Читаем без скачивания Черника в масле - Никита Максимов

Итак, находя новую уязвимость, они проверяли, есть ли след проникновения через неё и если подозрения были, выясняли, куда могли вести следы. Обычно здесь была главная нервотрёпка. Уйди цепочка в страну с традиционно сильными позициями в киберпреступности – Китай, Индию, Корею или на Ближний Восток – и риск того, что они никогда в жизни не найдут концов нити, становился пугающе велик. Однако им повезло. После того, как они после тщательной проверки отбросили несколько ложных направлений, осталась единственная «дорожка из хлебных крошек», как в шутку назвала её Сандрин. От серверов «НАПС» она убегала через Орегон на север, прыгала по дата-центрам Сиэтла, разом перемахивала океан, краешком цепляла Окинаву, чиркала по Китаю, оставив в истории адрес крупного узла в Шанхае, потом, как пьяная, болталась по Юго-Восточной Азии и, наконец, забредала в австралийский Мельбурн.

Когда след взломщика покинул столь опасные азиатские просторы, все вздохнули с облегчением, но расслабляться было рано. Дальше след снова совершал головокружительный прыжок над Тихим океаном, чтобы вернуться в Южную Калифорнию. Оттуда он стрелой летел на север, пересекал канадскую границу, чтобы отметиться в новом крупном центре разработки в Калгари, затем немедленно снова возвращался на юг и, минуя Чикаго и Средний Запад, опускался прямо к южным штатам.

«Ну, здравствуй, гадёныш».

Здесь она прервалась. Нужно было срочно известить агента Мартинес о том, что атака не была организована извне.

После нескольких встреч и бесед с Джейд Мартинес, когда она немного привыкла к магическому действию, который оказывал её голос, Сандрин Чанг наконец-то сообразила, кого ей напоминала эта женщина.

Пуму.

Крепкую, хорошо тренированную горную хищницу, у которой за скромным обаянием двух светлых пятнышек на морде кроется недюжинная физическая сила, выдающаяся ловкость и отменная реакция. Удобные брючные костюмы, которые обычно носила агент ФБР, неплохо гармонировали с этим образом, поскольку она обычно предпочитала тёплые оттенки – светло-коричневый, песочный. А то, что в определённые моменты под тонкой тканью этих костюмов перекатывались крепкие мускулы, только добавляло полноты картине.

Сандрин вышла на улицу, в небольшой парк, окружавший корпус «НАПС».

– Мартинес, позвонить.

Телефон послушно набрал номер. Джейд отозвалась через несколько секунд.

– Слушаю тебя, Сандрин.

– Привет. У меня новости.

– Действительно? Давай, я вся – внимание.

– Джейд, наш взломщик не из-за границы. Он местный.

Пару секунд собеседница молчала.

– Ты уверена?

– Абсолютно. И это не только моё мнение. Ваши ребята и парень из АНБ со мной согласны. Они сейчас пишут отчёт, но я решила позвонить тебе сразу, не дожидаясь официальных заключений.

– Спасибо. Смогли определить место?

– Ага. Начальная точка в Алабаме, где-то в окрестностях Бирмингема.

– Бирмингем? Точно?

– Точно-точно! Мне нужно время, чтобы определить исходный «айпишник», с которого он вошёл в сеть, потому что он здорово попетлял по окрестностям, путая следы. Но мы его найдём.

– Отлично. Сколько времени вам понадобиться?

– Несколько часов. Может быть – полдня. Но точно не больше суток.

– Прекрасно, – было слышно, что Джейд убрала телефон и говорит кому-то в сторону: «Райан, закажи два билета до Бирмингема. И извести местное управление. Да, на ближайший рейс. Мы с тобой летим в Алабаму». Потом её голос вернулся в трубку: – Сандрин, мы с агентом Маршаллом немедленно вылетаем туда. Могу я тебя попросить о дружеской услуге?

– Конечно, – наверное, неплохо иметь друга в ФБР.

– Не бросай это дело. Я понимаю, что вы все устали до чёртиков, но всё-таки. Пожалуйста, узнай, откуда этот паршивец залез в сеть, и сообщи мне немедленно. Слышишь? Немедленно, в любое время. Чем быстрее я смогу взять его за задницу, тем быстрее во всей этой истории наступит хоть какая-то ясность. Сделаешь?

В голосе агента Мартинес звучали обволакивающие нотки, которые не в силах был спрятать даже телефон. Но в этом сеансе гипноза не было необходимости. Сандрин сама не собиралась выпускать поводья из рук до самого конца.

– Разумеется, Джейд. Можешь на меня положиться.

