Важным шагом стала публикация библиографического списка советской детской литературы. Первый том (1933) покрывал период от 1918 до 1931 годов. Редактором этого и последующих томов стал Иван Старцев (1896 – 1967). Последний том (1967 – 1969) был опубликован в 1973 году, уже после смерти Старцева, а сама традиция подобных изданий просуществовала до середины 1980-х.
Съезды и совещания
Максим Горький стал одним из инициаторов создания Союза советских писателей в 1932 году. Первым делом распустили все существующие писательские объединения; многие с облегчением приветствовали такое начинание, поскольку в новом союзе всем писателям были обещаны равные права. Вместе с тем это был огромный, с катастрофическими последствиями, шаг в направлении унификации литературы.
Первый Всесоюзный съезд советских писателей был созван в 1934 году. Председательствовал Горький. В речи на открытии съезда он подчеркивал основную задачу Союза – советская литература в мировой культурной революции должна стать ведущей силой, нацеленной на победу над коррумпированной буржуазией: «Мы выступаем как судьи мира, обреченного на гибель, и как люди, утверждающие подлинный гуманизм – революционного пролетариата, – гуманизм силы, призванной историей освободить весь мир трудящихся от зависти, подкупа, от всех уродств, которые на протяжении веков искажали людей труда»[439]. Героем новой литературы должен стать рабочий в его героической борьбе за бесклассовое коммунистическое общество.
Съезд признал социалистический реализм основным методом и эстетическим стандартом литературы. Таким образом, писатели прежде всего призывались к «изображению действительности в ее революционном развитии»[440]. Новая литература (включая и детскую) обязана следовать этой тенденции, открыто принимать сторону прогрессивных сил, она должна воспитывать читателя на примерах положительных героев, вселять оптимистическую веру в силу человеческих возможностей и человеческого разума.
С самого начала Союз писателей обращал особое внимание на литературу для детей и юношества. Сразу же была создана секция детских писателей. На съезде Горький только мимоходом упомянул детскую литературу, но по его настоянию Самуил Маршак приготовил длинное выступление о специфических проблемах этого жанра. Название доклада Маршака – «О большой литературе для маленьких» – стало расхожим выражением, но содержание оказалось не столь памятным. В докладе множество обтекаемых фраз, ведь конгресс и был созван, чтобы показать: время конфликтов позади, и пора объединить все силы в борьбе за создание истинно советской литературы. Именно поэтому Маршак так яро восхвалял Октябрьскую революцию: «Только революция научила нас говорить с детьми без ложной сентиментальности, без фальшивых идиллий, говорить с ними о реальной жизни, суровой и радостной»[441].
Когда Маршак вел речь собственно о детской литературе, основываясь на собственном опыте, появлялись более живые интонации:
Если в книге есть четкая и законченная фабула, если автор не равнодушный регистратор событий, а сторонник одних своих героев и враг других, если в книге есть ритмическое движение, а не сухая рассудочная последовательность, если вывод из книги не бесплатное приложение, а естественное следствие всего хода фактов, да еще если ко всему этому книгу можно разыграть как пьесу или превратить в бесконечную эпопею, придумывая для нее все новые и новые продолжения, то это значит, что книга написана на настоящем детском языке[442].
В своей речи Маршак упомянул и недавний опрос читателей: «Какие книги ребята читают и о чем еще хотели бы почитать?». Вместе с Горьким Маршак проанализировал более двух тысяч ответов. Вырисовывалось общее впечатление, что новый советский человек уже появляется на свет. Дети хорошо разбирались в политических вопросах и почти все интересовались книгами о социалистическом строительстве. Теперь дело было за писателями, и Маршак советовал им, каких направлений должна держаться детская литература:
Каждый день жизнь исправно и аккуратно сама поставляет нам на нашу литературную фабрику героические сюжеты. Их можно найти и над землей, и под землей, и в шахте, и в школе, и в поле, и в настоящем, и в прошлом, и в будущем, потому что будущее нам открывается с каждым днем, а на прошлое мы смотрим новыми глазами[443].
С самой высокой трибуны в стране Маршак – вчерашний авангардист – призывал товарищей-писателей к социалистическому реализму. Как и Горький, он хотел верить, что литература может появиться по команде и в то же время обладать высокими художественными достоинствами: «Детская литература должна быть делом большого искусства. Многие из нас еще не понимают этой простой истины»[444].
