Артём с грохотом распахнул дверь и вошел в туалет. Взял со стеклянной полочки тест и внимательно посмотрел, а я сквозь слезы наблюдала за его реакцией. Муж улыбнулся, а в глазах вспыхнул огонь и радость. Артём перевел взгляд на меня и нахмурился. Молча поднял меня с пола и отнес в спальню, усадил к себе на колени и нежно провел ладонью по моей щеке.
— Я что-то не пойму, ты от меня детей не хочешь? — ледяным тоном спросил он, а я поежилась.
— Хочу, — промямлила еле слышно, смотря на свои дрожащие пальцы.
— Тогда почему вместо радости, я вижу твои слезы? — насторожился любимый.
— Я очень рада, просто мне чуточку страшно, — призналась и отвела взгляд.
— Яна, — протянул мое имя Артём. — Ты меня точно когда-нибудь сведешь с ума. А ты думаешь, я готов стать отцом? Да я о детях ничего не знаю, понятия не имею, как о них заботится и что делать. Для меня это такой же дремучий лес, как и для тебя. Яночка, мы вместе всему научимся, да и мамка поможет. Все справляются, и мы справимся, — уверил меня любимый.
Я обвила руками шею мужа и уткнулась носом в его щеку. Как же хорошо, когда рядом есть надежное плечо.
— Я люблю тебя, — выдохнула, смахнув слезы, улыбнулась искренне.
— И я тебя люблю. Все у нас получится, — улыбаясь, заявил Романов и поцеловал меня в висок.
В ту ночь мне не спалось. Я осторожно соскользнула с кровати и подошла к панорамному окну, смотря на огни города. Завернулась в белый махровый халат и прислонилась плечом к стеклу. Стоя в полумраке комнаты, думала о своей жизни. Страшно представить, ведь если бы я тогда, прыгнув с моста, разбилась, то ничего бы этого не было. Я бы покоилась в недрах земли, никогда бы не узнала, как прекрасно любить и быть любимой, носить под сердцем маленькую жизнь. Я приложила руки к плоскому животу и вздохнула. Мне не верилось, что внутри меня зародилась новая жизнь. Вздрогнула, когда к животу прикоснулись теплые мужские руки.
— Ты чего не спишь? — прошептал Артём мне на ухо, целовал в затылок.
Я лишь пожала плечами. Романов прижал меня к своей твердой груди и не выпускал из объятий, так и стояли в темноте у окна, смотря на огни вдалеке.
Вернувшись домой, рассказали новость маме Наташе и папе Диме. Они пару секунд пребывали в шоке. Мама прижала ладони к губам, а потом смяла меня в объятиях и расцеловала. Папа Дима похлопал сына по плечу, поздравив нас с такой замечательной новостью. Романовы буквально светились от счастья, они были рады, что наконец-то дождутся внуков.
Полетели будничные дни. Мы вернулись на работу, вместе посещали поликлинику, сдавали анализы и делали УЗИ. Малыш развивался хорошо и угроз никаких не было, однако Артём относился ко мне так, словно я больна неизлечимой болезнью. Шага ступить не давал, заставлял есть фрукты и овощи, тяжелее сотового телефона я ничего не поднимала. Когда любимый перестал ко мне прикасаться, я шипела и рычала на него. Артём же был не преклонен. Он боялся навредить малышу. Мне иногда хотелось придушить мужа за его чрезмерную опеку.
Вскоре состоялся суд над Виктором, ему дали шесть лет, но с возможностью досрочного освобождения. Я мысленно порадовалась, осознала, что отец сдержал слово. Ведь первоначально планировали дать пятнадцать лет.
Я попросила Сашу свозить меня в тюрьму. Я предварительно узнала дни посещения и специально выбрала такой момент, когда мужа не было рядом. Знала, что Артём не отпустил бы меня, а мне хотелось увидеться с Громовым. Демидов сначала сопротивлялся, но потом сдался. Не мог отказать беременной девушке. Живот у меня к тому времени округлился. Я нежно гладила пузико, ощущая пиночки своего сокровища. Чем больше становился живот, тем сильнее я любила малыша, ведь кроха — частичка меня и моего любимого мужчины.
Меня отвели в специальную комнату для свиданий, куда спустя некоторое время ввели Виктора. Он ошарашено смотрел на меня, скользнув взглядом по круглому животу. Когда мы остались наедине, Громов подошел и обнял меня, а я не сдержала слез. Опять эти гормоны!
