- Господин, если вы меня только не прогоните, я продолжу служить вам, пока не отдам долг своей благодарности.
- Долг? И как же ты его определишь?
- Сердце подскажет, господин.
В ответ мне осталось только хмыкнуть и утвердительно кивнуть головой. Затем был вечер у костра, где я попрощался со своими солдатами. Было много вина и разговоров. После чего устроил пирушку для знакомых офицеров, числившихся в моих приятелях. На следующий день рано утром, со своими телохранителями, я покинул расположение военного лагеря.
Утром третьего дня пришел в гостиницу "Серебряный кувшин". Винценто Перроне завтракал кашей с мясом, но, увидев меня, сразу отодвинул деревянную тарелку в сторону. Я подсел к нему.
- Вы... согласны? - сдавленным шепотом спросил он меня.
- Согласен.
- Хорошо. Очень хорошо. Теперь...задаток.... Я сейчас его принесу.
- Не суетись. У меня к тебе есть еще вопросы.
Мы выехали рано утром следующего дня. Сын коменданта резко выделялся своим видом на нашем фоне. Джеффри и Игнацио щеголяли в прекрасных кольчугах - хауберках, поверх которых были надеты стальные нагрудники, а на ногах - набедренники с вертикальными полосами. Руки защищали наплечники, налокотники и наручи. Хотя на их щитах отсутствовали какие-либо эмблемы, по виду их можно было принять за рыцарей. Я был одет так же, только вместо нагрудника на мне был надет пластинчатый панцирь, а мое оружие выглядело еще богаче и наряднее. Большую часть пути мы проехали молча. Общих интересов у меня с Винценто Перроне не было, а по поводу спасения графини мы уже обсудили все, что было можно наедине. Мои телохранители ехали, молча, как и подобает хорошо вышколенным слугам дворянина. Я тоже не стремился заполнять время пустыми разговорами, так как мне и без этого было о чем подумать.
Я знал, что за Реджио борются три семейства: миланские Висконти, мантуанские Гонзага и феррарские д"Эсте. Им было за что бороться. Город стоял на пересечении северных торговых путей: бесчисленные обозы с товарами почти непрерывной вереницей шли по этим дорогам, соединяющим Русь, Турцию, страны Азии, Византию с Европой.
Исходя из этого, нетрудно было сделать вывод: независимый город со своим правителем был им не нужен. Значит, графиня и ее сын были обречены, впрочем, как и Чезаре Гонзага, ставленник дома д"Эсте. Чем он руководствовался, влезая в эту авантюру, я мог только предполагать. Скорее всего, Хранители обещали ему всестороннюю поддержку, в том числе помощь в свержении Фредерико Гонзага, что означало возможность сесть в кресло герцога Мантуи. Потом что-то пошло не так. Похоже, не дождавшись помощи от Хранителей, он решил разыграть свою карту и сделал ставку на графиню, чьи богатые и громадные владения, а так же деньги, могли стать отличной основой для его войска.
После того, как получил неоднократный отказ, он решил пойти ва-банк и запросил помощь в Ферраре. Николо д"Эсте прекрасно понял выгодность подобной ситуации и пошел ему на встречу. Только одного я сейчас не мог понять, на что Чезаре Гонзага рассчитывает. Тот должен прекрасно понимать, что стал марионеткой в руках д"Эсте.
Ведь стоит ему лишиться покровительства правителя Феррары, как через неделю под стены Реджио явится армия герцога Мантуи за его головой. Да и Беатрис прекрасно должна была это понимать. Так почему, черт побери, она полезла во все это?! Месть за своего поэта? Но насколько я сумел ее узнать, она была умной и трезвомыслящей женщиной, обладающей твердостью духа и умеющей держать свои эмоции в узде. Не ей ли понимать, что для того чтобы удержать за собой город мало иметь богатую родословную, деньги и быть хорошим политиком. Здесь надо быть хорошим воином и опытным полководцем. А еще иметь влиятельных друзей.
"Так какого дьявола она полезла в эту круговерть?! Есть же богатые владения! Сила в полторы тысячи солдат! Три укрепленных замка! Один Роккалеоне чего стоит! Что тебе еще нужно?! Власти, почета и уважения захотелось?! Вот получи теперь, девчонка!".
Чтобы унять не вовремя разбушевавшиеся эмоции, я стал смотреть по сторонам. Как я мог уже убедиться, дороги Италии мало чем отличались от дорог Франции и Англии. Та же дорожная пыль, правда, грязи не в пример меньше, так как солнечных дней здесь намного больше, чем в Англии. С другой стороны, когда жарко, то это плохо для тех, кому приходиться изо дня в день носить на себе железо.
Я уже неплохо разбирался в сложных взаимоотношениях, сложившихся между городами - государствами, но если представить Италию, как единое государство, то это была страна монастырей, купеческих гильдий и банкирских компаний. Что подтверждалось путешественниками, бредущими и скачущими по дороге. Среди них, не менее пятидесяти процентов, представляли собой монахи различных орденов и купеческие обозы. Правда, банкиров на дорогах днем с огнем не найдешь. Эти сидят в больших городах и считают деньги. Правда, на исходе второго дня нашего путешествия мне пришлось изменить свое мнение, а заодно познакомиться с типами местных грабителей.
Тучи затянули небо, где-то вдалеке ударил гром. Затем громыхнуло во второй раз, и едва раскат смолк, как ударила молния, после чего на землю упали первые капли дождя. Съехав с дороги и соскочив с коней, мы только успели спрятаться под деревьями, как дождь полил, словно из ведра. Прижавшись спиной к стволу дерева, я думал переждать, но не прошло и пяти минут, как первая капля упала мне за шиворот.
"Ну, все! Быть мне мокрым".
Гроза бушевала еще минут двадцать, качая кроны деревьев и поливая дождем, потом ушла куда-то на восток. Из-за туч робко проглянуло солнце, затем спряталось за очередную черную тучу. Снова резко потемнело. Похоже, шла новая гроза.
"Придется ночевать в мокром лесу. Что ж, нам не привыкать".
- Устраиваемся на ночлег здесь. Похоже, небо затянуло надолго.
Быстро сделав два шалаша, мы собирались взяться за ужин, как я вдруг неожиданно что-то почувствовал. Это не было интуицией, а своего рода звоночек, дававший знать об опасности, когда та появлялась на грани человеческого восприятия. Вот и сейчас прозвучал сигнал тревоги в моем сознании. Я поднял руку, и все замерли. Даже сын коменданта тюрьмы, хотя и не понял, что происходит. Но когда спустя с десяток секунд явственно послышались звуки, стало ясно, что через лес к дороге двигается небольшой отряд, причем скрытно.
"Разбойники! - сразу мелькнула у меня мысль.
Впрочем, не у меня одного. Руки моих телохранителей уже легли на рукояти мечей, а тела напряглись, готовые к схватке. Я осторожно приподнялся и замер. Остальные тут же последовали моему примеру, за исключением сына тюремщика. Тот, наоборот, втянул голову в плечи и приник к земле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
