Алией был, потом уехал, вот и не заметил, — вру я.
— Странно, у тебя грудь набухшая, — замечает Хайдар. — Говорят, что при беременности такое бывает. Мы с тобой совсем не предохранялись. Я был уверен, что ты забеременеешь.
— Доктор говорила, что могут быть сбои. Хайдар, а вдруг я не смогу родить тебе ребёнка?
— Это ничего не изменит между нами. Подождём ещё пару месяцев, затем обратимся к врачам. Если будет нужно, пройдём обследования в зарубежных клиниках, — уверенно произносит мужчина. — В любом случае, подобные выводы делать слишком рано. Ты из-за этого такая расстроенная в эти дни? Что не забеременела?
Всё же он заметил.
— Есть немного, — шепчу я, еле сдерживая в глазах слёзы. — Хайдар, люби меня. Долго-долго и нежно-нежно.
— Моя глупая девочка, — шепчет мужчина и накрывает мои губы поцелуем. — Почему ты мне сразу про свои волнения не рассказала? Всё у нас получится. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, — произношу, глядя в его глаза. — Хайдар, всегда помни, чтобы не произошло. Я люблю только тебя. Всегда буду любить. Несмотря ни на что. Верь мне, пожалуйста.
— Лиза, ну перестань, — просит мужчина. — Не накручивай себя. Даже, если Алия родит мне десять сыновей, а ты не сможешь, я не откажусь от тебя.
— Пообещай, что ты никогда не забудешь, что я тебе сказала. Пообещай! — прошу я.
— Обещаю!
— Что, обещаю? — не отстаю от него.
— Всегда буду помнить, что ты меня любишь, — покорно повторяет мужчина. — Иди сюда, я лучше тебе покажу.
Утром Хайдар улетает в один из дальних городов Афганистана — Мазари-Шариф. Отец находит для него там срочное дело. Буквально через несколько минут другой вертолёт приземляется на площадке. Стас с утра успел о многом рассказать Дарье, поэтому она без страха уходит с нами. Но девочка тоже растеряна и подавлена. Как-то мягче её подготовить мы не могли, боялись, чтобы ребёнок случайно не проболтался кому-нибудь.
Почти никаких вещей мы с собой не берём. Некогда возиться с багажом. Середина марта и в Джелалабаде очень тепло, а в Москве будет ещё холодно. Стас сразу надел брюки и рубашку европейского образца, а на мне одно из привычных платьев и полностью закрытый синий хиджаб. Сегодня так нужно.
В единственном чемодане, который берёт с собой Стас, купленная им верхняя одежда и брючный костюм для меня. В вертолёте Дарья всё же начинает плакать, крепко цепляясь за мою длинную юбку.
— Всю хорошо, Даша, — пытаюсь успокоить я девочку. — В стране, куда мы летим, тебе будет намного лучше. Ты никогда об этом не пожалеешь.
Ребёнок кивает головой, но ещё всхлипывает, и я глажу её по вздрагивающей спине. Поднимаю голову и вижу в дверях дома Алию. Пока второй лётчик закрывает дверь вертолёта, наши глаза на несколько секунд встречаются.
Первая и уже единственная жена Хайдара тоже рада тому, что я ухожу из её жизни. Черноволосая и темноглазая дочь гор получила от меня самый ценный подарок в мире. Пусть пробует его удержать.
Вертолёт взмывает в воздух. Я, как и отец, покидаю это место на боевой машине. Только папа вернулся домой мёртвым, с пометкой «груз двести». А я могу дышать, но сердце остановилось, едва вертолёт оторвался от площадки. Живым моё сердце может быть лишь с мужчиной, которого я, вполне возможно, больше никогда не увижу.
Мы летим над зацветающими фруктовыми деревьями. Даже здесь, в высоте, воздух наполнен ароматом апельсина. Сейчас в Джелалабаде самая красивая пора. Время цветения фруктовых деревьев. Но я вряд ли смогу когда-либо любоваться цветущими садами. Я всегда буду помнить, что в это, самое прекрасное и чудесное время в году, я не стала женой человека, которого любила больше жизни.
В Кабуле пересаживаемся в старый самолёт. Обращаю внимание на то, что в нём мы с Дарьей единственные женщины на борту. На этом рейсе стюардессы не приветствуют пассажиров и не объясняют правила надевания спасательных жилетов и кислородных масок. Летающие этим рейсом мужчины не смотрят и не слушают, что им говорят женщины.
Во время взлёта один из самых старших мужчин произносит какую-то молитву, и самолёт начинает набирать скорость. Стас находит под хиджабом мою руку и с силой сжимает в своей ладони.
— Не плач, Лиза. Помни о ребёнке.
Глава 61. Невыносимо
В московском аэропорту я переодеваюсь в ближайшем туалете. О том, что хиджаб мне уже не понадобится, жалею лишь по одной причине. Он скрывал моё зарёванное лицо.
Пересадки на минский рейс ждём недолго. Даже покушать не успеваем. Пока летим, я думаю не о Хайдаре, а о более насущных вещах.
Как мне жить дальше?
Сразу поедем с Дарьей к родителям, больше нам ничего не остаётся. Денег у меня нет. Все подаренные женихом драгоценности я тоже оставила в нашей спальне. На мне только небольшие золотые серёжки. Если у меня родится дочка, я отдам их ей. Как единственную память о её отце.
Какая ирония судьбы! Мой ребёнок тоже будет носить девичью фамилию своей матери.
— Стас, а как нам теперь развестись? Нужно подавать документы в американское посольство?
— Что? — не понимает он.
— Ты же вернёшься обратно в Америку? — уточняю я свои предположения. — Нам нужно развестись до твоего возвращения? Мне необходимо как можно быстрее найти работу, чтобы не возникло проблем с Дарьей. У меня могут потребовать при нашем разводе какие-нибудь гарантии, что я смогу её содержать? Если успею, уже сегодня съезжу на предприятие и заберу свою трудовую. Что не так?
Замечаю, что мужчина хмурится.
— Лиза, ты что, прямо из аэропорта к родителям собралась?
— А куда ещё? Пустят пожить на некоторое время. Хайдар им достаточно отдал денег. Если и потратят на нас с Дарьей пару сотен, — жму плечами я. — Пусть говорят мне в лицо, что хотят. Это меня больше не волнует. А Дарья ещё плохо знает язык, чтобы понять, что нас оскорбляют. Но при ребёнке, я уверена, они ничего не станут говорить. Все же мои родители не настолько жестокие люди.
— А дальше что?
— Буду искать работу, пока живота не видно. Если получится, снова стану снимать квартиру у отчима. Станем с Дашей учить язык, чтобы осенью она могла пойти в школу. Больше ни о чём пока не думаю. Ты не переживай, я тебя беспокоить не буду, — стараюсь говорить, как можно более убедительным тоном. Не хватало ещё, чтобы Стас подумал, что я стану просить его решать все мои проблемы. — Спасибо тебе большое, что помог нам.
— Лиза, из аэропорта мы вернёмся в дом Хайдара. Мы
