познакомиться с тобой, Равдан, – сказал Бер, когда Ведома усадила мужчин за стол и послала в погреб за пивом и заедками. – Мы ведь скоро будем в свойстве, как мне рассказал мой брат. Но пока мы оба не женаты, задумали мы с братом поискать себе подвигов и славы.
– Вас уже скоро ждут подвиги и слава. – Равдан бросил взгляд на Торлейва, напоминая об их недавнем разговоре. – Грядущим летом.
– До лета еще долго, и в походе на хазар наша слава померкнет в солнечном сиянии нашего родича-князя. Нам надо поспешить и доказать, чтобы мы тоже не из робких. И есть подходящий случай: мы прослышали об одном деле, подходящем, чтобы испытать свою смелость и удачу и сыскать немалой славы.
– Не знаю, слышал ли ты… – осторожно начал Торлейв, будто прикидывая, стоит ли делиться этим с Равданом. – Когда были здесь вятичи с Оки, они рассказывали про Кощееву гору…
– Это что еще за бредни?
– Есть в том краю, между Окой и Жиздрой, некое урочище…
Равдан об этом слышал впервые: на девичьих посиделках он не бывал, а Рагнора не пересказывала той болтовни дома. Теперь он слушал внимательно, но недоверие не сходило с его лица.
– И решили мы с братом, что это хороший случай для нас обоих, – сказал Торлейв, передав то, что слышал от вятичей, но пока умолчав о тех мыслях, которые привели к нему Бера. – В наш век уже не сыщешь змея лютого или еще какого чудовища, чтобы победить его и тем прославиться. А тут вдруг целый Кощей! Как можно сидеть дома и скучать всю зиму, когда можно пойти и схватиться с таким существом… живое оно или мертвое! Всякий, кто на это отважится, уж верно прославится.
– Конечно, таким зрелым, уважаемым людям, как ты, такие забавы уже ни к чему, – очень вежливо продолжал Бер. – Но мы с братом, пока молоды, хотели бы испытать себя и разгадать эту загадку.
– Вы думаете, там и правда может быть… Кощей? – Равдан всматривался в их лица, пытаясь понять, кого они морочат: только его или себя тоже.
– Мы потому и пришли к тебе, чтобы ты помог нам разобраться, – серьезно сказал Торлейв и немного подался вперед. – Из ныне живущих никто не знает о Кощее столько, сколько ты да твоя жена…
Торлейв бросил взгляд в сторону печи, где стояли, не сводя с них глаз, Ведома, Рагнора и Гостислава. Ведома смотрела с недоверием и испугом, ее дочери – вытаращив глаза и открыв рот.
– Я ведь много слышал о том, как Ведома и Прияслава провели три года в Кощеевом Подземье, – продолжал Торлейв. – Моя госпожа-княгиня не раз делилась со мной всем, что об этом помнит. Если бы Ведома увидела того Кощея, что на Кощеевой горе, она сразу бы сказала, тот или не тот. Но и тебе ведь об этом кое-что известно, Равдан. Ты ведь стал… если мне позволено так сказать… преемником Кощея.
Ведома опустила глаза. Она-то знала, что Равдан и был тем самым «Кощеем» и это с ним она прожила те три месяца, когда исчезла из дома, а потом отец ее объявил, что, мол, она была хозяйкой в Кощеевом доме, да не три месяца, а три года.
– Может, тебе известны какие-то особые приемы, чтобы одолеть Кощея, – доверительно и вкрадчиво продолжал Торлейв. – Конечно, я не о том говорю – по утку, зайца и яйцо, о чем знает всякая бабка.
– Но даже если это вовсе и не Кощей, а просто какой-то изгой, беглый убийца, собравший ватагу таких же, как он, все равно стоило бы с ним разобраться, чтобы не пугал людей, – добавил Бер. – Если вятичи его ватагу описали верно, то в ней собрались такие же, как ваши вилькаи, «зимние волки», только из иных земель.
– У живых людей не хватило бы смелости поселиться в городе, что погиб страшной смертью и населен мрецами!
– Но если там большая ватага, как же вы пойдете на нее – у вас мало людей, – сказал Равдан. – Или Тородд даст вам дружину?
– Моему отцу дружина нужна для сбора дани, а Ока лежит уже вне тех земель, где ее собирают. Позволишь ли ты нам набрать в Свинческе охочих людей? Мы можем хорошо заплатить. Будем отбирать только тех, кто побывал в вилькаях и знает лесную жизнь. Если бы ты поддержал нас, эти люди пошли бы с нами охотнее.
Равдан помолчал, глядя то в одно лицо напротив, то в другое.
– Вы не шутки со мной шутите?
Бер вместо ответа поцеловал золотое кольцо у себя на пальце, Торлейв коснулся ножа на поясе, потом лба и обоих глаз.
– Мы так же истинно собираемся на этого Кощея, как солнце повернуло к лету, – подтвердил Торлейв. – Настоящий он или нет – хотя бы выяснить это будет достойным подвигом, пока нет другого дела.
– Не можешь дотерпеть до лета? – Равдан усмехнулся.
– Летом через те земли пойдет войско Святослава. Мы, как его ближайшие родичи, должны выяснить, с чем ему предстоит столкнуться. И если этот Кощей появился не просто так… – Торлейв взглянул на Бера, потом опять на Равдана, – если этим боги подают знак Святославу… то наш долг – выяснить, не хотят ли боги дать знать, что преграждают Святославу путь к успеху. Сам знаешь, как это важно для нас. Да и для тебя тоже.
Равдан помолчал. Если поначалу он воспринял известие о Кощее на Оке как байку с посиделок, то последние слова Торлейва все перевернули в голове.
– Все идет к тому, что в недолгом времени нас ждут большие перемены, – негромко, но убежденно сказал Бер. – Убит Улеб, брат Святослава. Умерла госпожа Сванхейд. В Хольмгарде провозглашен князем сын Святослава. А сам Святослав собирается на хазар, чтобы положить конец кровавому долгу, которому же полсотни лет. Это может перевернуть сам Сыр-Матёр-Дуб, что на острове Буяне. Весь белый свет станет иным. Кто был силен – ослабеет, кто был слаб – возвысится, знаменитый впадет в ничтожество, безвестный – прославится. Прошлым летом боги послали Святославу золотой меч из могилы – это был знак. А теперь они посадили на его пути самого Кощея. Это тоже знак, и важно, какой окажется весомее. Видно, нижние боги недовольны удачей Святослава и пытаются ему помешать вопреки воле богов небесных.
– И вам непременно надо между ними встрять, – полуутвердительно пробормотал Равдан.
– Мы знаем, как много зависит от удачи Святослава для всей руси и Русской земли, – ответил Торлейв. – И для вас, смолян, тоже.
Все немного помолчали.
– Но как же Рагнора? – напомнила Ведома,