— Моя маленькая, — прохрипел он мне на ухо. — Ты что здесь делаешь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Пришла сказать спасибо, — всхлипнув, ответила я.
Все беременные женщины такие сентиментальные? Не знаю, как остальные, а у меня постоянно эмоции зашкаливали.
Громов отстранился от меня, взял за руку и посмотрел на обручальное кольцо. Печально улыбнулся.
— Рад, что у тебя все наладилось, — искренне ответил он. — Кто твой избранник?
— Романов, — призналась, тяжело вздохнув.
Было больно видеть муку в глазах Виктора. Не заслужил он такой участи. Судьба наказала его безответной любовью.
— Завидую я Артёму Дмитриевичу, а с другой стороны теперь спокоен. Он-то точно не даст тебя в обиду. Кто бы мог подумать, что вы не родственники. Тайна, которую ты мне открыла в ту страшную ночь, умрет вместе со мной, — спокойно проговорил Громов.
Я протянула Виктору пакет с гостинцами, которые полицейские позволили пронести на территорию.
— Яна, не стоило, — смущено проговорил Виктор, и отвел взгляд в сторону.
— Витя, еще как стоило. Ты обо мне заботился много лет, теперь моя очередь помочь тебе. Я буду навещать тебя каждые два месяца. И не только я. Татьяна тоже собирается приезжать, вот и станем чередоваться с ней, чтобы ты не чувствовал себя одиноким. Ты же теперь сирота, у тебя никого нет. Так что не спорь, — строго сказала я, погладив свой живот.
— Я так подозреваю, что твой муж будет не в восторге от твоей затеи. Он меня ненавидит… Яна, не стоит портить жизнь из-за меня. Я разберусь как-нибудь со своими проблемами. Тебе о малыше нужно думать, а не про уголовника, — вздохнув, пробормотал он, почесав небритый подбородок.
— С мужем я разберусь. Витя, ты мне не чужой. Я тебе жизнью обязана, поэтому не собираюсь вычеркивать тебя из списка своих друзей. Ты мне по-своему дорог, — призналась я, заметив, как в потухших глазах отразился блеск.
— Не говори ерунды, ты мне ничем не обязана, — строго заявил он, нахмурившись. — Уже знаешь, кого ждете? — сменил Громов тему, осторожно положил ладонь на мой живот.
— Девочку, — улыбнулась я.
— Берегите свою принцессу, — прошептал он, притянул меня к себе и поцеловал в висок. — И себя береги.
Он рассказал мне, что после смерти Вани, Алиса сразу же переключилась на другого мужчину. По мнению Виктора, новый претендент в ее мужья очень опасный тип и Алиса ходила по лезвию ножа. Нас это конечно не касалось, главное, что Зайцева не собиралась мстить за смерть Тарасова.
Мы попрощались, и я отправилась домой. Глупо было предполагать, что муж не узнает о моем визите к Громову. Стоило Артёму переступить порог дома, я сразу поняла, что любимый в ярости.
— Какого черта, ты поперлась в тюрьму? — рявкнул он, смотря на меня убийственным взглядом. — Я же четко дал понять, что запрещаю тебе общаться с Громовым!
— Он спас мне жизнь и я буду с ним общаться, — спокойно ответила.
У меня ни один нерв не дрогнул. Артём подскочил ко мне и больно схватил за плечи. Передо мной был зверь во плоти. В глазах отражалась ревность и бешенство.
— Еще раз узнаю, что ты была у него… — зашипел он, а я нахмурилась.
— И что тогда? Разведемся? Можешь уже подавать заявление, потому что я все равно буду навещать Виктора, — заявила, вздернув подбородок, выдержав пристальный, прожигающий взгляд мужа.
Артём со злостью впечатал кулак в стену рядом с моей головой, скрипнув зубами. Дышал прерывисто, на шее жилка забилась, а на скулах заходили желваки.
— Не зли меня, — зарычал он так грозно, что у меня невольно мурашки пробежали по спине.
— А ты не ревнуй, любимый, и тогда все будет отлично, — парировала я, посмотрев на него с вызовом.
— Вот значит как? Не боишься, что я действительно подам на развод? Готова разрушить семью ради уголовника? — рявкнул он, закипая от ревности.
— Тёма, я ничего рушить не собираюсь. Я тебя люблю и с тобой хочу быть. Виктор много лет помогал мне, я всего лишь хочу помочь ему в ответ, — призналась я, тяжело вздохнув.
