Адмирал Пинкван и несколько высших офицеров из его свиты шли следом, разговаривая на дунтосвинтском языке и не обращая на пленников внимания более, чем это было необходимо.
Закончились решетки, клетки, потом Серегу с Лехой загнали в лифт и подняли на несколько этажей.
Когда они вышли из лифта, адмирал Пинкван уже ждал их, окруженный своей живописной свитой.
– Итак, человеческие люди, я собираюсь показать вам наш флот – равных ему нет на много фундрюков вокруг. Пушки, трелокваны и квакмайзеры. Вы о таком оружии даже и не слыхивали…
– Не слыхивали, – согласился отзывчивый Леха. Пинкван даже вздрогнул от неожиданности.
– Ладно, бывшие супермены, милости просим… Адмирал указал на дверь, которую сейчас же распахнули перед необычными гостями двое охранников.
– Ухты! Как в планетарии… – сказал Окуркин, который так увлекся, что даже забыл про уготованную ему участь жрать ботву в дунтосвинтском зоопарке до конца своих дней.
– Это не планетарий, Леха. Это у них ставка Верховного Главнокомандующего… – сказал Серега.
– Совершенно справедливо! – подтвердил адмирал Пинкван, который слышал, о чем говорили пленники. – А теперь-все внимание на экран…
Серега и Леха послушно уставились в черноту, пока на экране не проявилось усыпанное звездами космическое пространство. Одно из звездных скоплений выглядело особенно ярким.
– Ну что вы видите? – адмирал продолжал выполнять функции гида.
– Безграничные просторы, – ответил Леха. – Даже не верится, что где-то могли зародиться всякие зверушки вроде вас.
– Вы не о том думаете… Лейтенант Тиликван, будьте добры – флот крупным планом, – обратился адмирал к единственному оператору, который сидел за огромной многоярусной вычислительной машиной.
– Слушаюсь, мой адмирал! – отозвался лейтенант, дернув от усердия гребнем.
Звездное скопление на черном экране стало стремительно приближаться, у Сереги и Лехи вырвалось дружное восхищенное «ух ты», когда светящиеся точки вдруг превратились в космические дредноуты, ощетинившиеся орудиями и ужасными эллипсоидами разрушительных квак-майзеров.
Корабли были расставлены в определенном порядке, однако где начиналась и где заканчивалась эта армада, видно не было.
– И что же, товарищ начальник, неужели все это хозяйство вы притащили, чтобы захватить наши речки и болота? – поинтересовался Окуркин.
– Да, – ответил самодовольный Пинкван. – Это сделано для того, чтобы земляне даже и не думали сопротивляться. Теперь вы поняли, на кого тянете, салаги?
– Теперь поняли.
– То-то… – Пинкван распрямился и посмотрел на своих подчиненных. – Ну, господа, думаю, теперь мы можем отдохнуть. Мы это заслужили, а эти варвары… – адмирал махнул рукой, – пусть посмотрят еще – не жалко. Мы потом еще поговорим с ними – интересно будет услышать, как в их глазах выглядим мы, высшие существа.
– Правильно, сэр!
– О да, мой адмирал, вы совершенно правы! – наперебой загомонили подчиненные.
– А теперь – танцы, господа офицеры! Танцы и охлажденные лягушки, первые дары нашей новоприобретенной колонии!
О чем кричали и радовались враги, Сергей и Леха не понимали, но догадывались.
А двое стоявших у дверей охранников и дежурный – лейтенант Тиликван, и догадывались, и понимали.
– Смотри, Лех, эти тоже слюни пускают – лягушек им охота, – заметил проницательный Тютюнин.
Лейтенант Тиликван действительно грустил и лениво пожевывал невкусную лягушку, вылепленную из вареной массы морских водорослей. Подобной дрянью на Кваке питались многие, чей чин не был достаточно высок.
– Эх, – вздохнул Окуркин. – Я сейчас в таких смятенных чувствах, что с удовольствием дернул бы какой-нибудь стоп-кран.
– Это тебе не поезд, здесь стоп-кранов не предусмотрено, – сказал Сергей, осматриваясь. – Даже не верится, что мы с тобой на космическом корабле.
– Ага, только не по своей воле. Теперь я верю про людей, которых тарелки похищали. И эта бандура, наверное, тоже тарелка… Эй, летеха, это тарелка или чего?
– Что-о-о? – протянул дежурный, и его гребень окрасился в сиреневый цвет.
– Я спрашиваю, этот корабль ваш, где мы находимся, это летающая тарелка или как?
– Ты еще супница скажи, придурок, – криво усмехнулся лейтенант. – Мы находимся на борту величайшего из кораблей. Это флагман, броненосец «Суперквак». На его изготовление ушло девятьсот тоннокилометров стали, два секстиллиона медных проводов и клепок разных без счету. Его команда съедает за день триста тонн соли и выпивает целый океан мочалового пива… Видели бы вы, сколько за одни сутки мы отгружаем фекалий, вы бы поразились, жалкие варвары.
– А мы и так, это самое… поразились… – Сергей ткнул Леху в бок. – Судя по всему, господин старший лейтенант, вы не последний офицер на этом судне, хотя начальство этого не понимает.
– Да, – поддакнул Леха. – Уж если кого мы, варвары, и будем считать высшим существом, то только господина лейтенанта.
Дежурный ничего не ответил, но сел ровнее, а цвет его гребня сменился с сиреневого на зеленоватый.
– Одного я не могу понять, почему целый ящик охлажденных лягушек оставили в коридоре? – громко спросил Серега, обращаясь к Окуркину.
– Этот тот, что за дверью? Его небось уже кто попало курочит – лучших лягушек выбирает…
Эта коварная деза переполнила чашу лейтенантского благоразумия, и он, резко сорвавшись с места, помчался к двери.
Удивленные охранники расступились и о чем-то спросили офицера.
– Ламбури бабанаки лягушки бар! – обронил тот на ходу, и охрана вместе с ним рванула из помещения.
В ставке Верховного Главнокомандующего стало тихо.
– Как дети, честное слово, – вздохнул Леха и пошел искать стоп-кран, а Сергей стал рыться во всех ящиках в поисках хоть какого-нибудь оружия.
Через пару минут лихорадочных поисков друзья ни с чем вернулись к пульту дежурного офицера.
– Эх, вот что такое не везет, Серега. Никаких кранов не нашел и выключателей для лампочек тоже. И кто после это варвары, а кто высшие существа, я тебя спрашиваю?
– Смотри, какая штука на компьютере ездит, – грустно заметил Серега.
– Это не штука. Это лейтенант на дежурстве забавляется – в игрушки играет. У моего свояка такая же есть, «Мастер Орион» называется… Я даже играл немножко…
С этими словами Окуркин сел на неудобный стул дежурного и стал давить на кнопки уродливой клавиатуры, приспособленной под пальцы дунтосвинтов.
Наконец что-то стало получаться. Кораблики игрушечной эскадры меняли цвет, игра задавала вопросы на неизвестном языке, а Леха смело давил на кнопки, будучи уверенным, что действует правильно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
