— В случае чего еще и охраной послужат, — пояснила специально для Лизки.
Царевна оглядела блестящих черных «зверюшек» и невольно отметила, что дар у колдуньи сильный. Очень.
— А порталами нельзя было перенестись?
Вспыхивающие по всему дому переходы тоже стали объектом приложения любопытства Лизы.
— Ты сможешь ими пользоваться только после обретения нашего дара, — терпеливо, словно маленькому ребенку, разъясняла колдунья.
Ехали совсем недолго, а за расспросами время и вовсе незаметно пронеслось. Лизка оглянуться не успела, как уже стояла на каменистом берегу. Всего в нескольких шагах от нее плескалась серая холодная вода.
Устоять ундина даже не пыталась. Склонилась и коснулась пальцами то и дело набегающей на берег воды, увенчанной пышной шапкой белой пены. Волны сегодня были совсем слабыми.
Хвост не замедлил появиться.
— Поплаваешь? — добродушно предложила темная. — А я пока тут посижу.
И в самом деле уселась на камни.
Соблазн был слишком велик, чтобы пересилить его. Лизка даже пытаться не стала, радостно плюхнулась в воду, осыпая берег брызгами. Раздолье… Холодно, конечно, зато свободно. В купальне так не поплаваешь.
Местный подводный мир очень отличался от виденного Лизой во владениях Алиссы. Неподвижная, словно заиндевевшая растительность, серебристые рифы, несколько темных входов в пещеры… Царевна заглянула в одну — темно, хоть глаз выколи. И никого… даже рыбки мимо не проскользнуло.
Странно все это… Неправильно.
Тут голову девушки и посетила вполне закономерная мысль про «двойное дно». Ну, как во владениях все той же Алиссы. Если эти северные ундины все же существуют, логично было бы предположить, что они по каким-то своим причинам заперлись внизу, подальше от посторонних глаз. В чем-то Лиза их даже понимала. Вот всего несколько дней рядом с колдунами провела, а сама бы с удовольствием от них изолировалась.
Робко проклюнувшееся чувство самосохранения было тут же погребено под глыбой любопытства. Губы уже шептали заклинание, которым хвостатые родственники девушки пользовались для перехода на нижний уровень. Лизку так и потряхивало от возбуждения…
Пшик. Вместо того чтобы перенести Лизавету хоть куда-нибудь, использованная магия бесчисленными пузырьками устремилась к поверхности. Все без толку! Видно, нет тут второго дна. И самих северных ундин тоже нет.
А она-то, глупая, размечталась, как контакты с себе подобными устанавливать будет. Глядишь, тогда бы и колдуны новую правительницу зауважали!
— Эй! Я тебя поплавать отпустила, а не утопиться, — беспокоилась где-то над головой Яла.
В самом деле возвращаться пора. А сюда можно будет время от времени возвращаться, когда поплавать захочется. Огромные водные просторы, принадлежащие ей одной, — это тоже очень даже неплохо. Такие вот мысли помогли справиться с разочарованием, и Лизанда устремилась к берегу.
Может, так оно даже лучше? Кто знает, как бы отнеслись к ней местные обитательницы!
Лиза уже почти вынырнула, когда взгляд зацепился за что-то блестящее. Ракушка. Закрытая! На всем дне девушка не видела ни одной. Выходит, когда-то в холодной воде все же существовала жизнь!
— Наконец-то, — проворчала Яла, помогая Лизавете выбраться на берег и протягивая ей ворох полотенец. Предусмотрительная какая, запаслась! Лизка благодарно улыбнулась и принялась растирать хвост.
— Прости, совсем счет времени потеряла. — И это было чистой правдой. Стоило только юной ундине оказаться в воде, как весь остальной мир не то чтобы переставал существовать, но отходил эдак на десятый план. Так случалось всегда, даже в купальне.
К счастью, особенно обиженной Яла не выглядела. Видимо, у нее, как и у большинства темных, не было проблем с одиночеством.
— Где улов? — насмешливо поинтересовалась брюнетка. — Тебя столько не было… Я уж решила, без одной из мифических северных точно не вернешься.
— Да нет там ничего. — Сверкающий под солнечными лучами хвост наконец сменился на ноги. — Пустое замерзшее дно. Только ракушку и нашла… — и предъявила выловленное на раскрытой ладони.
Не сказать чтобы Ялисса уж очень заинтересовалась. Вежливо оглядела подсунутую ей под нос ракушку и пошла к карете. Лиза двинулась за ней, по пути механически ковыряя ногтем выпуклые пластины.
Неожиданно «створки» подались…
— Яла…
— Чего застыла? — Высунулось из дверцы недовольное личико. — Двигаться пора. Скоро смеркаться начнет, а ночью в Угодьях небезопасно.
Пришлось торопливо забираться внутрь.
— Только посмотри на это! — В раскрытой раковине лежало кольцо, тонкий ободок, увенчанный серебристым, словно слепленным из снега, камнем.
— Однако… — задумчиво выдохнул Крейр и даже головой тряхнул, дабы привести мысли в порядок. — Поздравляю, родная, ты только что доказала существование северных ундин.
Крейр, Лиза и Яла расположились в одном из подземных залов, перед портретом белокурой девушки, на пальце которой сияло знакомое кольцо. Неизвестный художник тщательно прорисовал каждую линию, ошибки здесь быть не могло. Как пояснил колдун, по семейным преданиям, с изображения улыбалась та самая супруга далекого предка.
В душе царевны чувство гордости за совершенное открытие боролось с легкой обидой. Находку-то ей примерить так и не позволили! Сначала Яла пригрозила по рукам надавать за подобные выходки, теперь вот Крейр полностью поддержал колдунью. Еще и колечко до выяснения всех обстоятельств дела приватизировал. Темные! Вечно у них одни гадости на уме…
Только все равно обидно до глубины души.
— Так нечестно, — попыталась отстоять свои права на дивную вещицу Лизавета. Даже губки надула и влагой в глазах блеснула.
Не сработало, колдун остался непреклонен.
— Хватит сырость разводить! — прикрикнул на суженую правитель Угодий. — Завтра пойдем к ювелиру — любое другое себе выберешь.
Естественно, предложение Лизку не слишком вдохновило. Ну вот как ему объяснить, что не надо ей другого? В осевшем в кармане темного кольце девушку привлекала тайна, которую нужно разгадать. А с новым что? Купил, на палец надел — ходи, радуйся. Так даже неинтересно!
Но высказать все это стремительно удаляющейся по коридору спине Крейра она не успела. Оглядевшись, обнаружила, что Яла тоже смылась под шумок. У, родственнички! Лиза повздыхала обиженно и отправилась кормить давно проголодавшегося щенка.
Три мордашки, забавно пофыркивая, тыкались в миску. Белые капли стекали с шерстки. Царевна наблюдала за подарком нареченного с умилением и лениво раздумывала, как бы его назвать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
