одеяло и, позёвывая, сел на кровати.
«Наверное, не стоило так засиживаться», — подумал, промаргиваясь.
Вчера ночью, немного взгрустнув, после ухода Натала и Эрис я решил совместить приятное с полезным и потренироваться в управлении нежитью. Команды: «Люцифер сидеть! Люцифер лежать! И Люцифер к ноге!» весьма положительно повлияли на настроение. Наигравшись с пушистиком, решил полистать свои «записки вивисектора», приведя их в порядок и наметив наиболее перспективные и быстро проверяемые идеи.
Как-никак, есть шанс вскоре повстречать большую партию «добровольцев», а может, даже и две — если, кроме «друзей» толстого караванщика, повезёт наткнуться на неуловимую (потому что до того, как они ограбили и отправили на тот свет семью какой-то шишки, их никто особо не ловил) банду дезертиров.
Для начала хотелось бы проверить, как поведёт себя марионетка, если при жизни её накормить стимуляторами. Конечно, на мертвяков не действовали яды, но мало ли? Одно дело — иммунитет уже-мёртвого, другое — состояние ещё-живого. Также по некотором размышлении я пришёл к выводу, что излучением Яцуфусы можно попробовать не только убивать и пытать, но и, как ни странно, лечить.
А что? Если концентрация молний-не-молний падала ниже предела, разрушающего энергетику, сила тэйгу оказывала стимулирующее влияние. Значит, если получится сделать энергию более разрежённой и менее агрессивной, то можно подстегнуть регенерацию. А то и не только её. Собственно, это проверялось и на животных, но в моей ситуации разбойничья «длинная свинья» — много доступней обычной хрюшки.
Посетили меня и другие небезынтересные мысли, скрупулёзно записанные в блокнотик, чтобы в ответственный момент не тратить лишнее время на копание в памяти. Ну, а когда источник креатива истощился, я решил полистать на сон грядущий «Героя копья». Увлекательное чтиво. Так что на сон осталось, — рука потянулась к лежащим на тумбочке карманным часам, — чуть больше трёх часов.
— Ну и ла-адно, — зевок, — в могиле отоспимся, хе-хе, — трофей щёлкнул золотой крышкой и отправился на место.
Хотя при планировании операции я не собирался брать у раскулачиваемых бандитов ничего, кроме денег — но, походив и поглазев на потенциальную добычу, пересмотрел своё решение. Так в рюкзаке Прапора рядом с автоматом, патронами, контейнером с разными сильнодействующими наркотиками, документами, ценными бумагами и прочими полезными для дела вещами оказались и симпатичные золотые часы с рубинами, серебряная фляжка с имперским гербом и даже любопытная иллюстрированная книга о традиционных пытках и казнях разных народов континента.
Да… в этом плане память прошлой жизни на меня повлияла не самым положительным образом. Раньше я не была такой барахольщицей.
* * *
Хорошенько размявшись, потренировав духовное восприятие и контроль над своей энергетикой, я направил стопы в обеденный зал: к тому времени он уже начал свою работу. В качестве завтрака выступали вчерашние пирожки с фруктами и кофе. Последний, в отличие от выпечки, оказался не очень. Причём до такой степени, что его не спасали даже шесть кубиков сахара и затрофееный у бандитов коньяк из фляжки. Удивительно, но даже дешёвая растворимая бурда из прошлого мира не смогла сравниться с этим, хм, продуктом. Стоило, как и вчера, заказать чай.
Рядом на стуле сидел пушистик и меланхолично жевал свою пищу, иногда лениво дёргая длинным ухом на слишком громкие голоса деловито мельтешащих караванщиков и половых.
Кстати, Люц вчера навёл меня на одну идею, и теперь, если повезёт, он со временем сможет превратиться в нечто большее, чем обычный кролик. Безуспешно пытаясь активировать способности живых подопытных за счёт накачки их своей силой, я как-то забыл, что у меня есть марионетки, которые не только не дохли от чужеродной энергии, но и имели удобный канал для подпитки. И теперь некрокролик — так, для начала — получал аж в два раза больше силы, чем требовалось для его существования.
Посмотрим, к чему это приведёт.
Поморщившись, отставил недопитую чашку остывшего и оттого ставшего ещё противней кофе. Гадость! Подозвав слугу, заказал у него чай. Под новый напиток завтрак пошёл веселее, но в одиночестве сидеть оказалось скучно. Я уже начал подумывать поскорее доесть, вернуться в номер и за книгой подождать пока не выйдут остальные, но появление Эрис прервало эти размышления.
— Не бери у них кофе. Он здесь напоминает болотную воду с уксусом, — посоветовал севшей рядом блондинке. Она сонно кивнула и заказала булочку с чаем.
— Ты сегодня рано, — обратился к сомнамбулически поглощающей завтрак девушке. — Какой негодяй тебя поднял, а пробудить забыл?
— Всё эта ужасная птица! И как крестьяне их терпят? Спать же невозможно! — ворчливо отозвалась блондинка, пройдясь по «противной птице» и туповатым черноногим, которые разводили у себя под боком мешающих спать утренних крикунов.
— А они и не спят, — улыбаюсь, выслушав экспрессивный спич. — Петух для крестьян как будильник. Начал орать — значит, пора просыпаться и идти пахать, разом за себя и за того парня.
— И всё равно, петух — отвратительная птица! Не то, что милый кролик, правда, Люци? — ожившая девушка, посадила ушастого себе на колени и стала с улыбкой поглаживать. Люцифер, как истинный искуситель, с лёгкостью подчинял своей воле прекрасных дев: теперь не только Акира, но и Эрис пала под натиском его демонической харизмы. — И про какого парня ты говоришь, Куроме?
— Про их помещика, конечно, — хмыкнул я, — а ещё про его семью, слуг и всех тех, на кого он разбазаривает собранные средства.
— Ты не любишь владетельное дворянство? — Эрис изогнула светлую бровь.
— А за что их любить? Налогов не платят, развитием земель в большинстве своём не занимаются, только недополученные казной средства проматывают и сословную ненависть плодят. Бесполезный народец.
— Позволь с тобой не согласиться, Куроме. Дворянство всегда было главной опорой Империи. Именно благодаря силе и самоотверженности предков наша страна стала величайшей в мире… — увлёкшись, девушка прочла практически мини лекцию. Эрис (вероятно, в силу специфики образования и воспитания) смотрела на «лучших людей Империи» с некоторым пиететом. Поэтому девушка решила вступить со мной в полемику. Не особо жаркую, так, чтобы не сидеть молча.
Нетрудно заметить, что политика не входила в список животрепещущих для начинающей певицы тем.
— И именно благодаря потомкам этих героев-завоевателей она оказалась в той яме, в которой пребывает сейчас, — ответил в тон, мысленно добавив, что мои предки, скорей всего, простые землепашцы и к завоеваниям отношения не имели.
Собственно, я тоже не слишком стремился навязать свою точку зрения, больше интересуясь позицией имперского дворянства в лице одной симпатичной блондинки. Хотя иногда меня заносило. Всё-таки многие привычные и от того нормальные для Эрис вещи для меня являлись очевидной дуростью и вредительством. Само собой, идей вроде развешивания
