Они снова выехали на шоссе.
– Я тебе скажу адрес. Там мы будем в безопасности.
– Подожди, – сказал Василий, – сначала нам надо смыться куда-нибудь подальше от этого места, а потом бросить машину.
– Да, ты прав, – сказала Мария. – Наши приметы уже передали. Номер Пежо записан. Надо скрыться где-нибудь, откуда будет шанс удрать пешком. Смотри, полиция!
Впереди на шоссе стояла полицейская машина.
Полиция все-таки не контрразведка. Их Пежо заметили слишком поздно. Стражи порядка засвистели. Один полицейский попытался перегородить им дорогу, но Василий не сбавлял скорость. Служитель закона отскочил. Сзади громыхнул выстрел. Полицейские попрыгали в машины и устремились за ними.
– Вот незадача, – сказал Василий. – Нам нужно оторваться во что бы то ни стало.
Опять он выжал газ и помчался по пустынному шоссе.
– Они нас нагоняют, – сказала Мария.
– Какие мощные машины у французской полиции, – с досадой сказал Василий. – Стрелять не будем. Подожди, я вспомнил, папаша Пьер хвастался, что у этого Пежо отличные рессоры.
– Что? Что?
– Проходимость хорошая, – крикнул Растратин.
– Проходимость?
– Да.
– Зачем ты тормозишь? – спросила Мария.
– Сейчас увидишь, – сказал Василий. – Держись крепче!
– Ой! – вскрикнула она.
Василий вывернул с шоссе и помчался прямо по травянистой пустоше по кочкам. Его тряхнуло так, что он сам ударился головой об руль. Полицейским машинам было тяжелей. Им пришлось больше сбавить скорость, но они тоже отважно ринулись через поле, которое лежало за пустошью. Василий отчаянно ринулся по распаханному пространству. Их трясло, било, Мария кричала. Растратин ругался по-русски. Он выжимал педаль газа, насколько это было возможно. Главное не застрять. Василий специально проехал рядом с оросительными каналами, сильно рискуя. Как только каналы закончились, он вывернул влево. И тут ему повезло. Полицейские пытались сократить путь, и въехали в болото, проехав двумя колесами по этим естественным препятствиям. Машина забуксовала.
– Они застряли! – закричала Мария.
Растратин, чуть сбавив скорость, продолжал ехать дальше. Впереди уже виднелись деревья. Пежо выскочил на приличную грунтовую дорогу и через пять минут ехал между красивыми величественными соснами.
– Что это за парк? – спросила Маша.
– А еще изображает жену посла. Это Булонский лес, – ответил Василий.
– Знаменитый Булонский лес, – сказала Маша.
– Хладнокровная разведчица. Ты никогда не теряешь чувства юмора, – сказал Василий. – Здесь мы можем еще как-то затеряться.
– Вот и отлично, – сказала Маша.
– Да, и полицейские тоже не дураки. Они понимают, что больше нам деваться некуда, с записанной машиной в город мы не сунемся, а в ближайших пригородах это единственное место, где можно остаться незамеченным. Так что вполне возможно, что мы на кого-то нарвемся. Они могли уже напичкать лес своими людьми.
– Притормози. Давай остановимся, осмотримся, чуть-чуть передохнем, одну минутку.
Василий притормозил. Они вышли из машины и углубились в лесной массив. Было очень красиво. Пахло хвоей. Василий закурил. Мария подошла к нему. На ее лице появилось задумчивое выражение.
– Смотри, как здесь хорошо, как здесь пахнет. Как тогда в лесу, – сказала она неожиданно. Василий бросил сигарету, посмотрел Марии в глаза и подошел очень близко к ней.
– Ты помнишь, как тогда пахло? – спросил он хрипло. – Такая же тишина.
Но безмолвие, настраивавшее на романтический лад, тут же было нарушено. Раздался сухой металлический щелчок. Это был предохранитель пистолета. Невысокий коренастый человек в синем пальто, в серой шляпе вышел из-за дерева.
– Руки, – спокойно сказал он, – стреляю на поражение.
Они встали и подняли руки.
Агент приблизился к ним на шаг. Чисто французское лицо, усы, твердый подбородок, спокойный и уверенный взгляд и осанка, крупное телосложение.
– Если кто из вас дернется, продырявлю, – сказал он, наставляя то на Марию, то на Василия руку с пистолетом.
– Ты отойди на шаг, – тут он показал Растратину, куда.
Василий шагнул в сторону.
– Еще шаг. Руки, руки.
Агент шагнул к Марии.
– Где бумаги? Считаю до трех. Говори или я стреляю.
Он поднял пистолет, в то же время косил глазами на Василия.
– Раз, два!
– Я не знаю, – выкрикнула Маша.
– Врешь, шлюха. Еще одна секунда, говори!
– Он может выстрелить, – подумал Василий и прыгнул вперед, стремясь ухватить его руку с пистолетом. Но коренастый агент отреагировал на это и отскочил в сторону. Француз ловко ударил Василия ногой по печени. Последний полетел вперед, зашатался и получил удар еще. Наконец, как только Растратин с трудом встал, агент ударил его рукояткой пистолета по шее. Василий на мгновение потерял сознание, рухнул на землю. Мария увидела, что пистолет агента направился в ее сторону.
– Ну, говори, шлюха, где бумаги? – сказал коренастый и схватил ее за плечо.
– У меня нет бумаг! – крикнула Маша.
– Врешь.
Он сильно толкнул ее, она упала.
– Последний раз спрашиваю! – сказал он, направив на лежащую женщину пистолет.
– Оставь ее, негодяй! – крикнул Василий. – Бумаги у меня вот здесь, – он похлопал себя по груди.
– Давай, – человек протянул левую руку.
– Сам возьмешь.
Василий лежал на спине и все еще не собирался вставать. «Эти шутки тебе дорого обойдутся» – думал Растратин. Сотрудник службы безопасности медленно приблизился к нему и наклонился, протягивая потную руку.
– Давай, я тебе говорю, а то прострелю башку!
– Сам возьмешь, – повторил Василий. – Вот здесь.
Он снова похлопал себя по куртке.
– Все пропало, предатель, негодяй! Ты заслуживаешь смертной казни, – сказала Мария Растратину.
«Как натурально играет, – подумал Василий. – Несмотря на отчаянное положение, она должна была сильно удивиться».
Разведчица села на земле, закрыла лицо руками и начала повторять:
– Негодяй, предатель, подлец, трус! Ты все погубил!
Мария так искренне играла, что этот тип, кажется, поверил. Он осторожно присел на колени около Василия, направив на него пистолет.
Как только он повернулся к Растратину, Мария молниеносно среагировала. Она рванулась к агенту, замахиваясь рукояткой браунинга, который успела выхватить. Француз успел развернуть пистолет, направив его на нее, но Василий схватился обеими руками за кисть агента, и выстрел ушел в сторону. В следующее мгновение Растратин ударил его рукояткой пистолета по переносице. Агент пошатнулся, выронил пистолет, и тогда Василий подхватил оружие и еще три раза ударил несчастного француза по голове. Тот завалился навзничь. Василий бросился к Маше, которая так и сидела на коленях, закрыв лицо руками. Он поднял ее.