Рядом с Маршаком была Агния Барто, которая тоже указывала на большую ответственность, лежащую перед детской литературой. Как и большинство присутствующих на съезде писателей, Барто повторяла слова Сталина о том, что писатели – «инженеры человеческих душ»: «К детским писателям это относится вдвойне. Мы формируем души, начиная это формирование с примитива»[445]. Поэтому необходимо глубокое понимание детской психологии и детского развития. Барто затронула и проблемы, которые впоследствии снова и снова обсуждались на съездах и конференциях: нехватка литературы для самых маленьких, низкие художественные стандарты большинства книг, отсутствие профессиональной литературной критики.
От съезда писателей ожидалось многое, и, казалось, ситуация прояснилась. Хорошим знаком стало то, что атаки на сказки и фантастическую литературу постепенно исчезли. Партийное постановление 1933 года даже провозгласило, что сказки – необходимая часть детской литературы. Журнал «Детская литература» мгновенно переменил курс, а «Еж», где преобладали поэты-обэриуты, снова начал печатать сказки. Конкурентами его стали два новых, недолго проживших юмористических журнала для детей, «Ванька-встанька» (1936) и «Сверчок» (1937). С 1930-х годов начали появляться в печати хорошие авторские сказки Алексея Толстого, Валентина Катаева, Евгения Шварца, Вениамина Каверина и Аркадия Гайдара. Вместо только что закрытого «Ежа» стал выходить «Костер» (1936 – 1947, 1956 – 1991). Номинально Маршак являлся его литературным консультантом, но на самом деле был его главным редактором в первые два года существования журнала.
В январе 1936 года настало время следующего съезда – Первого совещания по детской литературе при ЦК ВЛКСМ, проходившего под эгидой комсомольской организации. Такие известные авторы, как Чуковский, Маршак, Барто, Житков, Пантелеев, Ильин, Квитко, Пришвин, Толстой, Лев Кассиль, Рувим Фраерман и Константин Паустовский, встречались с учителями, литературными критиками и иллюстраторами. Всего собралось около 120 делегатов, за четыре дня обсудивших немало текущих проблем, от привлечения новых авторов до вопросов типографских технологий.
Детская литература теперь стала делом Коммунистической партии. Речь на открытии совещания произнес не писатель или критик, а верный сподвижник Сталина, секретарь ЦК партии Андрей Андреев (1895 – 1971). Для начала он привел некоторые цифры: в 1933 году всего было опубликовано 10 миллионов детских книг. За два года это число удвоилось. Однако для 28 миллионов детей школьного возраста в России такого количества все равно недостаточно. Нужно выпускать в пять-десять раз больше детских книг.
Больше всего печаталось классики, русской и зарубежной, преобладали переиздания. Андреев указал и на непропорционально большое количество книг о животных и природе. Авторы слишком мало писали о сегодняшней жизни в Советском Союзе, укрывались от «реальной жизни». В списке приоритетов Андреева стояло больше технических и научно-популярных книг, больше историй из школьной жизни, рассказов о Красной Армии, о силе и мощи Советской Родины. Нужны и исторические романы, научная фантастика, биографии Маркса, Ленина и Сталина. Требуется больше информации о том, что происходит в современной литературе для детей за границей.
По словам Андреева, партия со своей стороны готова обратить еще больше внимания на детскую литературу. Собравшимся писателям он процитировал Сталина: «Людей надо заботливо и внимательно выращивать, как садовник выращивает облюбованное плодовое дерево»[446]. Самым талантливым в детской литературе следует предоставить возможность познакомиться с современным героическим моментом истории страны, и писатели для взрослых должны следовать примеру Алексея Толстого и тоже сочинять для детей. Важно развивать литературную критику и в целом относиться к этому жанру с большим пониманием и симпатией.
Зашла речь и об организационных вопросах. Государственное издательство «Детская литература» и журнал с тем же названием теперь перешли под контроль комсомольской организации. Название издательства было заменено на «Детиздат», однако позже знакомое имя «Детгиз» все же вернулось. В речи Генерального секретаря комсомольской организации Александра Косарева (1903 – 1939) прозвучало обещание тщательно выполнить все новые задачи: «Советская страна, страна гигантская, мощная, – такая страна должна иметь самую лучшую детскую литературу в мире, и мы обязаны ее сделать»[447]. Писатели ответили на его речь бурными аплодисментами.