Спутниковая антенна в сложенном состоянии весила всего полкило и занимала объём не больше среднего мужского автоматического зонта. Но зато, развернувшись в полный размер, создавала сетчатую чашу диаметром почти в два метра. Вполне достаточную, чтобы обеспечить устойчивый канал связи с блоком ретранслятора, расположенном на астрофизическом спутнике, зависшем в точке Лагранжа L3 системы Земля-Луна. Это место в околоземном пространстве находится на прямо противоположной от нашего ночного светила точке лунной орбиты, по другую сторону Земли. Главное его достоинство заключается в том, что гравитационные силы здесь уравновешивают друг друга, и любой размещённый тут искусственный объект будет подвергаться минимальному воздействию с их стороны. Хороший вариант для разнообразной научной аппаратуры. Ну, а государственные органы, участвовавшие в финансировании проекта, не смогли отказать себе в удовольствии разместить здесь блок ретранслятора, способный принимать сигнал с любого участка земной поверхности, оказывающегося в зоне прямой видимости. Такой вариант был придуман специально для того, чтобы иметь аварийный канал передачи данных для районов, откуда невозможно будет связаться с обычными военными или разведывательными спутниками связи. Ретранслятор был абсолютно секретным элементом конструкции, по документам проходил, как часть системы навигации и стабилизации. Естественно, что учёные, занимающиеся эксплуатацией станции, понятия не имели о его истинном предназначении. Ну, а в остальном чисто научное назначение плюс международный статус обсерватории служили прекрасной ширмой для столь полезной в определённых условиях функции.

После того, как антенна с шелестом развернулась, вступил в действие компактный, но чрезвычайно точный механизм наведения. Определив своё географическое положение, он нацелил чашу на точку небосвода, в которой сейчас должна была находиться орбитальная лаборатория с неучтённым «пассажиром» на борту. Нащупав периодически издаваемый спутником сигнал, антенна послала на ретранслятор серию коротких импульсов, чтобы установить связь. Распознав необходимый код, системы спутника подправили его положение в пространстве и отправили вниз ответную серию.

Канал открылся.

Обмен данными занял несколько секунд. Сообщения были короткими – всего по несколько килобайт каждое. Слишком маленькими для того, чтобы их можно было отследить, но вполне достаточными для передачи отчёта агентом и получения им свежей информации и инструкций.

Новости были интересными.

«Есть точные координаты места падения самолёта». Но дальше инструкция прямо запрещала агенту приближаться к месту катастрофы. Подтверждение будет получено другими методами, первоочередная же задача прежняя – поиск выживших пассажиров и членов экипажа, тем более что есть подробные списки уцелевших. Координаты же разбившегося самолёта предлагалось использовать в качестве очередного элемента в системе поиска.

Данные сразу подгрузились в электронный планшет. Он позволял масштабировать карту от обзорного вида всего региона до разрешения, на котором были видны самые мелкие детали местности – озёра, болота, лесные и просёлочные дороги. Плюс к этому можно было послойно выводить карты за разный период времени, что могло бы подбросить новую пищу для размышлений.

«Интересное кино».

Если добавить координаты упавшего самолёта к месту самого громкого происшествия последнего времени – перестрелке в Екатериновке, то образовывалась некоторая ось, к востоку от которой было слишком много дорог и жилых населённых пунктов, а к западу простиралась почти на две сотни километров безлюдная глушь. Жаль, что не было третьей точки, какого-нибудь события, чтобы очертить район поиска более точно. Хотя…

Что, если порыться в старых данных? Тех времён, когда тайга ещё не была пуста и в ней жили люди? Надо же где-то им жить и сейчас.

Генерал армии Нефёдов терпеливо ждал. Держал трубку телефона и слушал сопение и пыхтение своего невидимого собеседника. И, слава богу, что невидимого! Срочность вопроса избавила начальника Генштаба от необходимости ехать и лицезреть очередные судорожные телодвижения высшего должностного лица в процессе принятия решения.

– Господин президент! Мне необходимо получить ваш ответ.

С той стороны донёсся глубокий вздох.

– Какой же ответ вам нужен?

– Мне нужен прямой и чёткий приказ, какие действия должны предпринять вооружённые силы под вашим командованием. – Нефёдов преднамеренно выделил слово «вашим» особым нажимом в голосе. – И позвольте напомнить, что у нас очень мало времени. Наш источник сообщил, что точные координаты падения самолёта стали известны спецслужбам НАТО несколько часов назад. Службе внешней разведки удалось по своим каналам получить эти данные, и мы готовы подтвердить – они подлинные. Наша армейская поисковая группа нашла сбитый самолёт именно в этом месте. То есть мы можем уверенно предположить, что прямо сейчас наши оппоненты принимают свои меры для того, чтобы получить подтверждение этой информации. Скорее всего, это будут средства воздушного или космического базирования, которые попытаются сфотографировать указанный район. Я уже отдал приказ усилить контроль за нашим воздушным пространством и его проекцией на околоземную орбиту. Но мы не располагаем сведениями обо всех возможностях наших потенциальных противников и поэтому Генеральный штаб в моём лице не может дать гарантий, что они не смогут получить эти снимки.