто из этих дашинских быков сломал себе шею в горах.
Марка сочувственно кивнула.
– Их государственная система нелогична. Противно смотреть, как коровы с ними носятся.
– К несчастью, Дашин для мужчин сущий рай, – вздохнула командующая. – Тебе ведь знакомы научные труды, которые они извергают на первого встречного, стремясь доказать превосходство быков? Мы тоже проводим научные исследования, которые, естественно, дают верные ответы. Рассматривая этот вопрос с эволюционной точки зрения, мы можем смело утверждать, что коровам с их умственным и физическим развитием предназначено быть тупыми, покорными рабами.
– Во всяком случае, в нашем распоряжении имеется гораздо лучший материал для отправки в холодные горы, чем тот, которым располагает Макием, – заявила Марка, меняя тему разговора на более приятную. – Себу туда поднимутся, но летать не смогут, хотя на земле они тоже ужасны. Макиемы в большие холода становятся несколько заторможенными, а летающие лошади аджитаров на такой высоте не представляют никакой ценности.
– Но сами аджитары могут действовать наилучшим образом, – заметила командующая. – И они прикрывают макиемов. Не следует сбрасывать их со счетов. Через несколько дней здесь состоится жесточайшая битва.
В ДРУГОЙ СТОРОНЕ
Антор Трелиг чувствовал себя великолепно. Война шла удачно: они пробились в Гедемондас, и ни один солдат, командир или политик не верил, что их можно остановить.
В палатку, где разместился командный пункт, вошел аджитарский генерал и с легким поклоном вручил Трелигу какой-то документ. Тот с интересом стал разглядывать бумагу, и на его лице мелькнул макиемский эквивалент ухмылки.
– Видел это кто-нибудь еще? Генерал покачал своей козьей головой.
– Нет, сударь. Разведчики сразу передали это в Генеральный штаб специально для вас.
Это была фотография, напечатанная на глянцевой бумаге: крупная, черно-белая; нечеткая, снятая с большого расстояния длиннофокусным объективом. Однако самые важные детали сразу бросались в глаза.
Большая часть фотографии осталась белой; еще больше отрезали при увеличении. Но на ней был ясно виден выступ скалы, на котором, отражая солнечные лучи, лежал блестящий предмет с плохо различимыми отметками на боку.
Трелиг даже не стал приглядываться. Он знал, что там изображено восходящее солнце с человеческим лицом, окруженное четырнадцатью звездами, рядом крупная надпись NH-CF-1000-1, а ниже, более мелкими буквами – "Народная победа". Силовая установка.
– Как вам удалось получить это изображение? – удивленно спросил генерал. – Я думал, что никто не в состоянии летать на такой высоте.
– Один из разведчиков себу превзошел себя, – ответил генерал. – Во время третьей попытки он сумел подняться над второй горной грядой и обнаружил там глубокую U-образную долину, забитую льдом. На склоне он заметил какой-то отблеск, но понял, что это место для него недостижимо; тогда он взял самый мощный объектив и, использовав светофильтры, сделал несколько снимков. Наилучший у вас в руках.
– А что слышно о яксах? – с тревогой спросил Трелиг. – Могут ли они или маленькие ублюдки-имитаторы обнаружить это место?
– Ни в коем случае, – заверил его генерал. – Яксы просто не в состоянии взлететь настолько высоко, чтобы достичь второй горной цепи. Себу, кстати, это тоже недоступно, разведчик, добывший снимки, при смерти. Если он выживет, станет героем. Что же касается ламотиенов, то позволю себе напомнить, что они могут лишь воспроизводить другие формы жизни, но не превращаться в них. Да, они летают, используя методику полета, применяемую яксами, но существенно модифицированную применительно к их форме и требованиям. Крылья у них такие же массивные, как у наших лошадей, и слишком тяжелые, чтобы забраться на такую высоту. Нет, я считаю, что тут мы имеем преимущество.
Трелиг скептически хмыкнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
