— Что?!
Я застыла на месте, совершенно ошарашенная таким заявлением.
— Разве тебя что-то не устраивает? — осведомился Данте.
— Меня? Нет. Не то чтобы. Но…
Я не знала, что сказать. Кажется, при других обстоятельствах я запрыгала бы от счастья. Но сейчас всё было как-то странно. Общие познания, равно как и собственная интуиция, твердили, что всё это должно происходить по-другому. И оповещение невесты о том, что она, собственно говоря, этой самой невестой является. И свадьба. Нет, не то чтобы я так уж сильно нуждалась в гостях, поздравлениях, шуме и суете, свадебном платье, фате и прочих атрибутах венчания. В конце концов, всё это такая мишура по сравнению со значимостью самого бракосочетания. И всё же… Та внезапность, с которой всё происходило, полное отсутствие свидетелей, совершенно не характерная для свадьбы обстановка. Всё это заставляло испытывать вместо радости чувство тревоги.
— Данте, а ты уверен? — спросила я, в то время как жених, не услышавший от меня реальных возражений, уже тянул меня за собой к алтарю.
— Уверен, — отозвался он. — Давай приступим. Не будем задерживать преподобного отца.
Свадьба, главное на которой — не задерживать преподобного отца? Жених, который уверен в своём решении, но радостным при этом совсем не выглядит? Невеста, которая и вовсе совершенно ошарашена происходящим?
Однако объективных возражений у меня по-прежнему не было. И, то и дело озираясь, будто в надежде хоть где-нибудь найти объяснение случившемуся, я послушно встала рядом с Данте перед алтарём.
— Дети мои… — принялся произносить традиционные слова священник. Я была как в тумане и не слишком вслушивалась в его речь, тем более что она произносилась на устаревшей версии арканзийского. — Сандра Эстоуни, согласна ли ты стать женой Данте Эльванди?
— Согласна.
— Данте Эльванди, согласен ли ты стать мужем Сандры Эстоуни?
— Согласен.
— Обменяйтесь обручальными кольцами.
Только теперь я заметила, что на алтаре лежат два кольца, каждое из которых было украшено крошечным зелёным камнем. Эмгри. Символ единения. Камень относился к магическим, хотя ни о каком особом магическом воздействии не было известно. Данте надел более маленькое кольцо на безымянный палец моей левой руки. Я взяла второе и надела его на палец Данте.
— Властью, данную мне Единственным Богом, объявляю вас мужем и женой.
Я подняла было глаза на Данте, но тут почувствовала жжение на тыльной стороне левой ладони. Опустила взгляд. Клеймо таяло на глазах, становясь всё более блёклым. Прошло меньше минуты — и оно исчезло, будто светлая кожа никогда и не знала, что такое изображение дракона. Я была свободна.
Сняв толлен — покрывало, надевавшееся на голову и плечи во время проведения церемонии, — священнослужитель отошёл от алтаря. Перемолвился парой слов с Данте, затем простился со мной. Данте тем временем перебрался в другую часть храма и стоял, разглядывая украшающие стену узоры.
Проводив взглядом покидающего храм священника, я подошла к Данте и остановилась у него за спиной. Собиралась положить руки ему на плечи, но мои руки застыли, так и не поднявшись, когда я услышала холодное «Уходи».
— Что? — переспросила я, хотя прекрасно расслышала это слово.
Но я хотела услышать больше. И получила желаемое, хотя обрадоваться этому было бы трудно.
— Ты получила то, что хотела. — Голос Данте звучал глухо, будто издалека. Он полуобернулся и бросил взгляд на мою руку. — Ты ведь именно к этому стремилась, верно? Так что теперь тебе не на что жаловаться.
— Не на что, — тихо подтвердила я.
— Вот и хорошо. А теперь уходи. Уезжай туда, куда хотела. — Данте с силой сжал зубы и поспешно отвернулся, чтобы я не видела его лица. — Убирайся!
Внутри всё словно окаменело. Казалось, я не смогу не только шевелиться, но и дышать, и было удивительно, что воздух каким-то непостижимым способом продолжает проникать в лёгкие.
— Но… — Я опустила глаза, хотя он и не мог меня видеть. — Хорошо.
Неимоверным усилием воли заставив себя двигаться, я развернулась и на негнущихся ногах вышла из храма.
Раз он так хочет, значит, я уеду. Я ему не нужна? Он имеет на это право. А у меня, к счастью, есть дом.
Я вздрогнула, осознав, что, мысленно произнося слово «дом», сразу же подумала об армоне. Нет, это не то. Армон — это только временное пристанище. Место, где было много хорошего, и место, где было непросто… Но есть Астароль. Астароль восстанавливают, и для того, чтобы там всё стало, как прежде, нужна помощь. И именно этим я поеду заниматься.
Сбор вещей не занял много времени. Пусть я и взяла с собой чуть больше, чем вчера, когда отправлялась в бега, но всё равно битком набивать сундук не собиралась. Сменная одежда и обувь, заработанные деньги, которые пригодятся в первое время, защитный магический камень (второй, предназначенный для нападения, исчерпал свой магический потенциал во время вчерашних событий), да несколько необходимых мелочей вроде гребня.
На этот раз я отправилась в путь не верхом, а в одолженной Данте карете. Бьянка, причитающая и не отнимающая от глаз платочка, вызвалась меня проводить.
День в пути, ночёвка на ничем не примечательном постоялом дворе, ещё пара часов в карете — и вот оно, море. Выйдя из кареты, я с минуту постояла, прикрыв глаза, вдыхая ни с чем не сравнимый воздух побережья и слушая мерный шум набегающих на берег волн. А потом отправилась выяснять, выходит ли в ближайшее время какой-нибудь корабль в Астароль. Это не заняло много времени. Начальник порта сообщил, что корабль есть, отчаливает буквально через полчаса и пассажиров вроде как набирает, если, конечно, ещё остались места.
Места оставались. Я внесла плату за путешествие, после чего вернулась к карете за вещами. На прощание мы с Бьянкой обнялись, и обе прослезились. У меня даже не было адреса, на который мне могли бы писать. В сущности, для галлиндийцев я появилась ниоткуда и уезжала теперь в никуда.
Я ещё чуть-чуть постояла на берегу, наблюдая то за суетящимися на палубе матросами, то за чайками, летящими над самой водой, раскинув крылья. А затем решительно зашагала по пирсу.
Помощник капитана, приятный обходительный мужчина лет тридцати, помог мне взойти на борт, как и другим пассажирам.
— Я вижу, вы тоже с севера? — улыбнулся он, явно намекая на цвет моих волос.
— Да. — Я выдавила из себя ответную улыбку. — Из Астароли.
— Приятно видеть, что есть люди, которые возвращаются туда, невзирая на временные сложности, — произнёс он. — Что ж, буду раз в скором времени сказать вам «Добро пожаловать на родину!»
